Всероссийский день выбора

Вчера по РФ прокатилась волна выборов. Где-то кого-то выбирали на какие-то должности. И даже выбрали. Например, Собянина — мэром столицы. Но всего этого Россия и мир почти не заметили. Лишь кое-где что-то проскочило в СМИ. В редких промежутках между сообщениями о всероссийской акции против пенсионной «реформы». Которая на деле – при всей важности пенсионной проблема – явилась всероссийской антирежимной демонстрацией. В основном молодёжной. С властями схватились те, кто просто не может – такова уж человеческая природа – думать сейчас о пенсии.

Началось задолго до 9 сентября. Повсеместными арестами организаторов протеста. Первым, конечно, отправился в каталажку лично Алексей Навальный. Сразу на месяц. Но этим не ограничилось. По данным ОВД-Инфо, с 5 по 8 сентября в двух десятках российских городов было задержано без малого полсотни человек.

Митинги были запрещены почти повсеместно. Из редких исключений оказался поначалу Петербург. Губернатор Полтавченко местному штабу Навального акцию поначалу согласовал.  Но в последний момент видимо испугался собственной смелости, и разрешение отозвал. В связи с «внезапным» – и очень своевременным – прорывом канализации на площади Ленина, Смольный предложил перенести акцию на выселки в Удельный парк. И тем самым превратил рядовое мероприятие в историческое.

За неделю до навальнинга на этой же площади прошёл унылый и малочисленный митинг, по тому же поводу организованный коммунистами. Красных флагов было много, едва не больше, чем присутствующих. Но оживления это не внесло. Самым ярким событием митинга стало появление НОДовцев, тоже весьма немногочисленных. Через полчаса после окончания это событие было прочно забыто. Коммунисты отчитались о проведении мероприятия и успокоились.

Конечно, не приходилось ожидать, что так же пройдёт навальнинг. Тем более питерский. Тут совсем иные традиции. Но разрешённая акция, провелась бы иначе. Громко, массово – но вполне ординарно. Без боёв и побед. Сыграно бы получилось вничью. Можно было отказать в митинге иначе. Сославшись на выборы, как в Москве, или на городской праздник, как в Красноярске. Получился бы проигрыш властей, но хотя бы без изысков. Но в петербургской администрации лёгких путей не ищут. Понадобился показательный фонтан, затопление площади с прилегающими улицами. Потом нагнали спецтехники Водоканала, который и в нормальном-то режиме еле справляется со своими прямыми обязанностями. После чего осталось закрыть входы и выходы в метро – воскресный подарок дачникам, возвращающимся в город через Финляндский вокзал. И оккупировать территорию, насколько видит глаз, невиданным количеством ОМОНа и Росгвардии. Войск, кстати, всё равно не хватило — на дальних подступах к площади стояли цепи курсантов-первокурсников.

Все эти приготовления оказались напрасны. В назначенный срок на площади собралось не менее 2 тысяч человек (по некоторым данным, все 5 тысяч). В основном молодёжь. Питерская акция, как выяснилось к концу дня, была самая массовая и энергичная в стране. И самая жестяная. По последним данным задержано более 600 человек, десятки людей избиты или физически запрессованы иными способами (например, поставлены на грань асфиксии в давке на Пироговской набережной). В Москве задержаны около 40 человек. Но там двум участникам акции — Виктору Федосееву и Василию Костылёву — предъявлены обвинения в нападении на карательные органы. Федосеев, по версии следствия, дал полицейскому по уху, Костылёв накостылял сразу двоим.

Такого пока не зафиксировано больше нигде. Но в Питере сопротивление было массовым и направленным против всех карателей в целом. Несколько человек удалось отбить от захвата. Несколько раз демонстранты пытались прорвать оцепление. В режимных охранников неоднократно летели дымовые шашки. Часть митингующих сумела организовать шествие по Лесному и Большому Сампсониевскому до Пироговской набережной. «Россия будет свободной! Мы здесь власть! Путин вор! Россия без Путина!» – неслось над толпой. А дальше – по братьям Стругацким: «И были встречены на окраине закованной в латы имперской пехотой».

Несколько сотен людей профессионально зажали между омоновскими цепями, стеной старого здания и бетонным забором стройки. Несколько ловких парней забрались на балкон и перемахнули через забор. Там помогли строители. Бригадир (как говорят очевидцы, родом из Азербайджана) помог найти выход на волю и даже организовать переброску воды для блокированных манифестантов.

Больше помочь было нечем. Людей целенаправленно сдавливали как в арестантском вагоне 1930-х. Нескольким стало плохо. Их неохотно, но всё-таки выпустили из оцепления. Для беременной пришлось вызывать скорую. Но если ждали слёз и мольб – просчитались.

Зазвучала в голос пушкинская классика: «Товарищ, верь!» Но особенно круто – гимн России. «Славься, Отечество наше свободное, братских народов союз вековой! Славься, страна! Мы гордимся тобой!» — это было сильно. В окружении конвойной цепи с дубинами.

Вообще национальная символика начинает возвращаться от государства к нации. Судя по вчерашним событиям, российские флаги вызывают запредельную ненависть властей и карателей. Людей с триколорами брали особенно жёстко. Знамёна, которым приносили присягу, омоновцы и росгвардейцы буквально топтали, подметали ими асфальт, сворачивали как тряпки и с отвращением бросали в свои автозаки. Это важная новизна: символы России поднимает оппозиция как знаки борьбы с режимом.

Места в автозаках быстро кончились (к этому моменту были арестованы задержаны около четырёхсот человек). Людей стали набивать в обычные городские автобусы под полицейскими конвоями. А поскольку переполнены были все городские отделы полиции, увозить стали на окраины — в Колпино, Стрельну, Ломоносов, Петродворец. Десятки задержанных быстро сориентировались в этих обстоятельствах – разжали двери автобусов и вырвались на волю. Но сотням повезло меньше — некоторых продержали в автозаках до утра после чего прямиком отправили в суд. Выспавшиеся и хорошо отдохнувшие за выходные судьи рьяно взялись строчить приговоры.

Всего по стране более тысячи задержанных. Среди них экс-мэр Екатеринбурга Евгений Ройзман. Он пытался освободить арестованных, в результате получил вежливое предложение последовать за ними. Не отказался. «Всем, кто вышел сегодня — респект и уважение. Особенно молодым, — написал он в своём Facebook. — А старшим хочу сказать — молодые вынуждены подставляться и выходить за нас, потому, что мы не выходим». Это не совсем так. В Петербурге одновременно с девятилетним мальчишкой был схвачен пенсионер. Ребёнку, как рассказывают, удалось сбежать, а вот пожилому человеку пришлось вызывать «скорую».

Мало кого из нынешних демонстрантов – лет 18-ти или даже 25-ти – волнует собственная пенсия. Даже если допустить, что такие вундеркинды встречаются. Конечно, многие беспокоятся о старших. Но ещё важнее – о стране вообще. «Достала эта мерзость, всё равно с кем идти, если против отстойщиков. Коммунисты так коммунисты, Навальный так Навальный», – типичная реплика из вчерашних разговоров. (Можно предположить, что под коммунистами в последнюю очередь имеется в виду официозная КПРФ.) Конкретный повод принципиального значения не имеет. Ибо источник «отстоя» – во всём, от войны до пенсии – известен каждому.

Пока что протест молодёжи по большей части мирный. Во всяком случае, на митингах. Но юношеская ментальность уже бросает в прорывы оцеплений и демонстративные побеги. Выкрики типа «Чего в угол забились? Сцепка! Встаём!» слышатся ещё не так часто. Хотя вчера в Петербурге звучали. Не только от активистов «Левого блока».

Эта «сцепка» – может быть, последняя альтернатива иному противостоянию. Исходящему от сил тоже молодых, но совсем иного сорта. Таких, для кого все красные линии пройдены от самого начала. Роговские работяги, спонтанно схватившиеся за оружие. Отмороженные малолетки, примкнувшие к страшному движению АУЕ. Простодушные петровск-забайкальские братки, напавшие с ножами на воинский эшелон. Это уже не хипстеры, привыкшие к комфорту и креативу. Это — русский народ, соль земли. На лояльность которого долгие годы опиралась власть РФ. Больше этой опоры нет.

Пенсионные махинации, порождённые бездарностью, алчностью и амбициями, положили конец всем духоскрепным симфониям. Править по-отечески уже не получается. Принимать опеку правителей — тоже. Выбор уже сделан, даже если это осознали ещё не все.

Акулина Несияльская, специально для «В кризис.ру»

Поделиться