Ингушское «Яблоко» объявило бойкот муниципальным выборам 8 сентября. Эффективная протестная мобилизация способна привести к массовой неявке десятков тысяч избирателей. От целых тейпов и фамилий. И тогда ингушский бойкот может стать примером для демократической оппозиции в Москве и Петербурге.

Буревестник революции

В Единый день голосования 8 сентября Народное Собрание Республики Ингушетия тайным голосованием изберёт на 5 лет нового Главу РИ. Тогда же жители региона изберут 456 депутатов четырех горсоветов (Магас, Назрань, Малгобек, Карабулак) и 35 сельсоветов.

В этих 39 муниципалитетах живут более 205 тысяч из 224 тысяч ингушских избирателей. На выборах задействованы 127 из 137 образованных в республике УИК. Не будут голосовать только в бывшей станице Орджоникидзевская (Слепцовская, Курей-Юрт) – ныне город Сунжа. Там избрали горсовет ещё в 2017 году. 15 из 20 мандатов тогда получили единороссы.

Кандидатами в мундепы выдвинуто 898 человек, из них 104 самовыдвиженца. Остальные 794 – от политических партий. Кроме четырех парламентских («Единая Россия», КПРФ, ЛДПР, «Справедливая Россия»), это «Российская партия пенсионеров за социальную справедливость» (РПСС) и снятое с дистанции «Яблоко».

Ингушские выборы-2019 пройдут в условиях новой политической реальности, в которой самая молодая республика России живёт с осени 2018 года. Имя этой реальности – революционная ситуация. Маленькая ингушская революция как предвестница большой российской.

Всё точно по Ленину: два объективных признака («верхи» не могут, «низы» не хотят) и «субъективная перемена» – в политическую борьбу вовлечены широкие народные массы. В самом маленьком субъекте РФ все всех знают. Все друг другу родственники, земляки, соседи. Роль ревкомов играют Совет Тейпов, Ингушский комитет национального единства (ИКНЕ), Всемирный конгресс ингушского народа (ВКИН), авторитетные старейшины, лидеры общественного мнения.

27 сентября 2018 года в Магасе главы Ингушетии и Чечни Юнус-Бек Евкуров и Рамзан Кадыров в присутствии полпреда президента РФ в СКФО Александра Матовникова (позывной «Чекист») подписали соглашение об установлении границы между двумя республиками. По этому соглашению Ингушетия получила часть Надтеречного района ЧР. Взамен Чечне передавались земли на границе с Малгобекским районом и участок Сунженского района.

Так в Ингушетии начались массовые акции протеста против соглашения Евкурова–Кадырова. Полгода спустя, на согласованном митинге 26―27 марта в Магасе столкнулись протестующие, полиция и Росгвардия. Затем последовали массовые задержания и обыски в домах активистов. Около 300 человек привлекли по «административке». По уголовному делу о насилии над силовиками арестованы 30 человек, в том числе одна женщина – Зарифа Саутиева.

Среди арестантов, признанных ПЦ «Мемориал» политзаключёнными – председатель Совета Тейпов Малсаг Ужахов, старейшина Ахмед Барахоев, председатель ИКНЕ Муса Мальсагов, лидер движения «Опора Ингушетии» Барах Чимурзиев, лидер организации «Выбор Ингушетии» Исмаил Нальгиев, глава Совета молодежных организаций Ингушетии Багаудин Хаутиев, три племянника муфтия Духовного центра мусульман Ингушетии Исы Хамхоева. Появился даже свой «свой Иван Голунов» – бывший главред интернет-издания ­«Фортанга.ОRG» Рашид Майсигов. Правда, на фоне судов над ингушскими политзэками в Нальчике, из колонии в Кабардино-Балкарии вышел Магомед Хазбиев – ранее осужденный за оскорбление Евкурова активист движения «Мекх-Кхел», экс-лидер ингушского отделения партии ПАРНАС.

Новое горячее блюдо местной политической кухни – обыски в офисе НКО «Правовая инициатива» в Назрани. По версии следствия ингушские правозащитники могли координировать акции оппозиции в Москве 27 июля и 3 августа.

Волга – Сунжа

Контрудар по оппозиции обернулся для властей пирровой победой. 24 июня ушёл в отставку сам Юнус-Бек Евкуров, чьи полномочия истекали в 2023 году. Даже записал прощальное видеообращение в стиле «я устал, я ухожу».

Врио главы республики был назначен руководитель самарского Росприроднадзора Махмуд-Али Калиматов – экс-прокурор Ингушетии, брат погибшего героя России Алихана Калиматова, свояк экс-президента и генерала ФСБ Мурата Зязикова, односельчанин казахского лидера Нурсултана Назарбаева.

Перетасовка кадров прошла в рамках одной системы. Евкурова назначили замминистра обороны РФ Сергея Шойгу. Взамен прислали бывшего коллегу генпрокурора Юрия Чайки и его зама Андрея Захарова (зять Шойгу). В реорганизуемом Росприроднадзоре Калиматов по должности курировал нацпроект «Экология» и «мусорную реформу» (по версии ФБК Алексея Навального это сфера особых бизнес-интересов влиятельной прокурорской семьи).

В марте 2019 года тогдашний глава исполкома ОНФ Михаил Развозжаев заявил, что 34 из 85 субъектов РФ не заложили в региональные программы «мусорной реформы» целевые показатели: долю обработки и захоронений ТКО, долю контейнерных площадок для раздельного сбора мусора. Не справились «наш» Севастополь, Ленобласть, Подмосковье, Ингушетия, Дагестан, Карачаево-Черкесия, Северная Осетия. На хорошем счету, в передовиках – «наш» Крым, Чечня, области Архангельская (где Шиес) и Самарская (где за экологией тогда надзирал Калиматов).

Когда «прокурорского» Калиматова направили в Магас, «фронтовик» Развозжаев был назначен врио губернатора Севастополя вместо Дмитрия Овсянникова. Еще раньше прокурором Севастополя стал Марк Большедворский, по данным СМИ однокурсник Артёма Чайки. По федеральному закону, «мусорная реформа» в Москве, Петербурге и Севастополе начнётся только в 2022 году.

В Ингушетии в ходе «мусорной реформы» планируют создать 1 сортировочный и 2 перерабатывающих комплекса. В рамках нацпроекта «Экология», на ликвидацию свалок в Назрани, Сунже, Малгобеке и Карабулаке из федерального бюджета РФ в 2019―2020 годах выделят почти 700 млн рублей.

Сейчас в республике действует только один полигон ТБО в Сунже. Региональный оператор – сунженское ООО «Экология». Главой станицы Орджоникидзевская раньше был старший брат Махмуда-Али Калиматова – Магомед-Башир Калиматов, ныне директор ингушского филиала ФГУП «Почта России». На почте работал и племянник братьев Калиматовых – Михаил Илезов, ныне советник врио главы РИ.

По словам лидера ингушского «Яблока» Руслана Муцольгова, после старта «мусорной реформы» вывоз мусора в Ингушетии практически прекратился и превратился во что-то ужасное. «Вот эта монополия, которая длилась в республике, не принесла своих результатов. Единый оператор не справился с поставленной задачей», – считает главный ингушский «яблочник».

Глас народа

Массовые протесты ингушей против соглашения Евкурова-Кадырова начались на фоне недовольства россиян «пенсионной реформой» и первых провалов «Единой России» на выборах в регионах.

Более патриархальная политическая культура Северного Кавказа отличается от «среднерусской». Партийные структуры здесь формируются несколько иначе. Федеральные бренды – на «франшизе» у местных кланов: сына за отца, брат за брата. Ингушский оппозиционер – не энтузиаст-одиночка, не «городской сумасшедший».  За ним не только лайки в соцсетях, но и реальная поддержка родных, близких, старших. Иногда и силовой ресурс – спортивная молодёжь. Но у медали две стороны: власти также могут давить на родственников. Например, чтобы общественник отозвал заявку на митинг солидарности с узниками совести.

Наверное, даже в сравнении с Чечнёй, в компактной Ингушетии неформальная иерархия фамилий и тейпов сохраняет большее значение. В советской пропаганде этот феномен клеймили как «тейповщину». Если в годы депортации фамильные узы, вайнахская этика и мусульманская вера (иман) помогли ингушам выжить и сохранить идентичность, то в лихие 90-е создать свою республику.

На Кавказе умеют обеспечить явку, красивые проценты голосов и эфемерную «электоральную легитимность» нужного кандидата. Ещё недавно эти механизмы почти без сбоев работали и в Ингушетии. Так, по официальным данным, в 2018 году за Владимира Путина голосовали 150 тысяч из 224 тысяч ингушских избирателей. С 2007 года избиркомом РИ руководит справоросс Мусса Евлоев, коего Юнус-Бек Евкуров часто хвалил за «профессионализм». На выборах 2016 года в Народное Собрание VI cозыва «ЕР», «СР», КПРФ и ЛДПР получили соответственно 26, 3, 2 и 1 мандат. Момент истины настал осенью 2018-го, когда у многих нардепов национальные чувства взяли верх над партийной дисциплиной.

9 сентября НС избрало Евкурова главой республики на третий срок подряд. При тайном голосовании Евкуров получил 26 голосов, «справорос» Урусхан Евлоев и зюгановец Ильяс Богатырёв – по 2 голоса. В тройку кандидатов, предложенных Путиным на рассмотрение НС, не вошёл кандидат от ЛДПР – первый вице-премьер Ингушетии Багаудин Оздоев.

4 октября НС голосовало за закон №42-РЗ об утверждении соглашения Евкурова-Кадырова. Из 32 депутатов в зале присутствовали 24. По официальным данным Счётной комиссии НС, «за» голосовали 17, против – 3. Четыре единоросса испортили бюллетени. Спикер НС единоросс Магомед Яндиев накануне взял больничный, его заменял единоросс Якуб Кортоев.

Но важно не кто как голосует, а кто как считает голоса. Считали единороссы ― вице-спикер НС, секретарь СК Василий Светличный и Абдул-Хамид Бружев. Председатель СК единоросс Магомед Тибоев голосовал против и отсутствовал в комнате для подсчёта.

После голосования 12 нардепов пожаловались в Конституционный Суд Ингушетии. 30 октября КС признал, что закон №42-РЗ противоречит Конституции РИ, принят с нарушением процедуры (тайным голосованием и в трех чтениях сразу), а само соглашение Евкурова-Кадырова не имеет юридической силы без утверждения на референдуме.

15 августа Верховный суд Ингушетии оставил в силе решение Магасского райсуда от 2 апреля (об отклонении иска 5 нардепов от «ЕР» к НС). По мнению истцов, их однопартийцы Светличный и Бружев фальсифицировали результаты голосования за закон №42-РЗ, ибо противники скандального законопроекта открыто высказывали свою позицию, показывали коллегам бюллетени с галочкой «против».

По свидетельствам авторов иска, против голосовали не 3, а 12 депутатов. Среди них – жириновец Ислам Гадиев, «справорос» Иса Арчаков и 10 единороссов – даже лидер фракции Марьям Амриева. С учётом 4 испорченных бюллетеней выходит, что «ратификацию» соглашения Евкурова-Кадырова одобрили всего 7 из 32 ингушских парламентариев.

Все четыре парламентские партии выдвинули своих кандидатов в мундепы. В отличие от партайгеноссе в Москве и Петербурге, ингушские единороссы честны перед собой и своим электоратом – не бегут с тонущего корабля как «самомедвеженцы», а борются за мандаты под знамёнами родной партии. Ингушское региональное отделение партии «Яблоко» поневоле сделало ставку на бойкот.

За чистый город

«Яблоко» – единственная партия, поддержавшая протест ингушей против поправок в закон РИ о референдуме, позволяющих властям республики решать вопросы границ региона без согласования с его жителями. На митинге 26 марта в Магасе выступил зам Сергея Митрохина – питерский эколог Николай Рыбаков, борец с «мусорной псевдореформой».

В июне ИРО «Яблока» собиралось бойкотировать муниципальные выборы. Но из-за репрессий против оппозиции решило участвовать, чтобы «обеспечить чистоту выборов». Путём наблюдения за ними в день голосования. Основные усилия «яблочники» сосредоточили на выборах в Карабулаке. Там живут лидер ИРО Руслан Муцольгов и правозащитник Магомед Муцольгов – глава организации «МАШР», внесённой в реестр «иноагентов».

Ещё один известный карабулакец – член Совета Тейпов, сопредседатель ВКИН, экс-министр МВД Ингушетии Ахмед Погоров. 26 октября 2018 года в его дом лично наведались Рамзан Кадыров, спикер парламента ЧР и президент ФК «Ахмат» Магомед Даудов («Лорд»), депутат Госдумы Адам Делимханов, командир СОБР «Терек» Абузаид Висмурадов («Патриот») и муфтий ЧР Салах Межиев. Вскоре у дома сотни ингушей скандировали такбир «Аллаху Акбар!». На переговоры с гостями срочно прибыл ингушский старейшина Ахмед Барахоев. По итогам встречи Погоров и Кадыров в формате вайнахских обычаев взаимно извинились за резкие заявления.

С апреля Погоров в федеральном розыске. Он также баллотировался в горсовет Карабулака – от партии пенсионеров РПСС, но утратил статус выдвинутого кандидата. Интересы Погорова представляет московский адвокат Калой Ахильгов, бывший пресс-секретарь Евкурова.

В горсовете Карабулака заседают 20 депутатов. От «Яблока» выдвинулись оба Муцольгова и ещё 15 кандидатов. Член ИКНЕ, кандидат исторических наук Анжела Матиева в прошлом работала в МИД РФ и «Ингушнефть» («дочка» ПАО «Роснефть»). Два кандидата, Хасан Кациев и Муса Мальсагов находятся в нальчикском СИЗО.

30-летний Хасан Кациев – бывший оперативник ОБЭП.

47-летний Муса Асланович Мальсагов – житель Назрани, отец четырёх детей, глава Ингушского отделения Общероссийской общественной организации «Российский Красный Крест», зам представителя РКК в СКФО, председатель ИКНЕ, сопредседатель Всемирного конгресса ингушского народа. В 2011―2016 годах был депутатом НС от «ЕР», но сложил полномочия. В 2016 году беспартийный экс-единоросс вошёл в федеральный Гражданский Совет КПРФ.

Тут стоит снова напомнить, что для кавказской политики характерен «семейный подряд», московские партийные этикетки – формальность. В том же Карабулаке от КПРФ баллотируются несколько Богатырёвых. Лидер ингушской КПРФ Ильяс Богатырёв поддерживал Евкурова и после его отставки заявил, что тому удалось справиться с криминогенной ситуацией, «вялотекущей гражданской войной». По словам Богатырёва, Ингушетия при Евкурове преобразилась, социальных объектов построено больше, чем в эпоху ЧИАССР. На выборах нового главы республики фракция КПРФ намерена поддержать Калиматова.

Сам Евкуров – член Высшего cовета ЕР, но своё политическое кредо формулирует так: «Я — коммунист в прошлом, коммунист и сегодня, но коммунист советской эпохи. У меня партбилет лежит дома. У меня чистые идеалы, чистые идеи, и я не для шкурных интересов в партию вступал. Это был осознанный выбор».

В 2013 и «крымском» 2014 годах Ингушетию по приглашению Евкурова и мэра Магаса Беслана Цечоева посещал питерский публицист Игорь Пыхалов — ополченец ЛНР, создатель интернет-проекта «За Сталина!», автор книг «Великая оболганная война» и «За что Сталин выселял народы». После встреч с ингушскими ветеранами Пыхалов извинился за оправдание депортации и признал ошибки.

Одну из статей Пыхалова, опубликованную в 2007 году на сайте ingushetiya.ru, Магасский райсуд внёс в Федеральный список экстремистских материалов. В 2010 году в Петербурге Пыхалова избили неизвестные. Чеченский омбудсмен Нурди Нухажиев тогда назвал этот инцидент инсценировкой. «Вайнахский конгресс» заявил о непричастности кавказской диаспоры. Ответственность взяла на себя ранее неизвестная антикоммунистическая группировка «Блок Факт».

Вернёмся к выборам-2019 в Карабулаке.  Для регистрации списка кандидатов «Яблоку» требовалось от 76 до 84 подписей. Дважды партия отфильтровала сначала более 300, затем 150 подписей и 29 июля сдала 84 «идеальные» в ТИК. 31 июля рабочая группа ТИК с участием сотрудников ФСБ и МВД забраковала 14 подписей, включая подписи самого Руслана Муцольгова, его сестры и соседей. По мнению рабочей группы, подпись и дату в подписных листах якобы ставили разные люди. «Всё это откровенная ложь. Мы понимали, с чем имеем дело, и всю техническую сторону вопроса соблюдали неукоснительно», – заявил Руслан Муцольгов.

9 августа Избирком Ингушетии отклонил жалобу «яблочников». Тогда же Нальчикский горсуд продлил до 10 ноября арест 65-летнего старейшины Ахмеда Барахоева. В данной ситуации «Яблоко» решило бойкотировать муниципальные выборы по всей Ингушетии и призвало всех жителей республики не голосовать за кандидатов, обслуживающих интересы коррумпированных чиновников: «Мы уверены, что результаты выборов будут сфальсифицированы, не хотим и не будем в этом участвовать!».

Может ли тактика бойкота быть эффективной в условиях Ингушетии? На первый Всемирный конгресс ингушского народа (ВКИН) в октябре 2018 собрались 830 делегатов от 283 фамилий. В бессрочном митинге в Магасе – от 10 тысяч до 60 тысяч человек. Самый большой ингушский тейп – Евлоевы (Йовлой), 100 тысяч человек из 60 фамилий. Влиятельными ингушскими фамилиями считаются Мальсаговы и Ужаховы, их представители Муса Мальсагов и Малсаг Ужахов возглавляют соответственно ИКНЕ и Совет Тейпов.

Авторитет среди земляков сохраняет член президиума ВКИН, первый президент Ингушетии Руслан Аушев. Его кредо: «Я всегда со своим народом». И братство вайнахов – Чечня начинается во Владикавказе, Ингушетия начинается в Хасавюрте. Это очень гибкая формула, которую совсем не обязательно трактовать как агрессию, аннексию, экспансию. Тем же адептам «русского мира» стоит поучиться и задуматься. Не обязательно воевать за «сакральные» Херсонес, Фанар, Афон, Гангут, Форт-Росс, Порт-Артур, Бизерту, когда можно и нужно договариваться и сотрудничать с братской Украиной, другими дальними и ближними соседями.

В далёком сентябре 1942 года, когда пал Севастополь, бои за ингушскую нефтяную столицу Малгобек предопределили исход всей битвы за Кавказ и Сталинград, весь дальнейший ход второй мировой войны.

8 сентября 2019-го станет ясно, сможет ли ингушский «ревком» мобилизовать свои ресурсы, организовать «пофамильную» и «потейповую» нулевую явку избирателей на 127 участках в 39 муниципалитетах. То есть перехватить стратегическую инициативу.  И таким образом задать новый тренд, предопределить дальнейший ход политической истории «посткрымской» России, где все молчит, ибо благоденствует.

В любом случае, уже ничто не остановит лавину перемен, которая в 2018 году началась на постсоветском пространстве после армянской «бархатной революции». Эта лавина давно перевалила Кавказский хребет и через страну вековых родовых башен «гала» неумолимо движется на Москву и Петербург.

Ион Брынзару, специально для «В кризис.ру»

в России