Испания: между парламентскими выборами и судом над сепаратистами

Объявление в испанском королевстве досрочных парламентских выборов стало ещё одним свидетельством того, что пиренейская монархия относится на сегодня к числе политически нестабильных европейских стран. Впрочем, и до решения премьер-министра Педро Санчеса инициировать в конце апреля выборы в Генеральные кортесы Испания, очевидно, не могла похвастаться высоким уровнем политической стабильности.

Ведь ещё в июне 2018 года, когда нижняя палата испанского парламента вынесла недоверия прежнему правительству консерваторов во главе с Мариано Рахоем, многие испанские политологи высказывали мнение о том, что новое правительство не будет долговечным. Впервые за весь постфранкистский период восемь месяцев назад в Испании было сформировано самое слабое правительство меньшинства. Оно могло твёрдо опираться лишь на голоса депутатов от Испанской социалистической рабочей партии (ИСРП), чей генсек Педро Санчес и инициировал вотум недоверия кабинету Рахоя. Да, в силу разных обстоятельств тот вотум поддержали радикальные левые, баскские автономисты и каталонские сепаратисты. Но ведь в Конгрессе депутатов – нижней палате Генеральных кортесов ИСРП располагает лишь 85 мандатами из 350!

Изначально было понятно, что левому социал-демократическому профессору экономики Санчесу придётся проявить максимум «политической эквилибристики», чтобы досидеть в премьерском кресле до лета 2020 года, когда истекал срок нынешней легислатуры. Но ещё осенью прошлого года консервативная журналистка Эльза Гариса де Блас высказала безапелляционное мнение: «Это правительство не доживёт до 20-года. Скорее всего, досрочные выборы пройдут ещё до лета». Как в воду смотрела; но ни она одна, впрочем.

Разумеется, для такой точки зрения были соответствующие основания. Практически по любому мало-мальски серьёзному законопроекту социалистам нужно было провести процедуру непростых и комплексных согласований с антикапиталистами из фракции «Объединённый Подемос» и националистами, представляющими этнические сообщества страны.  У всех у них разные позиции, различная стратегия. Как отмечает французский политолог и эксперт по Испании Жан-Жак Курляндски, «Педро Санчес просто не имел карт-бланша на выполнение своей амбициозной социалистической программы». Руководство ИСРП с тревогой ждало голосования по очередному бюджетному законопроекту, против которого активно выступала правоцентристская оппозиция – депутатские группы консервативной Народной партии (НП) и либерального движения «Сьюдаданос». Но ножку кабинету Санчеса подставили другие. Против нового бюджета выступили и депутаты от двух каталонских сепаратистских партий. Всего-то 17 депутатов, но от их вердикта судьба правительства меньшинства и зависела. В конечном счёте бюджет был заболотирован, а Санчес, сославшись на «политику дискредитации со стороны правой оппозиции» и на «неконструктивный демарш каталонских индепендентистов» принял решение о досрочных законодательных выборах в апреле.

Но буквально за несколько дней до решения о самороспуске Генеральных кортесов в столице королевства открылся суд более чем над 20 политиками и общественными деятелями Каталонии, обвиняемыми в покушении на целостность государства и в подстрекательстве к антинациональным действиям. Мадрид так ничего и не смог сделать с непокорными каталонскими «индепендентистами», в регионе были восстановлены (после выборов) парламент и автономное правительство – Женералитат. Причём те же политические силы, которые в конце 2017 года инициировали референдум о независимости и одностороннее провозглашение «Каталонской республики», по сути дела, остались у власти.

Но испанская юстиция, действительно не связанная с политическим партиями, решила довести дело до конца и закончить его громким уголовным процессом. Среди тех, кто сейчас в Мадриде предстал перед судом – бывшие министры (включая второго человека прежнего Женералитата, лидера каталонских левых республиканцев Ореоля Жункераса) и лидеры некоторых каталонских общественных движений, активно требовавших независимости. Сепаратистский лагерь требовал от правительства ИСРП как-то не допустить «судилища» (как заявил Жункерас, «политический контекст обвинений ясен всем»), но при всём желании успокоить «индепендентистов» Санчес просто не мог приказать суду. В ответ 17 сепаратистски настроенных депутатов в нижней палате парламента решили «прокатить» закон о бюджете…

В общем, политический кризис в Испании перешёл отныне в новую фазу. Это при том, что социально-экономическая ситуация в королевстве в общем-то улучшается (в частности, это касается сокращения уровня безработицы и роста покупательной способности домохозяйств), но эта тенденция была заметна ещё при правительстве «народников». Вряд ли сегодня найдётся пророк, который скажет, что ожидает Испанию после всеобщих выборов в конце апреля. Соотношение сил между четырьмя главными политическими силами («Подемос» ― ИСРП ―«Сьюдаданос» ― НП) весьма подвижное и однозначно ясно лишь то, что ни одна из испанских партий не в состоянии гарантировать собственного большинства в Конгрессе депутатов.

Безусловно, многое, будет зависеть и от малых регионалистских партий. Но, возможно, не только от них. В декабре на парламентских выборах в Андалузии впервые в постфранкистской истории Испании в законодательных орган власти были избраны представители крайне правой партии «Вокс» («Голос»), выступающей за высылку нелегальных иммигрантов, ужесточение борьбы с криминалом и твёрдое противостояние любым попыткам «федерализации» Испании. В Андалузии за «Вокс» отдали голоса почти 11% избирателей, что полностью перевернуло ситуацию. Это сообщество более 35 лет возглавлялось социалистами, но после этих выборов было сформировано региональное правительство из НП и «Сьюдаданос» ― при «поддержке извне» со стороны крайне правых.

Возможна ли будет аналогичная экстраполяция на общенациональный уровень? Сказать сложно, но определённо, очень многое будет зависеть от того, сумеет ли «Вокс» подхватить «андалузскую» волну, доказывая тем самым, что и Испания перестаёт быть «европейским исключением» для подъёма крайне правого популизма.

                                              Роман Рудин, специально для «В кризис.ру»

Поделиться