Независимая журналистка и оппозиционная активистка Ирина Славина покончила с собой в Нижнем Новгороде. Средь бела дня 47-летняя женщина подожгла себя. На скамье у здания ГУ МВД по Нижегородской области. Типичная реакция: «Нет слов». Но сама Ирина Славина нашла слова. Перед самосожжением она написала: «В моей смерти прошу винить Российскую Федерацию». Главное здесь – смерть и вина. Не страны с именем Россия – государства с аббревиатурой РФ.

Накануне, утром 1 октября, в квартире Славиной четыре часа шёл обыск. Полиция изъяла стационарный компьютер, ноутбук и телефон самой Ирины, ноутбук её дочери, телефон её мужа. Связаться с адвокатом не позволили. Даже не выдали копию протокола. Ещё некоторые подробности, отмеченные Славиной в публичной записи, лучше не воспроизводить.

В тот же день прошли обыски в квартирах Алексея Садомовского (заместитель председателя регионального отделения партии «Яблоко»), Романа Трегубова (координатор местного штаба Навального), Дмитрия Силивончика (журналист «МБХ-медиа»), оппозиционных активистов Михаила Бородина и Юрия Шапошникова. Вся обыскная кампания проводились в рамках уголовного дела в отношении Михаила Иосилевича, подозреваемого в сотрудничестве с «нежелательной» организацией – «Открытой Россией» Михаила Ходорковского. (Появились также сообщения о трагическом и чудовищном абсурде. Возможно, в директивах оперслужб случилась путаница, и к Ирине Славиной явились в рамках дела, касающегося не Нижнего, а Великого Новгорода…)

По версии следствия, «Открытая Россия» якобы финансирует массовые протесты против застройки нижегородского парка «Швейцария» (на что выделены 4 млрд рублей). Каждый вторник у парка выстраивается живая цепь. Погибшая дважды участвовала в акции. Но не только это.Ирина Вячеславовна Мурахтаева, известная под журналистским псевдонимом Ирина Славина, пять лет издавала сетевую газету KozaPress. Идейно придерживалась либеральных и демократических взглядов. Баллотировалась в Госдуму и нижегородское Заксобрание по спискам партии «Яблоко». Её либерализм состоял в последовательной правозащите. В упорном, жёстком отстаивании человеческого достоинства. Есть и такое понимание этой социальной философии.

Политически Славина была резко оппозицонна. Особенно протестовала против политических репрессий и сталинисткого реставраторства. Год назад её оштрафовали за слова «морда Сталина» – по поводу мемориальной доски диктатору в городе Шахунья, установленной по инициативе местной КПРФ (название города Ирина творчески трансформировала, нарвавшись на обвинение в «непристойном контенте»). Незадолго до того её штрафовали по мелочи за информацию о лекциях «нежелательной» «Открытой России». Ещё ранее, весной прошлого года, наложили штраф за «организацию несогласованного шествия» в память Бориса Немцова.

Дороже всего, кстати, власти оценили Сталина – за эту «морду» сняли 70 тысяч рублей. «Невероятно! За что?» – тихо сам с собою восклицал, помнится, Путин по поводу репрессий 1930-х.

Ирина Славина держалась твёрдо. Как настоящий – настоящий! – либерал. Отбивалась, наступала. Морды её не пугали. Мелкопакостная травля – подмётные угрозы, проколотые шины – могут злить, но не ломать. Помогали родные, друзья, единомышленники. Но… есть современное государство РФ. Родиться в СССР, узнать надежду, включиться в жизнь – а потом, год за годом… Тяжесть отстойной хмари, видимо, брала своё. Подчас Ирина Вячеславовна уже делилась некоторыми мыслями: «Интересно, а если я устрою акт самосожжения возле проходной УФСБ (или прокуратуры города, я пока не знаю), это хоть сколько-нибудь приблизит наше государство к светлому будущему, или моя жертва будет бессмысленна?» – написала она 19 июня 2019-го.

И вот, 1 октября 2020 года. Шесть утра по местному времени. Она сама описала, как вломилась «с бензорезом и фомкой» дюжина силовиков. Искали нежелательные этому государству печатные материалы –  «брошюры, листовки, счета «Открытой России», возможно, икону с ликом Михаила Ходорковского. Ничего этого у меня нет.  Но забрали, что нашли… Я осталась без средств производства». Это описание Ирина не забыла завершить словами: «Со мной все нормально».Через несколько часов на её странице в Фейсбуке появилась новая важная запись: «Если бы они так и не явились ко мне, значит, всё это время я х(эмоциональное выражение – Ред.)… какой-то занималась. Ведь так? Теперь понимаю, что всё было не зря. Всем огромное спасибо за ту поддержку, которую вы оказываете мне. Ваша капитанская дочка». Последовали многочисленные посты солидарности: «Держись! Спасибо, что Вы есть! Чем помочь?» Затем Славина опубликовала «полный перечень лиц, услуживших следствию в его стремлении заткнуть всем рты» (эти имена – Савинов И. Л., Живухин Н. Д., Шаров А. Д., Грач Я. И. – видимо, известны в Нижнем).

Последние её слова знает теперь каждый: «В моей смерти прошу винить Российскую Федерацию». Сегодня в половину четвёртого дня она пришла на улицу Горького, к дому 71 – где располагается Главное управление МВД РФ по Нижегородской области. Там поставили произведение искусства: скульптурная скамья, символизирующая связь времён карательного аппарата – фигуры царского городового, советского милиционера и современного полицейского. Ирина Славина села в центре, ближе к бронзовому милиционеру. Привязала себя. Облилась горючей жидкостью. Зажгла.

На помощь бросился прохожий, пытался сбить пламя. Ирина Славина не подпустила его к себе. Не позволила спасти. Кинувшиеся к живому факелу полицейские уже не могли успеть.

«Сообщения в ряде средств массовой информации о том, что смерть погибшей связана с проведением у нее накануне гибели обысков, не имеет под собой никаких оснований. Она была свидетелем и не являлась ни подозреваемой, ни обвиняемой», – оперативно высказался Следственный комитет РФ по Нижегородской области. Вот тут действительно, стоит воздержаться от комментариев. Государство осталось верным себе. Это не сталинский режим, который брал на себя почти каждое совершённое убийство (тоже, впрочем, за некоторыми исключениями). Это другое. Ирина Славина, с её прямым и честным характером, нашла бы, что тут сказать. Хотя скорей всего, промолчала бы – из безграничного презрения.Есть люди, твёрдые в свободном достоинстве. Они бывают весёлыми, оптимистичными, но их отличает серьёзное отношение к жизни. К своим делам и убеждениям. При этом они часто добры и открыты. Ненавидят насилие, исключают для себя такой путь. И это, именно всё это – человеческая норма.

Ненормальность, аномалия, гнусное безумие – строй, что навязан сегодня. «Кто-нибудь задумывался, насколько унизительно существовать в этой обыденности, в этой искривлённой «нормальности»? Какая это постоянная пытка для человека, обладающего обостренным чувством справедливости и собственного достоинства?» – задаётся вопросом публицист Александр Скобов. Многие задумываются. А некоторых такие раздумья много куда заводят. Но Ирина Славина была из совсем иных.

Страшный выбор сделала Ирина Мурахтаева–Славина, о котором не нам судить. Люди не смогли ей помочь. Жизнь не убедила Ирину Славину остаться. Человека не стало. Светлая ей память. Память человеку. Память делу. И делом.

Павел Сергиенко, специально для «В кризис.ру»

в России

Общество

У партнёров