Второй тур президентских выборов в Украине полностью заслонил  первый тур президентских выборов другой славянской стране – Республике Северной Македонии. Впрочем, это голосование вообще было первым в стране с подобным названием. Ирония судьбы заключается ещё и в том, что именно данное название стало мощнейшим камнем преткновения ведущих политических сил небольшой балканской страны.

Дело в том, что подписанное в июне 2018 года Преспанское (на озере Преспа) соглашение между правительствами Греции и Македонии, предусматривающее переименование Республики Македонии в Северную Македонию (РСМ), вызвало крайне неоднозначную реакцию в македонском обществе и среди македонского населения. Афины с самого момента распада югославского государства заняли непримиримую позицию: нет – интеграции Македонии в евроатлантические структуры. До тех пор, пока страна не откажется от доставшегося ей в наследие от югославской федерации названия. Которое, по мнению ведущих политических сил Греции, означает потенциальную угрозу для греческой одноимённой провинции. Пока в Скопье у власти находились консерваторы, никаких подвижек на греческом направлении не наблюдалось. Но в мае 2017 года Зоран Заев, председатель Социал-демократического союза Македонии, сформировал при поддержке трёх партий, защищающих интересы македонских албанцев, правительство, которое пошло с Афинами на переговоры. Результатом этого и стало Преспанское соглашение.

По нему Республика Македония и переименовалась в РСМ, приняв требование греков произвести инвентаризацию учебников истории и исторических объектов на территории страны, чтобы официально указать их принадлежность эллинской цивилизации. Взамен Греция не только признала «легальность» македонского языка и македонской нации, но главный «приз» носил внешнеполитическое измерение – Афины открыли дверь для вхождения РСМ в ЕС и НАТО.

Но если Заев заявил, что с этим соглашением «открывается новая история для демократической Македонии», то перешедшая в оппозицию правоцентристская Всемакедонская революционная организация – Демократическая партия македонского национального единства (ВМРО-ДПМНЕ; данное странное для правой партии название идёт своими истоками к началу ХХ столетия!) была резко против. Президент, Гёрге Иванов, избранный от этой партии, категорически отказывался до самого конца подписывать закон о внесении конституционных поправок, заявляя: «Я не согласен с попытками конституционно изменить государственное название».

В сентябре прошлого года ВМРО-ДПМНЕ сорвала проведение референдума о переименовании, в котором приняло участие менее 37% избирателей. Однако, правительственная коалиция нанесла свой контрудар: при морально-политической поддержке США и ЕС, одобрение переименования «албанскими» партиями удалось получить, просто «купив» восемь консервативных депутатов. И в конце 2018 при решающем «конституционном» голосовании 81 парламентарий (из 120 в Собрании Республики) всё-таки проголосовал за новое название. Президент Иванов публично отказался подписать соответствующие поправки. Но за него это сделал спикер парламента Талат Хшафери, представляющий ведущую партию албанской общины – Демократический союз за интеграцию.

С февраля нынешнего года поправки вступили в силу и Македония стала северной. Уже начат процесс вступления в НАТО. Но, как верно отмечает эксперт Российского института стратегических исследований Николай Подчесов, если для сторонников переименования главным стимулом было обещание членства в Евросоюз, то этот «пряник» жители РСМ получат явно не скоро. В прошлом году ЕС дал понять, что очередное расширение за счёт западнобалканских стран произойдёт точно не раньше 2025 года.

Конечно, РСМ, особенно после столь удовлетворившего ведущие страны Западной Европы полюбовного соглашения с Грецией, продолжит получать финансовую помощь от фондов ЕС. В условиях, когда значительная часть населения живёт в бедности, а безработица охватывает более четверти северомакедонского населения, экономика РСМ ничем особенным не блистает. В значительной степени она зависит от финансовых инвестиций со стороны более богатых стран.

Возвращаясь к выборам 21 апреля, стоит отметить, что во многом из-за диспута по вопросу переименования и «македонской идентичности» в РСМ сформировалась, по сути, биполярная политическая система. Хотя и с важной ролью «албанских» партий, играющих своеобразную роль арбитра. Так, до 2016 года ведущие албаноязычные политические силы выступали в качестве «подпорки» правоцентристов, сейчас – социал-демократов. Но несмотря на то, что албанцы составляют не менее четверти населения республики, ключевую роль их политические силы всё же не играют. Об этом говорит и первый тур президентских выборов, на которых беспартийный кандидат этнический албанец учёный-юрист доктор Блерим Реки получил лишь 11% голосов и третье, последнее место.

Ну а подавляющая часть избирателей разделила свои симпатии между претендентами на президентский пост от двух главных македонских партий. При этом между ними была зафиксирована «боевая ничья». Двое юристов ― бывший глава Государственной избирательной комиссии, представляющий СДСМ, Стево Пендаровский и экс-министр от ВМРО-ДПМНЕ Гордана Сильяновская-Давкова ― набрали каждый чуть более 44% голосов.

Второй тур предстоит 5 мая, опросы показывают, что, вероятнее всего, победу в нём одержит представитель левоцентристов. Дело в том, что основная масса «албанских» партий, на деле правых в политическом плане, не желает допустить победы кандидата от силы, которую они интерпретируют как «македоно-националистическую» и возражающую против расширения использования албанского языка в государственных учреждениях. Но в любом случае. Глубокий политический водораздел в РСМ ещё не скоро, видимо, удастся преодолеть.

Роман Рудин, специально для «В кризис.ру»

Общество