Поток киргизских событий производит впечатление хаоса. Но оно поверхностно. Просматривается чёткий стержень. Кыргызстану не впервой гнать хозяев. Только первому президенту дали портиться пятнадцать лет, с другими решают быстрее. Подобно древнеримским основателям права: «Как только стало понятно, что он замыслил». Общество вразумляет власти традицией «кочевой демократии». Пока Сооронбай Жээнбеков поздравляет Владимира Путина с днём рождения. У баев свои заботы в их параллельной реальности.

Гражданское переформатирование властной системы – не самое простое дело. Но никто и не обещал, что будет легко (россиянам на заметку, кстати). Трудно сказать, где находится президент Жээнбеков. Говорят, в Бишкеке. Призывает к диалогу. Но его мало кто слушает и ещё меньше кто слышит. Те, кто были властью до вечера понедельника, практически перестали быть фактором. Последняя новость: начата, но вскоре приостановлена процедура импичмента Жээнбекову.

Премьер-министр Кубатбек Боронов ушёл в отставку ещё позавчера. В Доме правительства заседает Народный координационный совет. На вчерашнем историческом заседании в отеле «Достук» утвердивший в премьерах Садыра Жапарова – юриста, бизнес-менеджера и бывшего депутата, вчера ночью освобождённого из тюрьмы. Почти одновременно с экс-президентом Алмазбеком Аматбаевым. Но сегодня к вечеру стало известно, что депутаты парламента не утвердили кандидатуру Жапарова на пост премьер-министра.

А на другом историческом заседании – в бишкекском Доме кино – уже создан второй координационный совет, не признающий Жапарова. Из Бишкека приходят фотографии горящего правительственного здания. Сторонники двух советов в количестве нескольких сот человек физически выясняли отношения на главной в Кыргызстане площади Ала-Тоо. Только после решения второго координационного о роспуске парламента протестующие начали расходиться. Явно ненадолго.

Между прочим, возникает тугой узел юридических казусов. Импичмент Жээнбекову начал и прекратил парламент, то ли распущенный, то ли вообще не избранный, то ли утративший полномочия в связи с истечением конституционного срока. С этим будет сложно разбираться. Но киргизы умеют. Без всякого пиетета к властям, они уважают закон. Такой диалектический парадокс «кочевого права».

Вчера представлялось, что лидерами протестов и новой власти выступают двое. 51-летний Садыр Жапаров позиционирован как опытный политик. 33-летний журналист Радио «Свобода», депутат от Социал-демократической партии Жанарбек Акаев – как харизматичный уличный вожак. Но сегодня на первый план резко выдвинулся 30-летний агробизнесмен и активист волонтёрского движения Тилек Токтогазиев. Опираясь на яростный митинг сторонников, он объявил себя главой нового правительства.

Структурную поддержку Токтогазиеву оказывает второй координационный совет. Объявивший сегодня о взятии всей полноты власти. А частично и первый. Но главное – уличный протестный актив. Эта фигура, по всей видимости, выдвинута именно протестной массой, которая непосредственно снесла правительство Боронова. Это очень важный и очень характерный фактор. Улица откровенно не желает отдавать победу. Уже не раз сказано, что парни дрались не затем, чтобы расчистить властные кабинеты временно попавшим в опалу и своевременно переметнувшимся номенклатурщикам.

А именно так рассматривают протестующие и Жапарова, и Атамбаева, и нового начальника Госкомитета нацбезопасности Амура Суваналиева (бывший замсекретаря Совета безопасности) и нового коменданта столицы Курсана Асанова (бывший замминистра внутренних дел). Эти назначения были восприняты именно в контексте номенклатурного реванша. Причём непонятно, от кого назначения исходят. Такое впечатление, что от корреспондента «Свободы» Акаева – вчера он говорил, что срочно подбирает кандидатуры. Так или иначе, они признают премьерство Жапарова.

Громко заявили о себе лидеры теневых сообществ. Сегодня с утра около двухсот спортивных парней явились к офису угледобывающей компании «Кыргызкомур». Якобы от имени и по поручению авторитета Мурата Кадыркулова, известного под прозвищем Саяк. Их встретила президент киргизской Ассоциации малых ГЭС Эльвира Боромбаева. Она сумела отстоять руководство компании, но не смогла предотвратить выноса из офиса полуммиллиона сомов. После этого компанию взяли под охрану волонтёры.

Отфиксировав тенденцию, Садыр Жапаров выступил с показательным опровержением. «У меня нет никаких связей с Камчи Кольбаевым», – заявил и.о. премьер-министра. Камчибек Кольбаев – один из самых авторитетных и влиятельных людей Кыргызстана. Первый киргизский вор в законе. Коронован в 2008 году Иваньковым-Япончиком и Дедом Хасаном (оба ныне покойные). Рэкет, крышевание, операции с недвижимостью, силовое сопровождение бизнеса. Когда-то был в связке с самим Рыспеком Акматбаевым, боссом всех киргизских боссов. Потом друзья рассорились и распростились. Но Рыспек тоже ныне покойный. Статус унаследовал Камчи.

Киргизские теневые сообщества – важный фактор общественного устройства. При всей жести, естественной для данного явления, даже официозные эксперты признают их роль в поддержании стабильности, организации своего рода трудоустройства и социалки, ограничении бюрократического произвола. Именно эти черты обеспечивают их устойчивость. Такие структуры попросту обладают массовой поддержкой, и этим всё сказано. Естественно, они активны в ситуациях, подобных нынешней. Ибо представляют интересы своей социальной базы. Как и в предшествовавших киргизских революциях 2005-го и 2010 годов.

При этом стоит отметить: в большинстве своём они происходят с Севера Кыргызстана, особенно из Иссык-Кульского региона (откуда родом и Рыспек, и Камчи). Южные криминальные кланы носят несколько иной характер. Но об этом ниже.

С чего и почему всё началось? Это уже имеет историко-академический характер. Но напомним вкратце. 5 октября 2020 года в Республике Кыргызстан состоялись выборы. (Оговоримся сразу: в русском написании названия Кыргызстан и Киргизия равно допускаемы.) Избирался парламент, именуемый Жогорку Кенеш – Верховный Совет. Явка, по официальным данным, составила более 56%.

По официальным же данным, на первое место вышла партия «Биримдик» («Единство»): 25%, 46 мандатов из 120. Председатель партии Марат Аманкулов известен публично выраженным сожалением о независимости своей страны. Одного этого достаточно, чтобы составить представление о характере этого «Единого Кыргызстана». Но есть и закреплённая в программе идеология евразийства, и политические установки на сближение с РФ в рамках ЕврАзЭС. Добавим, что второе лицо «Биримдика» – Асылбек Жээнбеков, младший брат нынешнего президента, бывший спикер Жогорку Кенеша. (Впрочем, третье лицо – Аида Касымалиева была коллегой Жанарбека Акаева по «Свободе», так что не так всё просто.)

Вместе с союзной партией «Мекеним Кыргызстан» («Кыргызстан – Родина моя») – сислибы госсоветника Мирлана Бакирова – киргизский аналог «ЕдРа» имел почти 50% избирателей и три четверти парламентских мандатов. Для страховки была ещё партия привластных националистов «Кыргызстан». Прочнее большинства в кыргызстанских условиях просто не придумать. Присутствие в парламенте умеренно-оппозиционной партии «Бутун Кыргызстан» («Единый Кыргызстан») ничего в принципе не меняло.

Условно говоря, кыргызстанский Центризбирком присудил победу «коалиции Юга». Сооронбай Жээнбеков родом из Каракульджинского района, политическую карьеру начинал инструктором Советского райкома КПСС Ошской области. Оттуда же, с Юга, происходил Абсамат Масалиев, последний первый секретарь КП Киргизской ССР. Влиятельные южные кланы так или иначе замкнуты на это наследие. Они и генерируют консервативно-номенклатурные, «евразийские» и промосковские политические тенденции в республике.

Совсем уж буквально-территориально этого понимать не следует. Понятия Севера и Юга носят скорее культурный и политический, нежели географический характер. В конце концов легендарный Турдакун Усубалиев, четверть века, от Хрущёва до Горбачёва, возглавлявший киргизскую компартию и республику, пришёл с севера. Но именно при нём центр тяжести местной советско-чиновной системы перенёсся на юг.

Успех номенклатурных евразийцев выглядел очень надуманным. Жёсткие протесты начались практически сразу, как ЦИК огласил итоги выборов. Лозунги и требования элементарны: отмена фальсифицированных итогов, перевыборы, отставка правительства, отставка Жээнбекова. А киргизские протесты, как уже многократно отметили наблюдательные политологи, не похожи ни на русские, ни даже на беларусские. Там никому не придёт в голову «мы хотим, чтобы власть нас услышала» и т.п. Там хотят совсем другого. «Того хотят там, где исполнить властны то, что хотят. И речи прекрати» – очень к месту, хотя Данте Алигьери писал не о Кыргызстане.

Атака, штурм, прорыв милицейского оцепления, освобождение заключённых, новое правительство… Результаты выборов, разумеется, аннулированы. Предстоят новые. С немалыми шансами оппозиционеров – прежде всего социал-демократической партии «Ата-Мекен» («Отечество») и национал-либеральной «Бир Бол» («Государственное единство и патриотизм»).

По России покатились мемы и демотиваторы – вроде «Дорогие киргизы, гости Москвы! Ну что вам стоит, вы же за два час решаете!..» или «Утром проснёшься, а в Кремле восставший киргизский таксист». Но звучат и советы охладиться. «Киргизы не читали Джина Шарпа, ничего не слышали про умное голосование, поэтому у них всё получилось, – цитирует остроумных политологов оппозиционный публицист Игорь Яковенко. Но продолжает в ином тоне: – Киргизы научились сменять власть и умеют заставить власть считаться с собой. Это не может не вызывать симпатию к этому народу и даже чувство зависти. Но неразумно делать из этого выводы, что методы, которые срабатывают в случае слабой власти, привыкшей к тому, что её периодически свергают, могут быть использованы против фашистских режимов, которые не остановятся перед насилием любого масштаба».

Есть и более резкие оценки, как и сопоставления. «Киргизы будут терпеть власть до того момента, пока бай откровенно не залезет киргизу в карман. Залез – снесли. Так случилось с Акаевым и Бакиевым – жадность их сгубила и желание приватизировать страну. С Жээнбековым обошлись пораньше, когда он только задумал прибрать страну к рукам. И так будет с каждым. Кочевники не были ни рабами, ни крепостными. У них и внутренние клановые противоречия сильны, но когда им лезут в карман, они легко объединяются. Поэтому в Киргизии уже третья революция за пятнадцать лет. И будут ещё и ещё, пока нация не приучит чиновников не обирать народ. Алга, Кыргызстан! – пишет российский блогер Ирина Оробинская, родом из Бишкека. И саркастически добавляет: – В Хабаровске 12865-й день протестов… В Беларуси 12786-й день протестов…»

Кыргызстан с его очередной революцией (не стоит придираться к определениям), советами и уличной победой – действительно очень нагляден. Но в России делает выводы не столько оппозиция, сколько власть. И делает их заблаговременно. Практически все значимые режимные действия последних лет – элементарное предотвращение киргизского сценария.

Филигранная обкатка голосовательных ритуалов, до пней и багажей включительно. Конституционные новации на уровне сено-соломной соборности и крепостного судилища. Обращение с мирнейшими демонстрантами как с бунтами на зоне. Жёсткое удушение политической оппозиции, да уже и просто инакомыслия. Целевое ужесточение тюремно-лагерных порядков. Даже полицейские броски на теневые сообщества, сибирское «дело Быкова» или петербургское «дело Барсукова» преследуют ту же цель. Дабы не получилось как в песне Наговицына: «Дело общее, все помогли».

Всё имеет единый источник – страх перед призраком Ала-Тоо. Значит, близко видят…

Никита Требейко, «В кризис.ру»

в Мире

Общество

У партнёров