Год сто один

Вьетнам снова в трауре. Всего десять дней прошло со смерти президента Чан Дай Куанга, как 1 октября в Ханое скончался До Мыой – крупный вьетнамский политик, бывший генеральный секретарь правящей Компартии Вьетнама (КПВ). До конца жизни он оказывал серьёзное влияние на политику КПВ. При этом До Мыой был старейшим государственным деятелем планеты: восемь месяцев назад ему исполнился 101 год.

Он родился в крестьянской семье из окрестностей Ханоя. В ранней молодости работал маляром. При рождении До Мыоя назвали Нгуен Зуи Конг. Имя, под которым он вошёл в историю – партийный псевдоним, полученный в коммунистическом подполье.

В 1941 До Мыой был арестован колониальными властями. К тому времени Французский Индокитай оккупировала императорская армия Японии, но на положении коммунистов это в общем не сказалось. Несколько лет До Мыой провёл в тюрьме. Освободился в 1945 году и присоединился к коммунистическому движению Вьетминь, которое возглавлял Хо Ши Мин. Практически сразу До Мыой включился в войну против Франции, служил армейским политкомиссаром, получил генеральское звание. Участвовал во Вьетнамской войне ДРВ против США и южновьетнамской республики. В 1960 году вошёл в состав ЦК КПВ. Занимал различные административные посты, причём показал себя способным экономическим организатором. Помимо прочего, в 1969 году До Мыой курировал возведение мавзолея Хо Ши Мина.

С конца 1969-го До Мыой – вице-премьер по строительству и промышленности в правительстве Фам Ван Донга. С 1977-го – зампред специального комитета по экономическому переустройству Южного Вьетнама. С 1982-го – член Политбюро ЦК КПВ, высшего органа партийно-государственной власти. До Мыой руководил огосударствлением промышленности и коллективизацией сельского хозяйства на Юге страны, который в результате войны коммунисты присоединили к ДРВ (единое государство получило название Социалистическая Республика Вьетнам – СРВ). На всех постах До Мыой проводил жёсткий коммунистический курс Хо Ши Мина и Ле Зуана. Именно он подписал особое постановление о запрете частного предпринимательства в Южном Вьетнаме.

Однако с 1984 года До Мыой стал предлагать экономические реформы рыночного характера. Опытный экономист и дальновидный политик понимал, что централизация и бюрократия завели в тупик и грозят социальным взрывом. В 1986 году после смерти Ле Зуана и отставки его консервативного преемника Чыонг Тиня пост генерального секретаря ЦК КПВ занял «вьетнамский Горбачёв» Нгуен Ван Линь . В июне 1988 года До Мыой был назначен премьер-министром СРВ

Вьетнамские реформы получили название Đổi mới – «Обновление». Были разрешены частное землепользование и свободная торговля, появились частные предприятия в сфере услуг, затем в промышленности. Эти решения стимулировали экономический подъём Вьетнама и стабилизировали политическое положение КПВ. До Мыой принадлежал к кругу главных организаторов реформ.

В июне 1991 года До Мыой сменил Нгуен Ван Линя на посту генерального секретаря ЦК КПВ. Таким образом, в его руках сосредоточилась высшая власть в стране. Хозяйственные реформы эффективно продолжались. В то же время идеологически и политически До Мыой стоял на консервативных позициях. Он шёл на уступки суровой реальности лишь в той степени, в какой их нельзя было избежать. Даже и в экономике, при всех послаблениях, командные рычаги контролировались партаппаратом. Марксизм-ленинизм являлся официальной государственной идеологией СРВ, хотя в партийной доктрине появилась ориентация на «служение через бизнес» (т.е. попросту на личное обогащение, вовсе для коммуниста не зазорное). Государственная власть всецело оставалась за номенклатурой КПВ, этот принцип закреплён в конституции. Жёстко преследовалось любое инакомыслие. Тем более, что реформы двояко оживили общество. На частных предприятиях, особенно с иностранным капиталом, появились рабочие организации. Активизировались антикоммунистические группы в городах, в том числе такие, что не чурались взрывчатки.

Постоянно приходилось делать выбор: динамика либо торможение. На этой почве у главы партии возникали серьёзные конфликты с главой правительства. Премьер-министр СРВ Во Ван Кьет – тоже ветеран коммунистического подполья и партизанской войны под Сайгоном – был готов действовать смелее. Он предлагал не только крупномасштабную приватизацию промышленности. Во Ван Кьет говорил даже о «демократизации». Не в том, конечно, смысле, чтобы допустить гражданский плюрализм, свободу печати, многопартийную систему. О таком во вьетнамской номенклатуре не помышляет никто. Но «разграничить функции партии и государства», ослабить партийный контроль над профсоюзами, комсомолом, женским союзом, Отечественным фронтом (нечто типа Общероссийского народного), разрешить неформальные молодёжные объединения и какие-то между ними дискуссии – это премьер считал возможным. Хотя бы для подхлёстывания энтузиазма на производстве. «Чтобы мобилизовать коллективный разум партии, нужна бескомпромиссная демократия», – обращался Во Ван Кьет к ЦК в закрытом послании.

А вот генсек так не считал. Не забудем, дело было в 1990-е. Память о горбачёвской гласности была вполне свежа, а её итоги для номенклатурной власти – налицо.

В полемике случались любопытные парадоксы. Партийные «либералы» Во Ван Кьета взывали к Ленину. Дескать, опыт НЭПа нам путеводная звезда. А более консервативные хошиминовцы До Мыоя расхваливали Южную Корею времён Пак Чжон Хи. Мол, сильная власть – залог успешных реформ. Апелляция ортодоксальных коммунистов к одному из основателей Всемирной антикоммунистической лиги дорогого стоит.

Эта борьба продлилась недолго. Во Ван Кьета поддерживали продвинутые хозяйственники и общественники. До Мыой опирался на всевластный партаппарат, административное чиновничество и военную верхушку. Генсек по должности возглавляет во Вьетнаме Центральную военную комиссию. На его стороне были президент Ле Дык Ань и министр обороны Доан Кхюэ – оба генералы армии, командовавшие вьетнамским корпусом в Кампучии. Нисколько не одобряли премьерских вольностей и потому поддерживали генсека шефы МВД и госбезопасности – генерал-лейтенанты Буй Тхьен Нго и Ле Минь Хыонг.

При таком соотношении сил итог был очевиден заранее. Примерно как у сислибов с силовиками в современной РФ. С той разницей, что вьетнамские силовики меньше нуждаются в своих сислибах – они сами не обделены прагматичным здравым смыслом.

Подтверждение тому – политические судьбы Нгуен Фа Хана и Дао Зуй Тунга. Председатель Центральной экономической комиссии КПВ член Политбюро Нгуен Ха Фан был громогласным рупором консерваторов. Но когда в 1996 году он начал намекать, что Во Ван Кьет является чуть ли не врагом партии, его самого обвинили в пособничестве врагам нации, сняли со всех постов и отправили под домашний арест. Пропаганду против «пятой колонны» повёл Дао Зуй Тунг, редактор журнала «Коммунистическое обозрение» (орган ЦК КПВ) и тоже член Политбюро. Его быстро вычистили из руководства. В обоих случаях До Мыой санкционировал отставки. Деловой Во Ван Кьет партии нужнее, чем «кисели да соловьи». Но когда Во Ван Кьета слишком активно поддержал начальник генштаба вьетнамской армии генерал-лейтенант Дао Динь Лиен, его тоже немедленно отставили. За разговорчики в строю.

До Мыой сдал дела в конце 1997 года (почти одновременно с Во Ван Кьетом). Ему было тогда 80 лет. Правящий класс СРВ с благодарностью проводил своего лидера на заслуженный отдых. В трудные годы он не только удержал ситуацию, но укрепил партийную власть, стабилизировал и обогатил государство. Сумел найти баланс между бюрократической тягой к застою и досадной нуждой в реформах. Последнее его официальное заявление как генсека звучало так: ««Я думаю, нам надо ускорить развитие. Медлительность ведёт к голоду, вы так не думаете? Но я хочу, чтобы эффективность не противоречила стабильности. Если бежать слишком быстро, можно упасть».

Окончательных итогов своей деятельности До Мыой в этом мире уже не увидит. Хотя прожил 101 год. С июля 2016-го он был старейшим в мире политиком и государственным деятелем. Теперь его сменил экс-премьер Судана Бабикер Авадалла, ему тоже 101 год. На втором месте 100-летний экс-премьер Японии Ясухиро Накасонэ, на третьем – 99-летний экс-премьер Южной Кореи Хён Сын Джон.

Инициатором вьетнамских реформ считается Нгуен Ван Линь. Он ушёл из жизни двадцать лет назад. Десять лет назад не стало Во Ван Кьета. Но роль До Мыоя оказалась, пожалуй, не меньшей. Преемники во главе КПВ – Ле Кха Фиеу, Нгок Дык Мань, Нгуен Фу Чонг – внимательно к нему прислушивались и в целом продолжали его политику. Наследие До Мыоя изучается в одном ряду с заветами Дэн Сяопина. Которые, впрочем, сегодня под большим вопросом в Китае. Равно как и во Вьетнаме. Об этом пока не принято говорить: Министерство общественной безопасности генерал-лейтенанта То Лама на сей счёт неустанно бдит. Но в какой-то момент бдение утрачивает смысл.

Анатолий Кружевицын, «В кризис.ру»

Поделиться