Смерть на обочине

Сегодня около половины второго дня убит Бадри Шенгелия. Авторитетный бизнесмен. А если точнее — легендарный питерский рейдер. Его тёмный «мерседес» расстреляли из автомата на Новоприозерском шоссе. Огонь на поражение вёлся из проезжающей мимо машины. Шесть пуль, две из которых достигли живой цели. Шенгелия скончался на месте. Убийц уже ищут. Кого мог так достать этот симпатичный по-своему человек, весёлый аферист, словно сошедший со страниц «Стульев» и «Телёнка»? Да кого угодно. Ибо мрачные теперь времена. Не по его стати.

Умер Бадри как жил — в движении. Последнее – съезд расстрелянной машины на обочину и в кювет. Трудно припомнить, когда он не был чем-то занят. Вечно в каком-то вихре. Тормозил разве что во время двух своих отсидок. Оба раза он сидел в Петербурге. Первый, совсем короткий, пришёлся на начало карьеры. Второй, тоже недлинный, случился ближе к концу.

Молодой Бадри Анзорович, уроженец грузинского города Цулукидзе (сейчас  Хони) появился на берегах Невы в далёких и легендарных Девяностых. Время было горячее, Бадри был энергичный, и он быстро попал в поле зрения правоохранителей. В качестве «активной связи» авторитетного бизнесмена Владимира Колесникова (был известен как Колесо). В 2001 году Шенгелия был привлечён за мошенничество (вместе с двумя сотрудниками налоговой полиции). Суд признал его виновным, но тут же отпустил по состоянию здоровья.

Сразу после благополучного исхода Шенгелия из Петербурга уехал. На всякий случай. Не очень далеко, в Вологду. Где и провёл первую крупную рейдерскую аферу: удачно продал вологодскую недвижимость РАО ЕЭС. Технично использовав решение дагестанского суда. Поговаривают, будто за это он был судим, и всё-таки провёл некоторое время за решёткой. Но сам Бадри это всегда опровергал. Поскольку за пребывание в местах не столь отдалённых в России всегда уважали, подозревать Бадри во лжи не приходится. У него достаточно других недостатков.

В 2004 году Бадри Анзорович вновь появился в Северной столице. И уже всерьёз взялся распоряжаться чужой собственностью. Считается, что с помощью подельников из ФНС и МВД он осуществил десяток рейдерских захватов. Магазины, рестораны, институты… «Ткани» и «Дары моря», «Скам» и «У Казанского»… Эти названия хорошо известны тем, кто следит за криминальной хроникой хотя бы последнего десятилетия. Постепенно Шенгелия выбился в классики рейдерства, сделал его искусством. Разве что «Скам» оказался ему не по зубам. Но тогда Бадри быстро отступился. Игрок он был азартный, но останавливаться умел. Правда, не всегда.

Сильно увлёкшись своими изысканными схемами, он утратил бдительность. Погорел, что называется, на ерунде. В 2006 года его опять арестовали за мошенничество. Уголовное дело было связано с давней аферой по захвату недвижимости ООО «Стройдизайн». Между тем, именно тогда в Петербурге была развёрнута широкомасштабная антирейдерская кампания. Дело получило полный ход. На этот раз пребывание Шенгелия за решёткой грозило оказаться долгим. А со здоровьем у него и впрямь было не всё в порядке. Жил он вообще-то на инсулине.

И снова Бадри сильно повезло. Власти нашли, к чему его пристроить на взаимовыгодной основе. Вскоре после ареста Шенгелии, в августе 2007-го в Петербурге прошла беспрецедентно масштабная спецоперация по задержанию инвалида первой группы Владимира Барсукова (Кумарина). Брали его силами, достаточными для оккупации какой-нибудь сопредельной территории. Собственно, почему сопредельной? Внегосударственный центр общественного влияния ликвидировался в самом Петербурге. Теперь, по прошествии одиннадцати лет, этот смысл очевиден. И не суть важно, какую конкретику (рейдерские ли захваты, покушение ли на миллиардера) наскоро выкатили в порядке обвинений.

Доказать виновность Кумарина-Барсукова оказалось сложнее, чем арестовать. Практически невозможно. Годы титанических усилий завершились сомнительными обвинениями в захвате двух предприятий средней руки. По поводу же покушения последовало оправдание судом присяжных и срочный набор нового, контролируемого состава. Только так удалось дожать до 23-летнего срока.

На процессе по рейдерству ресторанчика «Петербургский уголок» и магазина «Смольнинский» решающими для гособвинения стали показания свидетеля Шенгелии. Столь же тяжело продвигалось убойное дело о неудачном покушении на владельца Петербургского нефтяного терминала Сергея Васильева. И тут без показаний Бадри тоже не обошлось. Именно он рассказывал, как Вячеслав Дроков, деловой партнёр Барсукова, искал автоматы по всему отелю «Золотая страна»… Показания Бадри были откровенно комичны. Недаром подсудимые дружелюбно с ним переругивались. А после того, как суду представили записи переговоров Шенгелии с представителем потерпевшего Васильева, отпали последние сомнения. «Братан, Васильев меня не кинет, отдаст, что обещал? А то задолбался влачить жалкое существование», – звучал знакомый голос с аудиозаписи. Характерно, что второй суд по Васильеву проводился уже без участия главного свидетеля Бадри Шенгелия. Не оправдал надежд. Зато мог разозлить.

Этой ценой Бадри купил себе свободу. Которую использовал от души. И для души. Сначала заделался художником. Даже провёл две персональных выставки. И не где-нибудь, а в галерее Союза художников Петербурга. После этого удалился на заслуженный отдых. В центральноамериканскую страну Белиз. Там, на берегах Карибского моря, его упустили из виду и полиция, и спецслужбы, и СМИ. Но ненадолго.

Деятельная натура Бадри требовала непрерывного драйва. Он опять возник в Петербурге. И сразу же потребовал себе квартиру Барсукова на Таврической улице. Вообще-то Бадри бомжом не был, в Северной столице у него имелось несколько квартир. В том числе жилплощадь, проданная генералом Пониделко, бывшим начальником ГУВД. Наверное, поэтому неунывающий Бадри скоро забил на эту тему. Занялся другой. Сначала он провернул небольшую, но удачную аферу с покупкой завода «Электрощит». Следом попробовал отнять у треста «Лендорстрой» долю в УНР-35. Это не удалось, и Шенгелия сразу успокоился.

Но снова ненадолго. Не мог он жить без славы и успеха. И не учёл, что наступили иные времена. Не с добродушным Барсуковым предстояло теперь иметь дело.

В 2016 году в Москве началось расследование по знаменитой перестрелке на Рочдельской. Историческое было событие – воры в законе от самого Шакро Молодого пришли по заказу одной дамы отжимать деньги другой. Остановили их частные охранники из бывших чекистов. Жёстко, со стрельбой и кровью. Законник Итальянец плотно сел в камеру. А Шакро нашёл дорогу аж в собственную безопасность Следственного комитета РФ. С полумиллионом долларов за освобождение Итальянца. Вот на этом спалились все.

У генералов образовались большие проблемы. Полетели погоны, начались посадки. Особый интерес привлекло дело начальника управления собственной безопасности СК Михаила Максименко. И тут оказалось, что без свидетеля Бадри Шенгелия снова не обойтись. Как выяснилось, художник Бадри и генерал-майор Максименко давно знакомы. Ещё со времён, когда Шенгелия давал первые показания против Барсукова. Но личные отношения завязались между ними лишь в 2015 году. Тогда Бадри Анзорович обратился к Михаилу Ивановичу с просьбой организовать уголовные преследования и смещения с должностей некоторых несимпатичных ему сотрудников питерского ГСУ. Якобы из-за того, что те отобрали у него какие-то особенно дорогие сердцу часы. На эту операцию Шенгелия отвалил генерал-майору аж целых $50 тысяч.

За Максименко числится гораздо больше. Однако именно это дело Бадри стало последним, по которому экс-начальнику УСБ СК РФ был вынесен приговор. «Процесс генералов» закрутился в тугой узел, спаявший силовиков с ворами. Достаточно сказать, что следователи из ведомства Максименко участвовали в рейдерских расследованиях по делам Барсукова. И добавить, что воры в законе, платившие деньги в СК – непримиримые исторические враги «тамбовского бизнес-сообщества», лидером которого считался Кумарин-Барсуков.

Такое вот совпадение интересов криминала и коррупции против «ночного губернаторства». И весёлого Бадри с его часами занесло-таки в это пекло. Тема слишком актуальная, чтобы причастный к ней человек мог вдруг поехать без брони и охраны. Хотя, конечно, рано что-либо утверждать.

Бадри Шенгелия был человеком мирным и незлобным. Он никогда никого не убивал. Нет никаких сведений, что он хоть раз применил к кому-то физическую силу или даже угрозы. Его захваты основывались лишь на мошеннических схемах и ювелирном знании законов. Наивные показания против Барсукова давно и прочно забыты всеми участниками процесса. Все предъявленные ему обвинения в рейдерстве теперь называются «спором хозяйствующих субъектов» и чаще всего рассматриваются в Арбитражном суде. Это, собственно, доказывает последнее дело с УНР-35, которое решилось именно там. В прессе это назвали всего лишь корпоративным скандалом. А самого Бадри — «специалистом по поглощениям».

Конечно, у него были враги. Но вряд ли он сам их таковыми считал. И точно — ни от кого не ждал убийства. Судя по всему, конец своей бурной жизни Бадри Шенгелия встретил в полном ладу с миром и самим собой. Пули по сверкающему «мерсу» оборвали жизнь, может быть, не самого безупречного человека. Но явно не заслужившего такого конца.

Скоро двадцать лет, как российская власть устанавливает законность и порядок. Уже больше десяти лет в Санкт-Петербурге нет «ночного губернатора». Заметны и результаты. Две недели назад в Таврическом саду, как раз рядом с домом где находится квартира, в которой жил Барсуков и хотел жить Шенгелия, группа молодых отморозков из АУЕ избила шестнадцать человек. Тишина кругом, покой и благолепие. Расстрел Бадри Шенгелия в двух десятках километров от Северной столицы — ещё одно тому свидетельство…

Ульяна Коваленко, «В кризис.ру»

Поделиться