Тереза Мэй проиграла своё пари

Когда премьер-министр Великобритании Тереза Мэй весной объявляла о досрочных выборах, её Консервативная партия имела почти 20%-ное преимущество над оппозицией. Выборы обещали стать лёгкой прогулкой консерваторов. И вот результаты голосования 8 июня: теперь консерваторы будут иметь 317 мандатов из 650 вместо 330. Прежнее большинство потеряно. Обрушились все прогнозы. Старая добрая Британия вновь показала, сколь опасно с ней шутить.

Терезу Мэй подвели не избиратели, а избирательная система

Но вот что принципиально важно. Тут сказались англосаксонские особенности мажоритарной избирательной системы. И в абсолютном, и в процентном выражении поддержка консерваторов заметно возросла. За партию Терезы Мэй проголосовали 13,7 млн человек, это 42,4%. На 5,5% больше, чем в позапрошлом году, при Дэвиде Кэмероне. Это рекорд за последние 25 лет. Столько получала Консервативная партия в славные времена Маргарет Тэтчер – и результаты оказывались триумфальными.

Но система капризна. Британцы голосуют за одномандатников, а популярность кандидатов в округах может не совпадать с поддержкой партии. А кулаками там после драки не машут. Интересует не количество голосов, а количество депутатов. Никого не волнует, что избирательное законодательство сочиняла не Мэй.

Что же помешало в округах однопартийцам Терезы? Во-первых, как и ожидалось, сработал мрачный эффект недавних кровавых терактов в Лондоне и Манчестере. Правительство сразу заявило, что увеличит более чем на 20% расходы на внутреннюю безопасность, рекрутирует новых полицейских. Тереза Мэй даже высказалась в таком духе, что в порядке антитеррора придётся где-то ограничиться по части гражданских прав (за что тут же получила от некоторых российских оппозиционеров клеймо «путинистки»). Но то обстоятельство, что теракты произошли при правительстве консерваторов, вряд ли могло сыграть в пользу тори.

Ещё одна непростая тема – это последствия референдума о Брекзите. Переговоры о выходе Соединённого Королевства из ЕС начнутся разве что в конце текущего года. Но уже сейчас многие британцы озабочены: что будет с их покупательной способностью, с ценой фунта стерлингов, с балансом внешней торговли? Сохранение членства Британии в Таможенном союзе  и едином европейском рынке вовсе не гарантировано. А статистика уже тревожит. Цены на импортную продукцию повышаются, равно как инфляция.

Экономически Британия развивается вполне уверенно

Назначая досрочные выборы, консерваторы руководствовались иными соображениями. Они обещали избирателям «лучше других» договориться с Брюсселем по всему комплексу вопросов выхода из ЕС. Тереза Мэй козыряла тем фактом, что именно при консервативном правительстве Британией был преодолён финансово-экономический кризис. Действительно, с 2013 года ВВП Соединённого Королевства неизменно находится в стадии роста. За 2016-й он поднялся на 2%. Консерваторы сумели укротить государственный долг и остановить динамику безработицы, удерживая её ниже 5%.

Лондон по-прежнему является глобальным финансовым центром. Крупнейшие корпорации активно инвестируют в британскую экономику. Так, недавно французская EDF вложила крупную сумму в строительство АЭС Hinckley Point. Среднегодовой доход британца составляет 26,5 тысяч фунтов стерлингов. «Даже на фоне высокоразвитых стран британская экономика чувствует себя достаточно уверенно», – отмечает директор Центра изучения глобализации Бриджит Гранвиль.

Консервативную партию Великобритании можно называть народной в том смысле, что за неё отдают голоса представители самых разных социальных слоёв – от рабочих до лордов. Вот и на это раз в своём предвыборном манифесте партия Черчилля и Тэтчер совместила приверженность традиционным ценностям тори с обещанием «нового курса для обычных рабочих людей». С другой стороны, наблюдатели отмечают, что невнятность позиции относительно снижения пенсионных выплат сыграла с партией Мэй злую шутку. Как и сокращение численности вооружённых сотрудников полиции. Кошелёк пенсионера и безопасность коренного горожанина перед многоликой толпой иммигрантов оказались электорально взрывоопасными факторами.

Характерен и географический расклад избирательных предпочтений. Консервативные кандидаты уверенно лидировали в глубинке, небольших городах и на селе. Там, где «традиции старой Англии» по сей день многое значат. В крупных городах прибавилась поддержка Лейбористской партии. Которая сегодня не столько политкомитет при профсоюзах, как в прошлом веке, сколько политическое представительство «креативного класса» и «культурных меньшинств».

Ольстерские юнионисты обеспечат перевес консерваторам

Ещё месяц назад СМИ сулили лейбористам разгром – дескать, слишком радикален и малопопулярен их лидер-левак Джереми Корбин. В самом деле, в этот раз лейбористы шли на выборы с весьма идеологизированным манифестом: «работать не только для богачей, но и для простого народа». Корбин обещал обложить дополнительными налогами богатых, расширить общественный сектор за счёт железных дорог, почты и электрических сетей, сделать высшее образование исключительно бесплатным. И эта программа тоже горячих сторонников. Поддержка Лейбористской партии Великобритании прыгнула на треть – с 30% до 40%. И – снова капризы мажоритарки – лейбористам это не снизило (как соперникам), а увеличило (что естественно) парламентское представительство. Теперь у них 261 депутат вместо 232.

Две ведущие партии усилились за счёт остальных. Можно сказать, британская политика вновь приблизилась к двухпартийной модели. Либерал-демократы, культурно близкие нынешним лейбористам, потеряли полпроцента, получив 7,4%. Зато приобрели дополнительно 4 мандата (перестанем уже удивляться) и будут иметь 12. Шотландские националисты собрали  3% (вместо 4,7%) и будут иметь 35 мандатов (вместо 55). Ольстерские демократические юнионисты, наследники неистового пастора Пэйсли, не дотянули до 1%  (+0,3%) – в Ольстере не так много избирателей – но получают 10 парламентских мест (+2). Ненамного отстала от них в процентах партия ирландцев-республиканцев Шинн фейн, и мандатов получает 7 (+3).

Кто по-настоящему разгромлен, так это Партия независимости Соединённого королевства. Недавние триумфаторы Брекзита растеряли поддержку – менее 2% вместо 12,5% и ни одного парламентского мандата. Похоже, англичане решили больше не заигрываться над избирательными урнами.

Российские СМИ переполнены рассуждениями о «катастрофе Мэй», «подвешенном парламенте» и т.п. С ними, похоже, согласен Джереми Корбин, призвавший премьера подать в отставку. Решение Терезы Мэй пока неизвестно, но, если верить некоторым утечкам, следовать этому призыву она не собирается. Ведь, скорее всего, ничего радикального в британской политике не случилось. Даже чисто арифметически. Демократические юнионисты Ольстера лояльны консерваторам. И своим десятком мандатов обеспечат коалиционный перевес кабинету тори. Другой вопрос, каким этот кабинет будет персонально.

И конечно, теперь очевидно: пойдя на досрочные выборы, Тереза Мэй, что называется, проиграла личное пари. Но предсказывать итоги британского голосования – всё равно, что британскую погоду.

Жорж Камарад, специально для «В кризис.ру»

Поделиться