Режим создаёт борцов, или Сектор правого Макса

Северную столицу России рейдами не удивишь. Чего стоят зачистки Апраксина двора. Но «заговор в осаждённой крепости» требует регулярной подпитки. Одних ваххабитов не хватит. Идёт зачистка по секторам. Начинают, естественно, с Правого. После очередного маски-шоу спецназом ФСБ задержан оппозиционный активист Максим Калиниченко. Официальным поводом стало уголовное дело по части 1 статьи 280 УК РФ – «Публичные призывы к осуществлению экстремистской деятельности».

kalinicenko3Максиму Калиниченко вменяют создание группы ВКонтакте «Русский правый сектор». Якобы через этот виртуал-паблик распространялись тексты «майданно-экстремистского» характера. Правда, никаких призывов к нарушению закона независимые эксперты там не находят. Ни вооружённого восстания, ни насилия в отношении представителей власти. Но есть упоминание об опыте украинского протеста. И казённая психолингвистическая экспертиза засекает криминал: «Призыв к воспрепятствованию деятельности органов государственной власти и местного самоуправления, сопряженный с насилием или угрозой его применения, является призывом к осуществлению экстремистской деятельности». Органы в наших краях, как известно, нервные и обидчивые.

Ни для кого не секрет, как и кем делаются такие «экспертизы». Под стать их авторам и некоторые журналисты – ангажированные властями, а скорее просто малограмотные. Фантастический профессионализм: сообщили о задержании лидера экстремистской организации «Русский правый сектор»…

Напомним, что Верховный суд РФ запретил в России украинский «Правый сектор». Причина понятна – именно эта организация в решающий момент опрокинула в Киеве «социально близкий» режим и вынудила бежать коррумпированного президента. Но, как бы то ни было, запрещён украинский ПС. О русском, да ещё виртуальном, речи в судебном решении нет. Зато есть возможность записывать в сектор каждого неугодного. Что, видимо, и будет теперь делаться. Начало положено взятием Калиниченко 12 февраля.

Складывается впечатление, что зачистка оппозиции вышла из берегов и практически не контролируется даже самими властями. Достаточно вспомнить дела украинского «террориста» Олега Сенцова, краснодарской пикетчицы Дарьи Полюдовой, чувашского блогера Дмитрия Семёнова или смоленской «госизменницы» Светланы Давыдовой. При этом наблюдатели отмечают две важные тенденции.

kalinicenko4Первая – роль политической полиции всё чаще берёт на себя Федеральная служба безопасности. Следственный комитет, прокуратура, даже профильное полицейское управление «по противодействию экстремизму» (знаменитый Центр «Э», созданный в 2008 году на развалинах УБОПов), отодвинуты на задний план. Здесь можно говорить о конкуренции между силовиками, претендующими на главенство в подавлении народного протеста. Переиграть наследников ВЧК-ОГПУ-НКВД-КГБ практически невозможно.

Тенденция вторая не столь наглядна, но не менее важна. Налицо как минимум дисквалификация отдельных сотрудников. Правовая сторона уже не поддаётся никакому комментированию. Например, тому же Сенцову сшили дело о покушении на взрыв памятника. Светлану Давыдову и вовсе пришлось освобождать из СИЗО, в который она с большой помпой была препровождена. Можно себе представить, в каком состоянии была здесь процедура, если органы фактически расписались в ошибке.

Есть такие слова, как «Надо!» и «Дожать!» Здесь все средства хороши, вплоть до зачисления адвокатов в число свидетели. Идут и манипуляции в вилке «адвокат по назначению – адвокат по соглашению». Между прочим, нечто подобное произошло и с Максимом Калиниченко. Что не может не вызывать вполне обоснованной тревоги за его дальнейшую судьбу.

kalinicenko2Судите сами. Жилище безоружного человека брали штурмом. По давней традиции, ранним утром. При задержании Калиниченко был травмирован, ему даже пришлось проходить медицинское освидетельствование в Александровской больнице. Добавьте к этому, что попутно обыск прошел в квартире его матери, а на момент задержания Максим находился на больничном с диагнозом ОРВИ. Заседание в Калининском суде, на котором избиралась мера пресечения, шло с запретом не только на видеосъёмку, но и на аудиозапись. Калиниченко почему-то был доставлен с повязкой на глазах.

Появились слухи о возможной отправке в печально знаменитый своими «пресс-хатами» выборгский СИЗО № 3. К счастью, этого не произошло. Арест Калиниченко будет отбывать тоже в «тройке», но всё же в другой – изоляторе ФСБ на Шпалерной. Пока ему определили 1 месяц и 9 дней содержания под стражей.

kalinicenko1Максим имеет опыт общения с правоохранителями. Год назад ему уже «накатывали» условный приговор по статье 212 УК РФ — «Призывы к массовым беспорядкам» и статьям 33 и 318 УК РФ — «Подстрекательство к совершению насилия в отношении представителя власти». Больше года он провёл под стражей – фактически за участие в акциях протеста. С конца 2013 года Калиниченко решительно поддержал восстание Майдана, в котором увидел славянское освободительное движение. Он осудил аннексию Крыма и имперский мятеж на юго-востоке Украины. При этом Максим Калиниченко осуждал насилие, агрессию, развязывание войны, озверение агитпропа. Публикации «Русского правого сектора» были выдержаны не только в национально-демократическом, но и в антивоенном ключе.

При этом Калиниченко не остановился перед разрывом с бывшими единомышленниками. Многие националисты, даже как бы оппозиционные, встали на позиции шовинизма и поддержки властей. Особенный стык случился у Максима Калиниченко с Николаем Бондариком. Так что стоит отметить солидарное присутствие Бондарика в зале суда. Причём в компании с представителями либеральной общественности. Это внушает оптимизм – оппозиционер не останется один на один с карательной машиной.

Николай Кольский, «В кризис.ру»

Поделиться