«Щит» за счёт

Цифровая экономика России, о которой много и вдумчиво говорил Алексей Кудрин, может заработать уже в нынешнем году. Для этого потребуется совсем немного — 100 млрд рублей. Почти столько же, сколько выделено в нынешнем году на поддержку отечественной промышленности. Промышленности от этого, правда, легче не стало, но на то она и нецифровая.

Центр социальных разработок (ЦСР) Кудрина совсем недавно представил доклад, в котором неопровержимо доказывалось, что РФ срочно требуется новая и незамедлительная «технологическая революция». Произойти она должна не позднее, чем в 2018—2024 годах. Стоить должна 185 трлн рублей (треть российского ВВП). Хотя лучше, если будет дороже. Этак около 40—45%.

Как говорят, президенту Путину идея очень понравилась. Говорят, он прямо заболел этим. Не прошло и недели, как на стол ему лёг доработанный в министерствах проект поголовной цифиризации страны. Причём гораздо более экономный. Да ещё и предполагающий частные инвестиции.  Для распоряжения поступающими средствами  будет создан специальный фонд.

В результате деятельности этого фонда в РФ будет создано не менее десятка центров обработки данных (ЦОД). Благодаря которым 97% российских домохозяйств получат доступ к Интернету со скоростью не менее 100 МБит в секунду. Это позволит создать «умное» здравоохранение, образование, жильё, транспорт, заводы, фабрики, энергетику, культуру. В общем, жить станет лучше, жить станет веселей. Каждый, имеющий доступ в Сеть, сможет учиться, лечиться, делать покупки.

Неясно, правда, что именно он сможет купить. Если все лучшие силы, а заодно и основные средства будут брошены на развитие отечественной цифровой экономики – кому заниматься подъёмом нецифровой, обычной, оффлайновой? По мнению экспертов-экономистов, опрошенных агентством Reuters, прирост ВВП за 2017 году не превысит 1,3%. По данным Росстата, прирост 2017 года обеспечивается только в добывающих отраслях, продающих добытое за границу. На конец апреля объёмы выпуска несырьевого сектора упали до уровней 2012 года. Производство холодильников и тепловозов — на 12%, телевизоров – на 13,3%, мостовых кранов — на 19%, радиоприемников — на 27%, диодов и транзисторов — на 37%. Даже муки стали молоть меньше. На 4%.

При этом, как говорится в аналитическом отчёте ЦСР, производственные мощности российской промышленности безнадёжно устарели. В фармацевтической промышленности моральный и технологический износ составил 50%. Решаться ли покупать россияне через Интернет лекарства, произведённые на таком оборудовании? Примерно такая же ситуация в кожевенной промышленности (53%). Сапоги, сумки и дублёнки, видимо, тоже лучше не покупать. Даже с бесплатной доставкой и скидками. В металлургической и химической промышленностях то же самое. Чуть лучше — в строительстве (37%), но и это не повод доверять «умному дому».

Четверть всего производственного оборудования начинала работать до 2000 года. Седьмая часть не может использоваться для производства конкурентоспособной продукции. Особенно в отраслях, выпускающих «сложные непродовольственные товары».  О том, что износ основных фондов в России превысил 50%, ещё в прошлом году сообщила председатель Счётной палаты Татьяна Голикова.

Трудно представить, что при таком развале цифровая экономика что-то изменит в экономике реальной. Вложи в неё хоть половину ВВП. По подсчётам экономистов из Российской академии народного хозяйства и государственной службы при президенте РФ, чтобы ускорить российскую экономику до мировых темпов (3,5% в год) нужно, чтобы нефть стоила не меньше $100 за баррель. Но и это не панацея. Даже если повышение нефтяных цен произойдёт, оно лишь «осложнит диверсификацию экономики и снижение зависимости от нефтегазового сектора». Так считает Дитмар Хорнунг, глава отдела суверенных рейтингов стран Европы Moody’s.

Впрочем, одна несырьевая отрасль в РФ всё-таки развивается. Во всяком случае, по отчётам Дмитрия Рогозина. «Промышленность абсолютно готова к созданию в случае, если решение будет принято и включено в государственную программу вооружений», – рапортует «оборонный» вице-премьер, сокрушавшийся три года назад, что никак не соберётся в донбасские окопы. Речь о создании тяжёлой межконтинентальной баллистической ракеты «Сармат» и боевого железнодорожного ракетного комплекса «Баргузин». Но вряд ли эта продукция – даже если «решение» и впрямь «готово к созданию» – явится предметом покупок в Интернете.

По мысли разработчиков цифрового проекта, 95% всего сетевого трафика подлежит маршрутизации через российские сети. Половина необходимого оборудования будет создана отечественными производителями. Специалисты, обслуживающие это грандиозное начинание, тоже будут свои. Обученные в РФ. Возможно, по «направлению «Теология», которому министр образования и науки Ольга Васильева уделяет особое внимание.

Одновременно с этой всеобъемлющей сетью будет внедрена  «информационная система обеспечения целостности, устойчивости и безопасности функционирования российского сегмента интернета» (ГИС). Иными словами, цифиризация страны будет функционировать централизовано. Как в Китае. Или как при графе Аракчееве, возведённом некогда в звание «почётного любителя искусства». Чтобы власть могла заблокировать любой интернет-трафик. Этакий фильтрационный «Золотой щит» КНР. Правда, адаптированный к российским привычкам смягчать законы неисполнением. Короче, налогоплательщики своими деньгами оплатят передовую систему слежки за собой. А потому – опять за плату – найдут пути обхода.

Анна Мышкина, специально для «В кризис.ру»

Поделиться