Почти по воле Нобеля

Сегодня присуждением премии мира завершилась Нобелевская неделя 2017. В нынешнем году она не ознаменовалась сенсациями, и именно поэтому почти соответствует воле основателя. Согласно завещанию Альфреда Нобеля, самую престижную премию в мире получают те, кто внёс наибольший научный вклад в изучение окружающего мира, а также те, и чьими трудами обогатился духовный облик человечества.

Судя по составу лауреатов нынешнего года, шведские академики, после долгих метаний и модернизаторских экспериментов, решили вернуться к первоначальному замыслу автора. По крайней мере, в областях, не связанных с политикой.

Нобелевский комитет присудил премию в области физики американцам Райнеру Вайссу, Берри Бэришу и Кипу Торну. За реально фундаментальное открытие — доказательство существования гравитационных волн, предсказанных гениальным Альбертом Эйнштейном более ста лет назад. Точнее было бы сказать, учёные создали технологию обнаружения этих волн. Они стояли у истоков проекта LIGO — лазерного интерферометра гравитационно-волновой обсерватории. Именно в этой обсерватории 14 сентября 2015 года впервые были зафиксированы колебания пространства-времени, возникшие от слияния двух чёрных дыр. Этот  день без преувеличений можно назвать новой физической  революцией. В последние годы ничего подобного в научном мире не было.

Нобелевскую премию в области химии получили Жак Дюбоше, Йоахим Франк и Ричард Хендерсон. «За разработку криоэлектронной микроскопии высокого разрешения для определения структуры биомолекул в растворе». По сути, это всего лишь метод изучения микробиологических процессов. Но он позволяет с гораздо большей точностью исследовать структуру и строение биомолекул. Буквально на атомарном уровне. Зачем это нужно? Прежде всего для медицины. Есть множество заболеваний, связанных с нарушениями внутриклеточного пространства и транспорта. Вполне очевидно, что для их изучения требуется простая и эффективная методика. Она же позволяет разрабатывать новые лекарства.

Нобелевскую премию по физиологии и медицине получили Джеффри Холл, Майкл Росбаш и Майкл Янг. За открытие молекулярных механизмов, которые контролируют биоритмы живых организмов. Учёные выделили ген, контролирующий нормальный дневной биологический ритм. А также определили белковые элементы, блокирующие активность по ночам. Таким образом, «они смогли заглянуть внутрь наших биологических часов и пролить свет на их внутренние процессы». Эти часы регулируют не только сон, который важен сам по себе, но и обмен веществ, температуру, уровень гормонов. Короче говоря, несоответствие образа жизни человека и его биоритмов ведут к различным заболеваниям. Теперь это неопровержимо доказано и может служить подспорьем при лечении.

Таким образом, два из трёх открытий в области фундаментальных наук, отмеченных в этом году Нобелевским комитетом, уже сегодня могут принести реальную пользу человечеству. Что же касается третьего — гравитационных волн… Ну… Первый лауреат Нобелевской премии по физике Вильгельм Конрад Рентген тоже, наверно, не предполагал, что открытое им излучение вскоре станет не только из главных вех на пути к эйнштейновской революции, но и одним из самых распространённых в мире методов диагностики. Рентгенология, рентгенометрия, рентгеноструктурный анализ — наиболее успешные научные направления современной медицины и техники.

Высшую премию по литературе получил Кадзуо Исигуро, «который в романах большой эмоциональной силы раскрыл бездну, скрывающуюся за нашим иллюзорным чувством связи с миром». Так витиевато и бессмысленно обосновал Нобелевский комитет своё решение отметить одного из лучших современных писателей. Вопреки мнению уважаемого Владимира Буковского, автор «Чёрного принца» Айрис Мэрдок не стала последним великим писателем английской литературы. Скорее наоборот. Именно английская литература сегодня демонстрирует миру небывалый подъём и высочайшие образцы писательского мастерства. И творчество британца Кадзуо Исигуро — ученика замечательного Малькольма Бредбери — подтверждает это. Комментируя решение шведских академиков, он сказал: «Это поразительная честь, и во многом потому, что она означает, что я иду по стопам величайших авторов». Кадзуо Исигуро — член Королевского общества литературы. Его роман «Художник зыбкого мира» (1982) стал книгой года в Великобритании. «Остаток дня» (1989) удостоен Букеровской премии единогласным решением комитета. Книга «Не отпускай меня» (2005) включена в список 100 лучших английских романов всех времён по версии журнала Time. Его книги переведены более чем на 30 языков мира. В том числе на русский.

«Мы живем в мире, где риск использования ядерного оружия больше, чем в течение длительного времени до этого», — так обосновала председатель Нобелевского комитета Берит Рейсс-Андерсен присуждение премии мира Международной кампании за ликвидацию ядерного оружия (ICAN). И тут же привела в пример Северную Корею. Чем, собственно, и свела все заслуги уважаемой организации к роли статиста в политической игре.  Понятно, что премия мира уже давно перестала быть тем, что задумал основатель. Это — один из факторов геополитики. Причём с ориентацией на нужды текущего момента. Заслуги ICAN, конечно, преуменьшать не стоит. Её роль в продвижении Договора о запрещении ядерного оружия, который был принят в июле 2017 года, несомненна. В борьбе с применением ядерного оружия ICAN объединяет и профсоюзы, и религиозные, и экологические организаций. Её сторонниками являются люди, которых знают и чтят во всём мире — Далай-лама, Десмонд Туту, Джоди Уильямс. Вопрос лишь в том, столь ли актуальна эта проблема, как представляется Нобелевскому комитету.

И снова Владимир Буковский. Ещё в 1982 году он писал о возможности ядерной войны между СССР и Западом: «Альтернатива сейчас не «война или мир», а скорее «свобода или рабство». Хотим мы того или не хотим, не будет на земле ни мира, ни ослабления напряжённости, ни плодотворного сотрудничества между Востоком и Западом, до тех пор пока советская система не изменится радикально». С тех пор изменилось многое, но не главное. Пока в той же КНДР будет сохраняться каннибальский режим Кимов, пока Запад будет сотрудничать — не важно как — с китайской партократией, конголезскими надсмотрищиками, аравийскими шейхами, кубинскими диктаторами, никакого ослабления напряжённости не будет. Сколько не разоружайся.

Нынешняя угроза миру — это запрещённая в РФ, но всё равно активно действующая ИГИЛ. Единственная реальная сила, сумевшая остановить её продвижение — курдская «Пешмерга». Только благодаря беспримерному мужеству её бойцов — мужчин, женщин, детей — страшная сила исламистского терроризма притормозила своё победоносное шествие по Ближнему и Среднему Востоку. Почему премия мира не вручена им? Противостояние самой мощной террористической организации мира требует немалых средств. Независимым курдам весьма пригодились бы $1 млн. Наверно больше, чем  ICAN, которую финансируют десятки правительств мира.

Современному миру грозит экспансия «душсантушизма» (этот термин возник от имени «отца-основателя» — ангольского экс-президента Жозе Эдуарду душ Сантуша). Ангола и Никарагуа, Венесуэла и Сирия, Фиджи и РФ — в этих странах признаки этой системы проявляются жёстче, чем в других. «Камикадзе Анголы» Луати Бейрау, он же рэпер Иконокласта первым сказал: «Зе Ду, мы больше тебя не хотим!» Много лет он ведёт мирную борьбу против режима МПЛА, «не желающего реального перехода от коммунизма к демократии». Неоднократно подвергался избиениям, побывал в тюрьме, но не прекратил сопротивления. Даже не покинул родную страну. Ему и его соратникам тоже весьма пригодился бы этот нобелевский миллион. Для реальной борьбы за мир — для Анголы, для Африки, для всего человечества.

Однако Нобелевский комитет предпочёл не вступать в конфликт ни с ИГИЛ (мало ли какой там могут замыслить акт против Шведской академии), ни с душсантушистскими режимами (у них же нефть). Выбор скромной организации с громким названием удовлетворил всех. Не зря же даже в Кремле поторопились прокомментировать: «Вы знаете последовательную и активную позицию Российской Федерации, которую также формулировал президент Путин, направленную на нераспространение ядерного оружия», — заявил Песков. То есть в целом вполне одобрили. Уж если не Путин, пусть будет какой-то ICAN.

Анна Мышкина, «В кризис.ру»

Поделиться