Российский кинематограф, под атаками бесконечных «Ёлок», бездарных ремейков и тошнотворных комедий, всё никак не может подняться с колен. Большинство фильмов – уже и не фильмы вовсе, а чудовища-мутанты. Франкенштейны киноиндустрии, неумело слепленные из продакт-плейсмента, пошлого несмешного юмора и, собственно, пустоты.

Бывает, конечно, и наоборот. То есть бывает другое, совсем другие фильмы. Но они так же не способствуют восхождению российских фильмов на высоты, которые были доступны фильмам советским и которые покоряются сейчас голливудскими и просто не-российскими картинами. Они даже что-то выигрывают на Каннских фестивалях, а кухонные интеллектуалы вальяжно восхищаются ими. Но эти фильмы играют на струнах души способом нехорошим: они – сплошной эпатаж и очернение.

Например, как мне кажется, успех фильма «Дылда» в основном зиждется на представлении о том, как смело, оригинально и трендово – занижать подвиг советского человека Великой Отечественной войне. Рецепт успеха прост и непригляден. Дано: женщины, которые воевали – проститутки, послевоенное настроение – грязь и отчаянье, хуже войны, любой мужик мечтает любую бабу изнасиловать. Добавим отвратительно-ядовитый зелёный цвет почти в каждый кадр, непонятно зачем задушенного ребёнка и много грязных женских тел в бане. И награда у нас в кармане.

Потому что ново! Смело. Как в жизни. Ну или не как в жизни, но точно приземлённо.

Но, скажете вы, западный «Джокер» тоже очерняет действительность, в нём тот же эпатаж и так далее. И я соглашусь. Но приглашу сравнить концовки и задуматься над посылом. Где нас призывают бороться, а где прогнуться?Недавно с превеликим удивлением познакомилась с третьим типом российских кинофильмов. Его ярчайший образчик – кинокомедия «Холоп» (создатель Клим Шипенко). Тут ничего не скажешь, сделано добротно. При просмотре можно посмеяться, где-то задуматься, и в целом хорошо провести время. Не портит впечатления ни слишком наспех сделанный конец, ни слегка натянутая игра Александры Бортич. Тем более, что главного героя Гришу сербский актер Милош Бикович отыгрывал на ура. Не было и постоянного компонента российских фильмов – назойливой рекламы. Не было вопиющих ошибок, проблем с хромаком, озвучкой, рассинхроном – всё на уровне. Что понятно, ведь снимал режиссёр фильма «Текст». Еще одного достаточно удачного и актуального современного российского фильма.

«Холоп» нельзя критиковать как исторический фильм – ибо согласно сюжету, создатели забронировали за собой право на ляпы. Ни как психологическую драму – ибо это комедия, и всё должно быть преувеличено. Ни как комедию – потому что шутки вроде смешные. Критиковать на первый взгляд вообще особо нечего. Всё удалось.

Неужели же всё? Проанализируем. По порядку.

Сюжет – забавный и захватывающий. Гриша – мажор, сынок богатого папаши, подлец, эгоист, парень во всех отношениях плохой. Его отец уже в отчаянье, не знает, как сделать из сына человека. Гриша людей держит за собак, сбивает ментов на своей крутой тачке, верит, что от всего можно откупиться папиными деньгами – короче, прожигает жизнь. В результате, подруга отца подкидывает своему (как впоследствии оказалось) возлюбленному идею. Следующий кадр: Гриша просыпается с бодуна в какой-то деревне, выясняет, что на дворе XIX век, он чей-то крепостной, холоп, и ему нужно срочно выводить барину лошадь.Гриша ищет свой смартфон, кидается современными словечками, путает века, демонстрирует полнейшую тупость, утверждая, что в XIX веке «есть только черно-белое кино», коня не выводит, получает плетьми, пытается сбежать. Его ловят и чуть не вешают, спасает лишь доброта барской дочери. После такого Гриша довольно быстро перестаёт сомневаться в происходящем и на удивление легко привыкает к жизни холопа.

Зритель знает, что происходящее – постановка. Отец Гриши нанял актёров и режиссёра, который прописал каждому реплики и общий сюжет. Прописана была даже любовная линия – с барской дочерью. Гриша жрёт еду, которую сам спёр втихаря, не делясь с друзьями. Когда его друга бьют как раз за эту ворованную еду, Гриша не признаётся в содеянном и не испытывает угрызений совести. Прочее в том же духе. Любовная линия тоже проваливается, но зато Гриша сам, по собственной воле, влюбляется в девушку, которая даже не актриса, а просто – техподдержка. В конце концов (хотя лично мне кажется, что его процесс становления всё-таки несколько неоправдан), Гриша-таки становится лучше.

Юмор – можно аж в голос посмеяться. Иногда смешно, потому что очень сильно глупит герой, думая, например, что в XIX веке может быть татаро-монгольское иго. «Дет ЕГЭ», ага. Или элемент ситуационной комедии: в РФ века XXI Гриша сбил дпсника и попросил отца найти какого-то «терпилу», чтобы отсидел вместо него, а в РИ века XIX  барский сынок сбил на лошади городового и попросил отца, чтобы дали двадцать плетей Грише – не его же бить. Смешно смотреть, как актёры говорят заранее прописанные реплики, а Гриша всему верит. Всё смешно. Кроме того, съёмки проводились не в студии, а действительно на природе. Это добавляет фильму аутентичности и весомости.

Но! Этим «но» мне хотелось бы закончить, чтобы, дочитав до конца, читатель мог озадачиться вопросом: в чём посыл? Человеку достаточно дня, чтобы превратиться в холопа-раба. Засунуть его в уединённое место, оградить от внешнего мира заборами, расставить везде камеры и бить. Гриша только поблагодарит. Квинтэссенция государственной идеологии текущего момента.

Это ли был посыл субъективный посыл авторов, не так важно. Получилось это. Не в первый раз. О восхвалении насилия уже говорил известный блогер русского YouTube – BadComedian. Всё чаще в российских фильмах продвигают идею, что вот, запереть человека, приковать насильно к девушке, которую он не любит, ещё что-то в этом роде – и полюбит, и переделается.

Но так нельзя и не будет.

Однако, если это зажигают, значит это кому-то нужно.

Подумаем же, кому.Весь этот смех вообще-то мало располагает к смеху. Смотреть ведь можно по-настоящему, не выключая мыслительных способностей. Сапог на физиономии – обхохочешься. К этому приучают как к норме, через комедию. Чтоб не быть «на сложных щщах», наблюдая картинки с разгонов. Размах с оттяжкой, удар в печень – да ладно тебе, шуток не понимаешь?

Прикольно-позитивная коннотация самого слова «холоп». В начале 2000-х это было ещё анекдотом: «Не пора ли о народе подумать? – Давно пора! Душ по двести бы каждому!» Наслушались мы с тех пор и про благодетельность самодержавия с крепостничеством, и про новое дворянство, и про верховных правителей, и про пожизненных сенаторов, и про мудро-отеческие исправления заблудшей паствы.

Век на дворе, напомним, XXI, и внедрение социально-политического отстоя ведётся через гламур. Так что «Холоп» – дело государственной важности. Вполне в ряду конституционных извращений и гулаговских приговоров антифашистам. Хотели того авторы или нет.

Екатерина Лифшиц, специально для «В кризис.ру»

в России

У партнёров