На границе тучи

«Мы, безусловно, внимательно наблюдаем, получаем информацию от руководства республики», — сказал президентский пресс-секретарь Песков. Это пока единственный комментарий, который Кремль решился дать по поводу ситуации в Ингушетии. Странно, впрочем, что даже такую содержательную сентенцию решились произнести.

Столь лаконичный ответ для Пескова в общем-то характерен. Но в данном случае реакция Москвы могла бы выглядеть несколько более определённой. Всё-таки реальные протесты, да ещё и не первый день. Более того, начавшись ещё в субботу, как стихийная акция, уже с понедельника она продолжается как «разрешённая» властями. Переговоры с общественностью, представителями тейпов и религиозных общин ведут представители МВД России, прокуратуры, руководства республики. Предполагается участие членов Совета Федерации.

Глава Республики Ингушетия Юнус-Бек Евкуров объясняет такую лояльность к протестующим просто: «Была бы эта ситуация без религиозного подтекста, конечно, власть бы понимала, что делать. А сегодня, когда священнослужители, имамы населённых пунктов стоят за этим, сам муфтий и его окружение стоят за этим, очень сложно принимать решение для власти». Но думается, на самом-то деле никакого «религиозного подтекста» в противостоянии нет.

Да, в оргкомитет митинга входит помощник ингушского муфтия Магомед Хаштыров и председатель совета тейпов Малсаг Ужахов. Но в нём же участвуют председатель Ингушского республиканского отделения «Красного Креста» Муса Мальсагов, председатель Общественной наблюдательной комиссии Ингушетии Магомед Муцольгов, представитель ассоциации «Опора Ингушетии» Барах Чемурзиев, сопредседатель оппозиционного движения «Мехк Кхел» Сараждин Султыгов. Да, многие имамы в мечетях призывают людей выходить на улицы. Но к этому же призывают вполне светские депутаты республиканского парламента, председатель Конституционного суда республики Аюп Гагиев  и первый президент Ингушетии Руслан Аушев. Суть всего происходящего в том, что против власти объединились все неравнодушные жители Ингушетии.

Пожалуй, даже не против власти, а против конкретного её решения — так называемого договора «Об установлении границы между Ингушетией и Чеченской республикой», подписанного 26 сентября Юнус-Беком Евкуровым и Рамзаном Кадыровым. Это соглашение, согласно которому Ингушетия и Чечня обмениваются равновеликими участками горно-лесистых нежилых территорий площадью 1890 га. Якобы для выравнивания границ и предотвращения конфликтов.

Депутаты Народного собрания Ингушетии 4 октября этот законопроект ратифицировали. Якобы из 25 присутствовавших депутатов за него проголосовали 17, ещё 3 депутата высказались против, а остальные 5 воздержались. Но уже вскоре стали известны некоторые подробности: депутатов было 24, и многие из них сказали о фальсификации при подсчёте. Евкуров, что любопытно, отрицать этого не стал. Но перевалил ответственность на самих депутатов. «Давление оказывали не посторонние лица, а ближайшие родственники депутатов. Поэтому я понимаю, что некоторые депутаты вынуждены говорить, что они голосовали против или не голосовали за», — пояснил он. Потом уточнил, что депутаты делают это, боясь идти против своих тейпов.

Так ведь и правильно, если боятся! Тейп — род — это тот самый ингушский народ, который депутатов выбирал. И волю которого депутаты обязаны проводить в жизнь. Их, собственно, за тем и выбрали. Как-то уже забывается, что даже члены «Единой России» избраны, чтобы выражать волю своих избирателей, а не для единогласной поддержки президентских инициатив. Может, если б помнили, пенсионная «реформа» так и осталась бы кабинетным прожектом. А там, глядишь, и президентский рейтинг не завалился бы ниже плинтуса… Но зачем о несбыточном? ЕР для другого придумана. Оставим лирику, вернёмся к конкретике.

Первоначально предполагалось, что Чечня получает незаселённую часть Надтеречного района Ингушетии, а Ингушетия — такую же территорию на границе с Малгобецким районом. Однако вскоре оказалось, что оказалось, что Ингушетия отдаёт Чечне совсем другой участок — в Сунженском районе. Эти места обитаемы. Например, полтора года назад ингуши стали возвращаться в приграничное селение Даттых (основано в 1801 году). Проводилось размежевание, строительство домов, ремонт газопровода. Началось восстановление исторических и культурных памятников и древних захоронений. Вспомнилось и законсервированное нефтяное месторождение.

«Я не знаю, как такое могло прийти в голову, что мы отдали Чечне свою территорию, на которой много нефти, — возмутился Евкуров. — Это неправда. В селе Даттых, которое мы и имеем в виду, 19 нефтяных скважин, все они законсервированы, с высоким содержанием серы, даже в советское время там не добывалась нефть именно из-за высокого содержания серы». И стал убедительно доказывать, что «это просто невыгодно, надо вложить 100 рублей, чтобы заработать один».

Но депутаты Народного собрания Ингушетии видимо ещё не полностью оторвались от родной почвы, поэтому с выражением преданности начальству не очень усердствовали. Особенно глядя из окна на площадь перед парламентом. Где уже в это время начал собираться протестный митинг. Некоторые из них, не дожидаясь итогов митинга, направили в СК РФ и прокуратуру, заявление о фальсификации голосования. При этом, как сказал депутат Закрий Мамилов, можно провести новое голосование даже не привлекая представителей счётной комиссии Совета Федерации. «Это наш внутренний регламент республиканского парламента», — пояснил он.

В федеральном сенате, однако, думают совершенно иначе. Там вообще не видят необходимости проводить новое заседание и что-то пересчитывать. Поскольку народное возмущение — всего лишь информационные спекуляция, «в том числе американских иноагентов». Это обычное мнение – вроде заунывного зачина «в некотором царстве в некотором государстве» – выразил член СФ и ЕР Андрей Климов. Пока что его никто не поддержал, разве что глава Чеченской Республики. «Ради Всевышнего, не создавайте себе проблем, — посоветовал ингушам Рамзан Кадыров. — Если воевать, то меня и это устраивает».

Интересно получается. Глава одного из 85 российских регионов этак запросто готов объявить войну другому российскому региону. А федеральная власть — тоже запросто — пропускает это мимо ушей, как не было. Вот интересно, если бы штат Айова объявил войну штату Висконсин, это посчитали бы милой шуткой? Да нет, скорее взорвались бы в экстазе – вот, мол, какой ад творится у бездуховных!.. В нашем же случае царит смущённое молчание.

В Ингушетии никакой войны пока не объявляют. Собственно говоря, там даже не очень возражают против самого факта установления границы. Хотя четверть века назад она вообще-то уже была установлена. В 1993 году первый чеченский президент Джохар Дудаев и первый ингушский президент Руслан Аушев подписали договор, согласно которому Сунженский район, за исключением посёлка Серноводск и станицы Ассиновская, оставались в составе Ингушетии. Спустя десять лет, в 2003-м, два других республиканских президента — Ахмат Кадыров и Мурат Зязиков — эти договорённости официально подтвердили. Договоры, впрочем, мало общего имели с реальным положением дел. Но время от времени худо-бедно соблюдалось.

Поначалу протестующие в Магасе требовали лишь отмены нового соглашения и вынесении вопроса на республиканский референдум. «Мы не против законного определения границ между субъектами Российской Федерации, они должны быть установлены в обязательном порядке. Мы против самой проведенной с нарушениями процедуры. В том, что границы должны быть определены, мы не расходимся с позицией властей», — пояснил Барах Чемурзиев. Так же считает председатель республиканского Конституционного суда Аюп Гагиев.  Об этом же говорит экс-президент республики Руслан Аушев, приехавший поддержать митингующих: «Скажу как первый президент: руководство республики совершило ошибку, надо было этот вопрос согласовать с народом».

После появилось новое требование — провести повторное голосование в парламенте. Причём Сираждин Султыгов, один из лидеров протеста, предупредил: если депутаты вновь утвердят соглашение, от них потребуют сложить полномочия. «Терпеть господина Евкурова на посту главы республики мы в любом случае не собираемся, но если депутаты не прислушаются к нашим требованиям, то мы прогоним и их», — пообещал он.

Протестующие склоняются и к тому, что прежние договорённости не были справедливыми по отношению к Ингушетии. «Тогда, в 1992 году, ингуши повели себя как близкие люди, как братья по отношению к чеченцам, — говорит сопредседатель «Мехк-Кхел» Муса Албогачиев. — Чеченский народ был слаб, в состоянии раздрая, и Ингушетия не стала пользоваться этой слабостью, оставила решение вопроса до лучших времен. А сегодня уже чеченская сторона воспользовалась нашей слабостью, тем, что колоссальный разрыв у нас между населением и руководством. И принятые границы — это преступление перед собственным народом в угоду Кадырову».

Власти Ингушетии согласовали митинг в Магасе с 8-го по 15 октября. Что будет дальше — пока не известно. Как говорят эксперты, знающие ситуацию, на стороне протестующих не только обычные граждане Ингушетии, Конституционный суд республики и депутаты. Но и многие представители силовых структур.

Анна Мышкина, «В кризис.ру»

Поделиться