Танковая ветвь

Сирийская война, о победном завершении которой так много говорили власти РФ, САР и ИРИ, развернулась новой ветвью. Массированное вторжение в Сирию начал турецкий президент. «Оливковая ветвь» Эрдогана – продолжение его внутренней национальной политики. В соседней стране он решает проблемы со своей радикальной оппозицией. Одно это в полной мере свидетельствует, во что превратилось сирийское государство под управлением Башара Асада. И с интернациональной помощью РФ, чьи войска предупредительно уступают место армии «неосултана».

Турецкое вторжение в Сирию идёт под антиамериканскими лозунгами

Бои идут за город Африн – один из ключевых пунктов автономной курдской Рожавы. Речи Эрдогана пылают огнём и гремят металлом. «Мы очень быстро закончим эту операцию. Террористы бегут. Их бомбят наши самолёты. Сейчас началась наземная фаза. Мы проводим операцию для защиты наших границ. Пусть Аллах поможет нашим солдатам». ВВС Турции отрапортовали о поражении более 70 целей. После массированной артподготовки двинулась бронетехника. В Африн прорываются танки турецкой армии.

Риторика вторжения пронизана антиамериканизмом. В официальной пропаганде Анкары звучат соловьиные трели агитпропа РФ. Тон задаёт лично Эрдоган: «Те, за кем стоят США, не справятся с турецким народом. США сотрудничают с дикарями. Но мы задушим эту армию». Заметим, что в его выступлениях так же не произносится слово «курды», как у Путина слово «Навальный». Два одиночества встретились не зря. На одной войне.

Последние события рвут все шаблоны. Вспомним (хотя в российской аналитике вспоминать ничего не принято) 2015 год, речь Владимира Путина на 70-й сессии Генеральной ассамблеи ООН. Ту самую, в которой президент РФ официально объявил о вступлении в войну на стороне Асада (как бы против ИГИЛ, поскольку эта группировка в России запрещена). «Кроме правительственных войск, а также курдского ополчения в Сирии с «Исламским государством» реально никто не борется», – сказал он тогда. Оставим за скобками, насколько это утверждение соответствовало истине. Скажем о другом: Ракку – сирийскую столицу ИГИЛ – курдское ополчение освобождало в союзе с антиасадовской коалицией Сирийских демократических сил. При поддержке ВВС США, а не ВКС РФ.

Власти Турции видят угрозу в любой курдской самостоятельности

Курдские формирования в Сирии – это прежде всего Народная самооборона и Женская самооборона (женщины-боевики под командованием левой феминистки Ройды Фелат яростно бились за Ракку). Политически и организационно эти отряды связаны с партиями Демократический союз и Курдский национальный совет. На паритетной основе они создали Высший совет. По факту это правительство Сирийского Курдистана. Руководят им Салих Муслим из Демсоюза и Ахмед Сулейман из Нацсовета.

Сирийский Курдистан сегодня – самопровозглашённая автономия, охватившая обширные районы на севере и востоке Сирии. Включая прилегающие к сирийско-турецкой границе. Официальное название курдского протогосударства: Демократическая федерация северной Сирии. Более обиходное: Рожава. Идеология курдского движения в Сирии – суверенный Курдистан. Именно суверенный, детали пока размыты. Но мало кто сомневается, что вслед за автономией встанет вопрос о независимости.

Демократический союз – партия идеологически левая, типа радикальной социал-демократии. Курдский национальный совет – более правая, национал-консервативная. Если судить по иракским аналогам – в Ираке курды продвинулись на данный момент дальше всего – то первые ориентированы на Патриотический союз Курдистана экс-президента Джаляля Талабани, вторые – на Демократическую партию Курдистана Масуда Барзани.

Когда в 2011 году в Сирии началась гражданская война, курды поначалу держали дистанцию. Разборка между алавитско-олигархическим кланом Асада и арабо-суннитской оппозицией не так уж им интересна. Однако они сразу позаботились о защите районов своего компактного проживания. От кого бы то ни было. Прогрессирующий распад асадовской государственной системы стимулировал отстройку курдской альтернативы. К 2014 году курды уже создали достаточно крепкую структуру, чтобы жёстко противостоять терроризму ИГИЛ. Но главный для них фронт был и остаётся иным.

Сирийские курды тесно сотрудничают не только с иракскими, но и с турецкими соплеменниками. Главная курдская организация Турции – Рабочая партия Курдистана (РПК). Создавалась она как прокоммунистическая, связанная с советскими компетентными органами. Для СССР партия Абдуллы Оджалана вполне годилась как фактор дестабилизации соседнего члена НАТО. С тех пор многое изменилось. Марксизм-ленинизм в РПК давно не в ходу. Но идеология осталась красной, теперь в духе сирийского Демсоюза. А главное – антитурецкой. РПК жёстко стоит на позициях курдской независимости. Появление Рожавы стало маяком курдских радикалов в Турции. И сигналом сильнейшей тревоги для турецких властей. Тем более нынешних, эрдогановских. Ориентированных на исламизацию внутри и османскую экспансию вовне.

Эрдоган по-своему преодолевает собственную «геополитическую катастрофу»

Реджеп Тайип Эрдоган с 2011 года поддерживал Арабскую весну. Не из симпатий к освободительным движениям. Как он относится к их турецким аналогам, показано в полной мере. Однако Эрдоган рассчитывал стать бенефициаром арабских восстаний. Расчёт строился на том, что после падения авторитарных режимов арабские государства попадут в сферу влияния Анкары. И станут строительным материалом реставрируемой Османской империи. Преодоление «геополитической катастрофы 1918 года» – идефикс Эрдогана. Подобный упражнениям Москвы на постсоветском пространстве.

Из этого практически ничего не вышло. Ни Египет, ни Ливия, ни Тунис, ни Йемен не втянулись в орбиту султаната. Если на то пошло, Саудовская Аравия и Катар в этом плане сумели добиться большего. Зато Эрдоган основательно увяз в Сирии. Где к тому же несколько раз зигзагообразно менял политику: то упорно работал на свержение Асада, то вёлся за Путиным и Рухани в коалиции иностранных протекторов Асада. Впрочем, неудивительно. Судьба асадовской диктатуры Эрдогану в целом безразлична. Если она не мешает его собственной военно-политической экспансии. Если же мешает, то даже ценная дружба с Путиным не останавливает Эрдогана от жёстких акций.

Некоторая логика политики в эрдогановской Анкаре прослеживается. Чего не сказать о трамповском Вашингтоне. На предвыборной дороге в Белый дом Дональд Трамп вообще собирался устраниться от сирийской войны. Потом – неожиданно для всех, чуть не на эмоциях – швырнул в Асада «Томагавки». Потом, подобно ильфо-петровскому слесарю Полесову, опять «совершенно охладел к воротам». А в конце прошлого года встрепенулся вновь.

23 декабря 2017-го выступил начальник Центрального командования Пентагона (в его сферу входят Ближний Восток, Восточная Африка и Средняя Азия) генерал Джозеф Вотел. Он озвучил новый военный проект – Силы безопасности границы. Эти формирования задуманы как курдо-арабские отряды (арабское население будут представлять сунниты из демократических сил) для обороны Рожавы. Мысль понятная, непонятно лишь, с чего этим сейчас озаботились в Вашингтоне. Видимо, этого не понял и Эрдоган. Зато он понял другое: американцы устанавливают с курдами долговременный военный альянс. Курды для любого турецкого правительства – это РПК, против которой ведётся нескончаемая «контртеррористическая операция». Характерен и ответ: операция «Оливковая ветвь» на сирийской территории. С артиллерией, авиацией и бронетехникой. А также с антиамериканской пропагандистской истерией.

Кремль делает выбор в пользу социально близкого режима

К новой конфигурации стоит приглядеться. Даже в нынешнем парадоксальном мире такое нечасто встречается. Два государства НАТО – США и Турция – на грани прямого военного конфликта. Сирийская свободная армия (ССА, считавшаяся проамериканской) наступает на Африн бок о бок с турецкими войсками (ныне антиамериканскими). Правительство Башара Асада гневно осуждает турецкое вторжение – солидаризируясь тем самым с США. Зато правительство Владимира Путина спешно выводит из Африна российское подразделение военной полиции – находившееся там по согласованию с Асадом, которого так недавно спасали всеми силами, вплоть до космических. Чтобы открыть путь Эрдогану, который так недавно был худшим врагом, и ССА, которую так недавно бомбили в Алеппо российские ВКС.

Есть чему удивиться, на мало кто удивляется. Все уже привыкли, из чего в конечном счёте исходит Кремль. Эрдоган, насаждающий клерикальную диктатуру – и курды со своей военной демократией. Разве тут есть выбор? Классовая близость превыше всякой геополитики. «У России возражений нет, – публично заявляет премьер-министр Турции Бинали Йылдырым. И тут же добавляет: – Любой, кто окажет поддержку курдским формированиям, превратится в цель для наших сил». Это, надо полагать, чтобы возражений и дальше не появлялось?

Иного никто не ждал. Возмущение выразили лишь курды. «О том, что происходит в Африне, надо спросить Россию, которая всегда подчёркивает необходимость соблюдать суверенитет Сирии. Теперь же с одобрения России Турция пересекает границу Сирии, нарушает её суверенитет. О каком посредничестве в урегулировании после этого может идти речь?» – говорит представитель Рожавы в Москве Роди Осман. «Российские военные были здесь, но бросили нас. Мы рассчитываем только на себя» – это командир курдской самообороны в Африне Бируск Хасака. Что-то к этому добавлять преждевременно. Да и что тут добавишь.

Александр Следогонов, специально для «В кризис.ру»

Поделиться