Кремль снова недоволен Украиной. Зеленский не оправдывает оказанного ему высокого доверия. Скоро начнут с ностальгией вспоминать «укронациста» Порошенко. Хорошо, пленных обменял по предписанной схеме. Но дальше надо принимать «формулу Штайнмайера» и капитулировать. А тут и Зеленский почему-то упёрся. Да ещё возложил – правда, не самолично, а устами своего министра – на РФ ответственность за срыв очередного тура переговоров.

Наступает очередной период бесплодного ожидания. Вялотекущий конфликт между Украиной и прокремлёвским формированием «ДНР/ЛНР» затягивается на очередном витке. Украина настаивает на своём контроле над донбасским участком границы с Россией и на разоружении проимперских военизированных формирований. На таких условиях ни Москва, ни донецко-луганские администрации договариваться не намерены. На иных не намерен Киев.

Если бы в администрации, правительстве или закулисном руководстве Зеленского и нашлись готовые на капитуляцию, их падение под Майдан стало бы вопросом нескольких дней. Это убедительно прогнозируется и картинами Марша ветеранов 24 августа, и резкими протестами последних дней.

Итак, украинское руководство фактически отклонило «формулу Штайнмайера» в её кремлёвской версии. Во всяком случае, не посчитало возможным безоговорочно её принять – что только и могло устроить московских визави. Эта формула, названная по имени президента ФРГ Франка-Вальтера Штайнмайера (известного сторонника диалога и компромиссов с РФ) предусматривает прекращение огня, разведение войск и реинтеграцию Донбасса в Украину на основе «особого статуса». В принципе Зеленский против этого не возражает. Даже против последнего – расширения автономии восточных областей. Однако Москва и, условно говоря, Донецк-Луганск видят здесь не автономию, и даже не независимость от Киева. Ими формула понимается как подчинение украинского востока Москве – но с полным правом влиять на политические решения в Киеве. Разумеется, при сохранении собственных вооружённых сил и собственного административно-карательного аппарата (включая знаменитые подвалы дэнээровской госбезопасности). Не факт, что президент Штайнмайер имел это в виду. Но президенты Путин, Пушилин и Пасечник читают его формулу так. Президент Зеленский – при всём его желании «больше не стрелять» – пойти на это не может. Иначе он просто перестанет быть президентом. Во всяком случае, Украины.

Украинская сторона предъявила условия, среди которых: полное прекращение огня, обеспечение мониторинга ситуации ОБСЕ, вывод войск с территории страны, разведение сил и средств вдоль линии соприкосновения. Новый министр иностранных дел Украины Вадим Пристайко явно раздражён имперским высокомерием московских партнёров. Сегодня он заговорил чуть не языком своего предшественника Павла Климкина, отстранённого вслед за Порошенко и официально осуждаемого новой администрацией за жёсткость и упёртость. Пристайко осудил европейские государства за идущий развал системы антироссийских санкций и потребовал «целостного подхода».

Предоставление Донбассу особого статуса – в форме закона об особом порядке местного самоуправления в регионе – в любом случае компромисс. Конечно, в любом случае выгодный Москве. Кремлёвское прочтение «формулы Штайнмайера» хотя бы частично оправдает для инициаторов развязывание войны весной 2014-го. Естественно, максимальных целей – реставрации в Киеве домайданного режима и приведения Украины к вассальной зависимости от властей РФ – добиться не удалось. Но создать в Украине мощное проимперское лобби, блокирующее реформы и способное к вооружённой атаке – тоже было бы достижением. Именно на это указывает оппозиционная партия «Европейская солидарность» экс-президента Петра Порошенко. Не говоря о радикальных национал-патриотах.

«Формула Штайнмайера» выработана в рамках Минских договоренностей по определению статуса Донбасса ещё в 2015 году. Нынешний германский президент был тогда министром иностранных дел. Но на тот момент стороны ещё рассчитывали на скорый военный успех и не проявили интереса к этой инициативе. Иное дело теперь, когда в силовом противостоянии обозначился явный тупик. Но тут же встаёт конкретный вопрос о референдуме. Проведение которого в сложившихся условиях вряд ли возможно, да и в Москве едва ли в нём заинтересованы. Если голосование приведет к определённым результатам, надо будет брать на себя ответственность за развитие региона или вести войну. Кремлю скорее нужно замораживание конфликта с легализацией в Украине своего лобби и откровенной агентуры. Но Украина эту нужды не считает нужным учитывать.

Ещё одна проблема заключается в неопределенности формулировок Штайнмайера. Так, экс-министр Климкин опасается, что любые выборы в Донбассе будут проходить под контролем «вежливых людей» (что самоочевидно) и настаивает на выводе всех вооруженных формирований из региона. Так что любая конкретика урегулирования, к сожалению, очень далека от реализации. Уже тому спасибо, что прекратились широкомасштабные боевые действия. Однако донбасский узел туго затянут: обстрелы не прекращаются. Статус региона по-прежнему не определён, население, по сути, между двух огней. Конфликт подпадает под категорию прокси-войн, а такие ведутся годами. Большинство прогнозов не слишком утешительно.

Позитивно другое – успешно проведённый обмен заключёнными. Что бы там ни говорили, это событие, несомненно, войдёт в историю. Но на 10 сентября только в Крыму остаются в заключении 113 человек. 89 из них – крымские татары. Большинство наблюдателей склоняются к мнению, что в скором будущем может состояться новый обмен. Однако чрезмерный оптимизм ни на чём, кроме надежды, не основан. Любой инцидент способен обернуться срывом. Символично, что подготовка следующего этапа обмена пленными была анонсирована президентом Зеленским в «пятницу, тринадцатого». Пока готовятся соответствующие списки. Ожидается, что переговоры состоятся уже в текущем месяце и будут вестись, в частности, в рамках контактной группы в Минске. Это при том, что обмен сам по себе – не панацея. На первый план выходит принципиальная борьба с беспределом силовиков.

На первый план выдвигается, как всегда, политический контекст. Сама по себе украино-российская «оттепель» изначально была иллюзорной. Смена власти обычно порождает надежды на улучшение отношений. Но не от Зеленского зависит их развитие. В Москве же не собираются менять прежнего курса. Наоборот, внутренние проблемы режима могут побудить к ужесточению державно-империалистической и милитаристской риторики. А может, и не только риторики. Как не раз уже делалось. Стороны не доверяют друг другу. На какие же «формулы» можно при этом рассчитывать?

Наиболее характерным и, так сказать, задающим тон, стало заявление Путина о Зеленском: «Я смотрел его выступления в Москве на КВН. Это было талантливо и смешно. Но сейчас не смешно. Что сейчас происходит? Будучи в Париже, он сказал, что не собирается говорить с сепаратистами так называемыми – жителями этих непризнанных республик. А как он тогда собирается решать этот вопрос?» (Недоумение наиграно: кому-кому, но президенту РФ неизбежно знать, что вовсе не «жители этих республик» решают вопрос.) Депутат Госдумы Наталья Поклонская в ответ на инициативы Зеленского призвала его заняться йогой и дельфинотерапией, чтобы охладить пыл.

Что ж, смеяться, право, не грешно. Кстати, широкий резонанс вызвало интервью освобождённого Олега Сенцова британскому каналу Би-Би-Си. Он рассказал, как боролся с тюремной тоской – просматривал в камере программу Дмитрия Киселёва как разновидность клоунады.

Юрий Сосинский-Семихат, специально для «В кризис.ру»

Анализ

в Мире

Геополитика

У партнёров