Небо Сирии

Войска Башара Асада при иранской поддержке на земле и российской в воздухе уже готовы были начинать штурм повстанческого оплота в Идлибе. Но вдруг… как принято теперь говорить, «что-то пошло не так». Колониальная война начинает приносить неприемлемые потери. Даже при отказе от планов, сопряжённых с максимумом кровопролития.

Сражение за Идлиб ожидалось как последний бой

Вчера министр обороны РФ Сергей Шойгу сообщил об отказе от военной операции. А сегодня стало известно, как «дружественный огонь» сирийской ПВО сбил российский разведывательный самолёт Ил-20. Погибли пятнадцать человек. Официальная версия военного ведомства РФ: израильтяне прикрылись и подставили. Друг и партнёр Нетаньяху поговорил с Путиным по телефону. Асад молчит, как положено «подкрышному».

Начнут или не начнут? Это был главный вопрос последних дней. Северо-западная мухафаза (провинция) Идлиб на сирийско-турецкой границе – регион концентрации антиправительственных, антиасадовских сил. Туда отступали боевики после поражений в Алеппо, Восточной Гуте, Дераа. Сражение за Идлиб ожидалось как последний бой: либо сопротивление режиму будет окончательно подавлено, либо вооружённая оппозиция отстоит себя для контрнаступления. Глава асадовского МИД на встрече с главой МИДа путинского грозил идти до конца.

В мире уже предвидели гуманитарную катастрофу. Осведомлённое издание The Wall Street Journal сообщало, что Башар Асад санкционировал применение боевых отравляющих веществ (если конкретно – хлора). Минобороны РФ анонсировало «инсценировку химической атаки». Начиналась привычная «война фейков». Провалы, как водится, заранее списывались на будущие происки врагов. Но на этом фоне подступала война реальная. Бои за Идлиб обещали стать небывало кровавыми.

Обошлось, однако – по крайне мере, на текущий момент – ограниченной пробой сил. Совершился невнятный «победоносный рейд» правительственных войск на территорию противника. Убиты несколько боевиков-исламистов. Неясно даже, из какой группировки. 17 сентября операция была отменена. Буквально – «шеф пришёл в последний момент».

Вместо военной операции договорились о демилитаризованной зоне

Вопрос был снят вчера в Сочи, на встрече президентов России и Турции. Массированное вторжение в Идлиб отменилось. Владимир Путин и Реджеп Тайип Эрдоган договорились иначе. По линии соприкосновения повстанцев с карателями создаётся демилитаризованная зона в 15-20 километров. Пересекать её не будут ни с той, ни с другой стороны. К 10 октября из зоны будет выведено тяжёлое вооружение, танки, реактивные системы залпового огня, артиллерия и миномёты. Российский президент гарантирует за Асада, турецкий – за его противников. Оперативный контроль берут на себя подразделения турецких сил безопасности и российской военной полиции. Могут, значит, когда захотят.

Очевиден политико-дипломатический успех Эрдогана. Он категорически возражал против зачистки Идлиба. Резонно предсказывая сотни тысяч жертв и беженцев. Возникала опасность очередной размолвки Москвой с Анкарой. Между тем, Эрдоган за последние год-два превратился в партнёра, критически важного Кремлю. Его интересы приходится учитывать. Как и особенности характера, сформированного пусть не ленинградской, но зато стамбульской улицей. Да и президент Трамп предупредил, что удар по Идлибу станет большой ошибкой. А он – не Обама, «красных линий» зря не чертит. Недаром Шойгу особо подтверждал: договорённости Путина с Эрдоганом означают отмену военной операции.

Путин акцентировал собственный – и асадовский – успех. По его словам, демилитаризованную зону покинут «радикальные боевики», в частности, из организации Джебхат ан-Нусра. Комментаторы не преминули отметить, что такой организации (сирийское отделение печально знаменитой Аль-Каиды) нет с 2016 года. После основательного переструктурирования – в частности, разрыва с Аль-Каидой – появилась группировка Хайят Тахрир аш-Шам (Организация освобождения Леванта) во главе с Абу Мухаммадом аль-Джулани. «Скорей всего, этот повстанческий альянс имел в виду Путин», – размышляют толкователи. Вероятно, да – это салафитское движение рассматривается сейчас как главный мотор сирийской вооружённой оппозиции.

Что касается Эрдогана, то у него свой выигрыш. Турецкие бронетанковые части переброшены в граничащую с Идлибом провинцию Хатай. Для Асада это неприятный сюрприз. Но не правящий режим Дамаска является эрдогановской мишенью, а курдские отряды самообороны и национальные партии и самоуправляемая Рожава. Эти силы президент Турции называет «террористическими организациями, дестабилизирующими не только Идлибскую провинцию, но и восток Европы».

Так или иначе, о чём-то договорились. Призрак серьёзного кровопролития – а иного выхода военная операция не оставляла никому – всех остановил. И тут – российская ракета поражает российский самолёт из сирийской зенитной установки.

Российский самолёт военные Асада сбили российской ракетой

Российской самолёт радиоэлектронной разведки Ил-20 совершал облёт в Латакии. Эта приморская мухафаза – своего рода «Идлиб наоборот», форпост президента Асада и его союзников. Причём граничит и с Идлибом, и с Турцией. Здесь расположены не только военные объекты правительственной армии и российская авиабаза Хмеймим. В Латакии сконцентрированы иранские экспедиционные подразделения и союзные им боевики ливанской Хезболла.

Естественно, Израиль наносит здесь авиаудары. Присутствие стражей исламской революции рассматривается в Израиле как главная опасность от сирийской войны.

Связь с бортом пропала вчера около одиннадцати вечера по московскому времени. Исчезновение с радаров российского Ил-20 совпало с атакой четырёх израильских F-16 на объекты в Латакии. Сирийские ПВО вели огонь по израильтянам. Безуспешно. Зато попали в российский самолёт. Российской же ракетой С-200 – поставленной социально близкому режиму Асада для его войны.

Генерал Игорь Коношенков, официальный представитель Минобороны РФ, построил своё заявление на обвинения в адрес Израиля. Звучат эти обвинения странно – «прикрылись и подставили». Трудно сказать, что тут имеется в виду. «Подставить» невозможно: российские самолёт управлялся не из Израиля. «Прикрыться» тоже сложно: F-16 летают быстрее и ниже Ил-20. Первое опровергается законами государственной политики, второе – законами физики.

Думается, всё проще – власти РФ не могут позволить себе назвать вещи своими именами. Ибо тогда становятся очевидны и подлинный характер отношений Кремля с режимом Асада, и последствия контрреволюционной колониальной войны на его стороне. Приходится злиться на Израиль, сея сомнения в собственной адекватности. Потому как главное: кто сбил российский самолёт – совершенно очевидно. Это не Израиль. Всё прочее называется «отвести стрелки», «замылить мозги» и т.д. Чем и стали заниматься.

Депутаты Госдумы от КПРФ Рашкин и Парфёнов призвали к разрыву отношений с Израилем и «ответу на провокацию». Прокремлёвские и державно-шовинистические группы подняли вопль, граничащий с примитивным антисемитизмом. Но Дума – она Дума и есть. Черносотенцы – тем более. Они просто ждали повода проявить свои безусловные рефлексы. Существенна реакция тех, кто делает государственную политику.

Шойгу поговорил с израильским коллегой Либерманом. Путин – с самим Нетаньяху. Выразили глубокое недовольство, пригрозили ответными шагами. Но израильская позиция несдвигаема: вся вина на режиме Асада. И в целом, и в частности. В итоге Путин сказал о «цепи трагических случайностей» и «дополнительном обеспечении безопасности».

Уничтожение российского самолета в сирийском небе не настраивает на оптимистичный лад. Президентский пресс-секретарь Песков попытался разрядить обстановку. «Трагедия с Ил-20 ни в коей мере не повлияет на договорённости по демилитаризации Сирии», – объявил он.

Дамаск не идёт на зачистку Идлиба без санкции из Москвы

Несмотря на дипломатические решения, судьба густонаселённого Идлиба висит на волоске. Депутат сирийского парламента Фарез Шехаби утверждает, будто в регионе сосредоточены более ста тысяч исламистских боевиков. Понятно, что такие сообщения нужно делить на два. Но даже если брать информацию из западных СМИ, картина вряд ли изменится. Источники, близкие к Пентагону, сообщают о 20–30 тысячах бойцов. Включая светскую оппозицию. Впрочем, это разделение имело смысл лет пять назад. Сейчас оно в большой мере условно.

Наряду с салафитами, серьёзную угрозу диктатуре Асада представляет движение Демократические силы Сирии. С самого начала эта группировка позиционируется как светская, прозападная и федералистская. Штаб-квартира базируется не в Идлибе, а в Эль-Хасаке, ближе в границе с Ираком. Характерно, что к этой организации Эрдоган относится весьма прохладно. Неудивительно, учитывая, что бок о бок с арабами здесь воюют курды.

Наживать врагов в соседней стране Эрдогану невыгодно. Ему хватает проблем с курдским сопротивлением. Но логика войны затягивает всё сильнее. Лихорадочно ищется выход. Официальная Анкара уже готова поэтапно передавать власть в Идлибе другой светской организации – Сирийской свободной армии. Но тут иное соотношение сил: доминируют салафитские бойцы Джулани. Которых Эрдоган, судя по словам Путина, обещает отодвинуть от линии фронта.

Один из способов – гуманитарные коридоры. Сергей Лавров озвучил предложение об их создании в Идлибе по образцу Восточной Гуты. Но сейчас ситуация иная. Из Восточной Гуты отступали в Идлиб. Куда из Идлиба? В Эль-Хасаку? Но так ли ждут светские демократы боевиков-салафитов?

Дамаск не готов к наступлению без отмашки из Москвы. Результат – отказ от амбициозных планов «полного освобождения суверенной территории» САР. И имиджевый выигрыш Эрдогана как «миротворца». По сути, замораживающего статус-кво продолжающейся позиционной войны. Первопричина которой – режим Асада как таковой. Связь с которым ознанчает для России уже прямые военные потери.

Юрий Сосинский-Семихат, специально для «В кризис.ру»

Поделиться