Премьер для примера

Национальное собрание Армении утвердило главу правительства. 77 депутатов проголосовали за Сержа Саргсяна. Бывший президент сохраняет власть, пересаживаясь в премьерское кресло. В Ереване совершено примерно то, о чём всё откровеннее подумывают в Москве. Уже поэтому за Арменией неотрывно следят из России. Одним прокладывает путь Саргсян. Другим – армянская оппозиция, которая уже вывела на улицы десятитысячный протест в миллионном Ереване.

Президент пришёл в премьеры, оппозиция призвала к революции

Официально кандидатура Сержа Саргсяна была выдвинута вчера. Парламент принялся за обсуждение. Армянское Национальное собрание – не Госдума РФ. Хотя Республиканская партия Саргсяна контролирует большинство – 58 депутатов из 105. Ещё 7 мандатов у легендарной исторической партии Дашнакцутюн«Армянская революционная федерация» социальных националистов сейчас поддерживает Саргсяна, несмотря на резкие идеологические различия. С другой стороны, либерально-европеистские партии «Гражданский договор»«Светлая Армения» и «Республика» объединены в блок Елк (Союз «Исход»). Это всего 9 депутатов. Но есть ещё депутатский блок олигарха Гагика Царукяна – 31 мандат – представители которого могут голосовать по-разному. Сам Царукян сформулировал это с пафосом: «По совести». Они и добавили голосов в обе стороны. В результате за премьерство Саргсяна выступили 77 депутатов, против 17.

Такой исход голосования Союз «Исход» легко предвидел. Уличные протесты начались вчера, одновременно с парламентскими дебатами. Призыв шагнуть на улицы озвучил лидер «Гражданского договора» депутат Никол Пашинян. Либеральный журналист, активный сторонник первого президента Армении Левона Тер-Петросяна, в таких делах обладает немалым опытом. В ноябре 2004 года он едва не погиб при взрыве автомобиля. В марте 2008-го руководил оппозиционными уличными выступлениями в поддержку Тер-Петросяна, был объявлен в розыск, скрывался, добровольно сдался, два года провёл в тюрьме. Ещё тогда, десять лет назад, он призывал к демократической революции против «режима уличных убийств». Призвал и сейчас – к революции «бархатной», ненасильственной, но энергичной.

Оппозиционные активисты перекрыли проспект Баграмяна. Студенты на улице Абовяна начали сидячую забастовку, выставив заслон из металлических урн и с колючей проволокой. Автодороги перегородились машинами без водителей, но с включёнными сигналами. В разных формах – иногда действенно, чаще символически – к движению присоединились промышленные предприятия Еревана. Выражения солидарности стали поступать из провинции. А также, что очень существенно – из Нагорно-Карабахской республики.

Сегодня демонстранты начали блокировать административные здания. Во враждебном окружении оказались МИД, Минюст, Генпрокуратура, Центробанк. (Из МИДовского здания не мог выйти Левон Саргсян – дипломат по спецпоручениям, профессор древнеармянской истории и брат президента-премьера.) Пашинян несколько раз подчёркивал мирный характер протеста. Однако уже вчера мир оказался нарушен. Ссылаясь на устроенный в Ереване транспортный коллапс, власти бросили в дело полицию. Столкновения случались жёсткими. В больницы попали 46 человек, в том числе Никол Пашинян. Но не только. Госпитализированы шесть полицейских. Демонстранты упорно отбиваются. Многозначительная деталь: демонстрантам диагностированы ушибы и гематомы, полицейским – резаные раны.

Что же происходит в Армении? Почему утверждение парламентом премьер-министра – реально популярного в стране – вызвало такую волну? И чего ждать дальше? Не только Армении.

Республиканцы сместили либеральную элиту и превратились в консервативную

Последнее десятилетие Серж Саргсян был президентом Армении. На вершину власти он пришёл типичным армянским путём конца XX – начала XXI века. Родом из Нагорного Карабаха, филолог по образованию, слесарь в Ереване, комсомольский функционер в Степанакерте, командир в Карабахской войне 1988–1994 годов. В независимой Армении 1990-х – крупный силовик, глава Минобороны, МВД и Министерства нацбезопасности. При президенте Левоне Тер-Петросяне.

В 1998 году в Армении произошла смена власти. Лидеров перестроечной генерации, типа Тер-Петросяна, оттеснили герои Карабахской войны. Президентом Армении стал Роберт Кочарян – первый президент Нагорного Карабаха. А до того – председатель карабахского Государственного комитета обороны, высшего органа власти самопровозглашённой республики.

Президентство Тер-Петросяна обозначило серьёзные социально-политические сдвиги. Люди новой власти олицетворяли нечто вроде социального бунта против элитной интеллигенции. Политическая генерация Тер-Петросяна много сделала для достижения независимости и помощи Карабаху. Но не смогла предотвратить экономического коллапса первой половины 1990-х, развала энергосистемы, катастрофического обнищания масс.

Национал-либеральное Армянское общенациональное движение (АОД) историка древней Ассирии Тер-Петросяна происходило из грандиозных ереванских митингов 1988 года. Десятилетие спустя оно было оттеснено консервативно-националистической Республиканской партии Армении (РПА). Которую создали боевики карабахской Армии независимости. Типа сельского учителя физкультуры Вазгена Саргсяна (однофамилец), убитого в парламентском теракте 1999 года. Различие не требует уточнений. Веерные замены чиновников и владельцев бизнес-структур – с ереванцев на карабахцев – выглядели социальным реваншем «окопной деревенщины», сплотившейся вокруг в РПА. К республиканцам примкнули дашнаки. По очевидной общности менталитета и глубинного мировоззрения.

Однако достаточно скоро республиканцы стали превращаться в то, с чем победно боролись. Только в ужесточённом, военизированном варианте. Именно они отстроили в Армении олигархо-бюрократическую систему. Жёсткую, централизованную дисциплинированную – несмотря даже на конкуренцию своих лидеров. Поначалу Саргсян находился глубоко в тени Кочаряна. Но постепенно сумел выйти на первую позицию. Оказался более эффективным политическим менеджером. Хотя школу в стапанакертском горкоме и нагорно-карабахском обкоме КПСС проходили в принципе одну.

Серж Саргсян укрепил и консолидировал олигархическую систему

О том, что будет, когда истекут два президентских срока, Саргсян и его команда думали загодя. Наверное, они могли бы продавить третий срок. Однако не стали, ибо ценят репутацию. Был избран другой путь: изменение конституции и перенос властных прерогатив от главы государства к главе правительства. Сроки пребывания на посту премьер-министра не ограничены. Если правящая партия побеждает на выборах, президент назначает на этот пост её лидера. Который становится главой исполнительной власти и верховным главнокомандующим.

Конституционная реформа была закреплена референдумом 2015 года. Президентские выборы после этого стали в общем формальностью. Тем более, что избирает президента парламент, где большинство у РПА. 2 марта эту процедуру благополучно прошёл учёный-физик и дипломат Армен Саркисян, выдвинутый республиканцами. За него проголосовали депутаты РПА, Дашнакцутюн и партии «Процветающая Армения», созданной Царукяном для политического обслуживания интересов Кочаряна. Получается, в нужный момент Саргсян сумел привести к повиновению строптивого олигарха. Избравшись президентом, Саркисян предложил в премьеры Саргсяна. Что и требовалось.

Серж Саргсян характеризуется сейчас как вождь армянской олигархии. Но на чём может быть основан армянский олигархат? Когда ни нефти, ни газа, ни алюминия? «Они владеют властью, – поясняет Георг Габриелян, российский христианский демократ и этнический армянин карабахского происхождения. – А власть даёт контроль над любым сколько-нибудь привлекательным бизнесом. Конечно, это не те деньги, что в России. Но всё равно радуют».

Социальную базу властям создаёт чиновный аппарат и аффилированные с ним коммерсанты. От рядового торговца, связанного с районным начальством, до крупнейших бизнесменов страны. Среди которых выделяются трое. Гагик Царукян ориентирован на Кочаряна. Его холдинг «Мульти Груп» включает пивные, вино-водочные, коньячные, химико-фармакологические предприятия, цементный и камнеобрабатывающий заводы, автомобильные и мебельные салоны. Александр Саргсян (известен как Сашик) и Микаел Минасян (он же Мишик) – брат и зять Сержа Саргсяна. Под их контролем экспортно-импортные операции, государственные инвестиции, телекоммуникации, общепит, табак, а главное – если верить журналистам-расследователям – кадровая политика в госаппарате. От которой происходит все остальное. «Сашик и Мишик сильнее Гагика – это же брат и зять» – по-простому анализируют расклады в олигархии эксперты из народа. И в общем-то принимают сложившуюся систему.

«Маленькая страна, маленький народ, переживший геноцид и живущий на осадном положении, рядом с военным противником, – продолжает Георг Габриелян. – Это побуждает к национальному братству при любых социально-политических конфликтах. У армян это сильнее, чем даже у евреев. Полиция бьёт, но не очень сильно. Задерживает, но не очень многих. Оппозиционеры отбиваются, но тоже без особой ярости. Не зря митинг начинался с выкриков «Полиция с нами!» И конечно, очень сплачивает карабахский фактор. Правительство и оппозиция могут обвинять друг друга в намерении «сдать Карабах» – но на самом деле о подобном не помышляет никто». Недаром в своём парламентском выступлении Серж Саргсян назвал своими приоритетами обеспечение безопасности Армении, укрепление армии и решение карабахской проблемы. На его месте так сказал бы каждый.

На революционной улице нет «Учредительного парламента»

Армянская оппозиция вдохновляется традицией АОД и Тер-Петросяна, образами конца 1980-х. Национал-либералов в основном поддерживает интеллигенция, студенчество, а также «люмпен-интеллигенция» – люди с высшим образованием, которым не удаётся найти адекватную работу (ибо «места поделены»). Лозунги этих сил основаны на общедемократических установках. Но проводимых в жизнь с большей уличной энергией.

Особое  место в оппозиции занимают две структуры. Во-первых, партия «Наследие» экс-министра иностранных дел Раффи Ованнисяна позиционируется как «сила совести и здравого смысла». Именно к этим категориям апеллировал Ованнисян, когда вёл своих сторонников на прорыв полицейских кордонов – дабы не допустить «лживой присяги Саргсяна». Как видим, уличные беспорядки в Армении если и ЧП, то не слишком редкое. До трагедии, подобной февральско-мартовским событиям 2008 года всё-таки больше не доходило. Тогда в Ереване погибли 9 человек – восемь демонстрантов, протестовавши против первого избрания Саргсяна, и один военный, участвовавший в разгоне.

Ереванский «электромайдан» 2015 года обошёлся без жертв. Но уже тогда было понятно, что «операция преемник по-армянски» легко не прокатит. Социальный протест против повышения тарифов очевидно сливался с политическим протестом против бессменного правления. То самое, чего пока не удаётся достичь российской оппозиции. Нашлась в Армении и организованная сила, тоже не имеющая в нынешней России серьёзного аналога – движение «Учредительный парламент». Это наряду с «Наследием», как бы – во-вторых.

Основал «Учредительный парламент» подполковник Жирайр Сефилян – выходец из ливанских дашнаков, с соответствующим военно-политическим опытом. В Карабахской войне Сефилян всегда находился в авангарде на самых горячих направлениях. Потом ещё два года провёл в Ливане, укрепляя армянскую самооборону. Вновь вернулся на историческую родину, командовал войсками Нагорного Карабаха. После чего включился в политический процесс Армении. В качестве самого радикального оппозиционера, противника саргсяновского режима. Сейчас Сефилян в тюрьме, отбывает десять с половиной лет заключения. За вооружённую атаку на ереванский отдел полиции в июле 2016-го. Из-за решётки Сефилян призвал своих сторонников присоединиться к оппозиционным акциям. Одно это выглядит крайне многообещающе…

Но на улицах командует не Сефилян. Весь сегодняшний день на ереванской площади Франции бурлил оппозиционный митинг. «Объявляю о начале народной ненасильственной революции!» – провозгласил вышедший из больницы Никол Пашинян. Но сразу после этого… призвал народ разойтись. Чтобы собраться завтра в 10.00 по местному времени, создать Революционный комитет, «парализовать весь Ереван», дойти до площади Республики и на том завершить. «Вы героический народ и перед вами нет закрытых дверей!» – такой чёткостью отличаются инструкции Пашиняна. Революция с перерывом на отдых и точным расписанием прогулки – это нечто новое в исторической практике.

Саргсян и его сторонники, наверное, начали успокаиваться. Кое-кто в Москве, надо думать, тоже. Эксперимент пока что идёт по плану. Другое дело, что улица полна неожиданностей. И армянская, и российская.

Никита Требейко, «В кризис.ру»

Поделиться