Судебный глас народа проигнорирован, «дело Барсукова» продолжается

Знаковым событием последних дней ноября стала отмена оправдательного приговора, вынесенного полгода назад Санкт-Петербургским городским судом в отношении обвиняемых по «процессу Сергея Васильева». Вердикт Верховного суда РФ перевёл оправданных присяжными петербуржцев снова в разряд обвиняемых. «Дело Барсукова» продолжается. Поразительным образом это совпало с беспорядками в американском Фергюсоне. Совпадение  подтолкнуло аналитиков к параллелям и заставило задуматься о том, как политические интересы выхолащивают право.

Обстрел и альянс

ceglapro3Дело о покушении на совладельца ЗАО «Петербургский нефтяной терминал» известно даже самым нелюбопытным. Вкратце напомним, что автокортеж миллиардера был обстрелян 5 мая 2006 года на Левашовском проспекте. Сергея Васильева спасла удачная для него случайность (как говорили, пулю отвёл мобильный телефон). Несколько человек, включая Васильева были ранены, один из охранников погиб.

Год спустя по обвинению в организации этого покушения был арестован петербургский предприниматель (на тот момент – пенсионер по инвалидности) Владимир Барсуков. С подачи Следственного комитета против него было возбуждено несколько уголовных дел. На двух процессах он был признан виновным – в рейдерстве и в вымогательстве. В настоящее время Барсуков отбывает 15-летний срок.

С самого начала многие наблюдатели указывали на политическую подоплёку дела. Владимира Барсукова давно называли «ночным губернатором» Санкт-Петербурга. Вокруг него сложился альтернативный центр общественного влияния. Который далеко не всегда устраивал петербургскую администрацию Валентны Матвиенко, влиятельных федеральных силовиков, могущественные нефтяные компании и традиционный «воровской» криминал. Таким образом, альянс против «ночного губернатора» сложился более чем мощный.

Обоснованность обвинительных приговоров вызывала сомнения с чисто юридической стороны (шаткость доказательной базы, уникально длительные при таких обвинениях сроки). Но с учётом политической стороны дела удивляться никому не приходилось.

Неоправданное воздействие

Однако главным процессом должен был стать суд по делу о покушении на Васильева. Летом 2010-го Санкт-Петербургский городской суд последовательно признал виновными в многосоставном преступлении (убийстве, покушении на убийство, незаконном обороте оружия) непосредственных участников тех событий Алексея Игнатова и Вячеслава Ежова. При этом обоим было определено сравнительно мягкое наказание. Как и братьям Олегу и Андрею Михалёвым, которые, как установило следствие, открыли огонь из автоматов Калашникова на Левашовском проспекте.

ceglapro2Ценой снисхождения являлись признательные показания обвиняемых. Не только на себя – в первую очередь на Владимира Барсукова. Происхождение которых было вскрыто защитой на процессе, длившемся год – с лета 2013-го по лето 2014-го. Представленные адвокатами Барсукова записи телефонных переговоров продемонстрировали: свидетельства против Барсукова элементарно оплачивались стороной, заинтересованной в обвинительном вердикте.

Владимир Барсуков, Вячеслав Дроков и Александр Меркулов были оправданы коллегией присяжных. Но обоснованный и логичный приговор был обречён на опротестование едва ли не до оглашения. Следственный комитет и прокуратура не могли допустить иного. Интересны, однако, основные тезисы апелляционного представления. Государственные обвинители Ирина Шляева и Надежда Мариинская, обращаясь в Верховный суд, приписывали оправдание «незаконному воздействию на присяжных» со стороны адвокатов и средств массовой информации. В чём состояла незаконность воздействия, из текстов понять сложно. Подсудимым ставили в вину информацию о давлении следственных органов, самому Барсукову – и вовсе «религиозные аспекты» выступлений и описание тяжёлых условий тюремного содержания инвалида первой группы. Не говоря о «пререканиях с судьёй на повышенных тонах».

Но довольно странные доводы государственного обвинения показались, однако, достаточными основаниями для отмены приговора в суде высшей инстанции. Теперь делу предстоит вернуться в Петербургский суд. Оно будет рассматриваться повторно с новым составом присяжных. Можно предположить, что подготовка к процессу на этот раз будет более тщательной (при прошлом формировании коллегии в присяжные едва не попала сотрудница одного из предприятий потерпевшего Васильева).

Ведётся подготовка и с другого конца. Михаил Глущенко, бывший парламентский соратник Владимира Жириновского – ныне отбывающий срок за вымогательство и обвиняемый в организации убийства Галины Старовойтовой – объявил Барсукова заказчиком самого громкого преступления 1990-х. Если удастся устроить громкие процесс по «делу Старовойтовой», все нестыковки прежнего следствия и прежних судов, конечно, утонут в победном громе «спецправосудия».

Вы спросите, причём тут Фергюсон?

Как раз в эти дни американский суд присяжных принял решение оправдать полицейского, обвиняемого в том, что он лишил жизни безоружного юношу. Оба – и жертва Майкл Браун, и позиционируемый общественным сознанием как убийца Даррен Уилсон – молоды. Тому, кто нажал на курок, 28 лет, застреленному было 18. Убитый имел тёмный цвет кожи. Применивший оружие страж порядка – белый. И сколько бы ни кричали о хвалёном рафинированном заокеанском равноправии и недопущении дискриминации, это имеет значение.

Протест возмущённых гибелью Майкла жителей Фергюсона стал развиваться по сценарию расовых беспорядков. Власти не на шутку испугались. Хотя обвинить Москву и Пекин в разжигании «чёрной революции» не додумались.

ceglapro4Положа руку на сердце, американским властям было бы лучше, если бы Уилсона осудили. Справедливость, по версии темнокожих мятежников, восторжествовала бы, социальные протесты сошли на нет. И что же? Суд решил, что полицейский действовал по инструкции. Недовольные этим решением афроамериканцы продолжают чинить беспорядки. В прямом эфире на весь мир.

Параллель – и осязаемое различие — «дела Уилсона» с «делом Барсукова», по оценке ряда экспертов, просматривается, прежде всего, в том, что в развитых странах, где львиная доля конфликтов любого уровня решается в правовом поле, замена оправдательного приговора на обвинительный, за редчайшим исключением, не практикуется. Обратного хода нет. В особенности если оправдание решено присяжными. Вообще, какой смысл в суде присяжных – гласе народного правосудия – если такие приговоры могут аннулироваться?

Американские чиновники и политики ничего не могут изменить в фергюсонском решении. Присяжные признали Уилсона невиновным, и даже самые не согласные с этим решением бунтовщики и погромщики осознают, что рассчитывать на осуждение уже оправданного невозможно. (Остаётся лишь оттянуться в погромах.) С оправданием Барсукова, Дрокова и Меркулова – абсолютно противоположная ситуация. Да, присяжные сочли их невиновными, и что? Эта воля общественных заседателей была с лёгкостью дезавуирована, и теперь всё может повернуться на 180 градусов. Принятое государством решение будет продавливаться любыми способами.

 Виталий Ермаченко, специально для «В кризис.ру»

Поделиться