Выбор земли

Митинг в Магасе распущен. «На данном этапе Совет ингушского народа решил, что смысла в новом митинге нет. Дальше работа продолжается в правовом поле», — сказал лидер правозащитной организации «МАШР» Магомед Муцольгов. В Кремле тоже уповают на правосудие.

Конституционный суд Ингушетии признал незаконным договор об установлении административной границы с Чечнёй. Об этом стало известно в то время, когда в Назрани проходил Всемирный конгресс ингушского народа. На нём собрались более пятисот представителей местных тейпов, ингушских диаспор и общин из ближнего и дальнего зарубежья. Конгресс был созван решением митинга против соглашения об установлении границы между Республикой Ингушетия и Чеченской Республикой. Не только это было его целью. Делегаты обсуждали выборы главы республики и депутатов местного парламента. Однако вопрос о границе был главным. В связи с этим участники решили продолжать митинг.

Сегодня утром на площади в Магасе собралось около тысячи человек. К ним вышли организаторы. Председатель совета тейпов Ингушетии Малсаг Ужахов поблагодарил митингующих за терпение и объявил о завершении митинга.  «Сейчас нужно переходить на другие формы сопротивления. Решение Конституционного суда о незаконности соглашения о передаче территорий Чечне уже есть, теперь нужно его реализовывать, проводить юридическую работу. В митингах сейчас уже нет особого смысла, поскольку Конституционный суд на нашей стороне»,— объяснил это решение Барах Чемурзиев, председатель общественного движения «Опора Ингушетии». Ещё один организатор митинга, старейшина Ахмед Барахоев, сказал, что решение спора о границе будет принято на следующей сессии Народного собрания. И призвал митингующих почтить память погибших во время осетино-ингушского конфликта осенью 1992 года.

Большинство комментаторов, особенно оппозиционных, называют произошедшее большой победой. Однако и в Ингушетии и вообще в России не все поддерживают такие реляции. Например, резко против прекращения протеста высказались Сараждин Султыгов и Муса Албогачиев — сопредседатели общественного движения Мехк-Кхел.

Мехк-Кхел («суд страны» в переводе на русский) с древних времён был высшим законосовещательным органом вайнахов. После 1917 года, конечно, был ликвидирован. Вновь учреждён как общественная организация только в 2008 году. Впрочем, вскоре его деятельность снова была приостановлена. На этот раз добровольно. К власти в республике пришёл Юнус-Бек Евкуров, клятвенно пообещавший наладить диалог со всеми оппозиционными силами. Повтороное возобновление произошло уже в 2010 году, поскольку обещание Евкурова выполнено не было. Широкое развёртывание пришлось на декабрь 2011-го. Участники Мехк-Кхел направили главе шариатского суда при муфтияте Ингушетии требование осудить Евкурова и председателя ингушского избиркома Мусу Евлоева по законам шариата. За фальсификацию выборов в Госдуму.

Вспомнить о тех давних днях сегодня особенно нелишне. Массовые протесты рубежа в конце 2011 года потрясли всю страну. В одной только Москве на Болотную площадь вышли 150 тысяч человек. Власть была к этому совершенно не готова и соглашалась на диалог. Президент Медведев в срочном порядке предлагал провести политическую реформу, Владислав Сурков называл оппозиционеров «лучшими людьми».

Это было время, когда страна готова была поддержать требования оппозиции. Но – оппозицию выражала в основном Москва, а Москву – небольшая группа лидеров. Протестные вожди тут же расслабились, пытаясь договориться с режимом. Дали ему передышку… Чем это закончилось, они наблюдают теперь. Некоторые имели возможность из-за решёток.

Примерно та же ситуация может возникнуть в Ингушетии. Начать с того, что тейпы орстхой, которые живут и в Ингушетии, и в Чечне, соглашение Евкурова с Кадыровым поддержали. Орстхойцы — небольшая этническая группа, относящая себя к ингушам и чеченцам в зависимости от места проживания. Несколько орстхойских тейпов владеют семейными башнями на спорных землях.

Одновременно со съездом представителей ингушских тейпов в Назрани орстхойцы провели свой съезд в Алкуне. Там они заранее объявили нелегитимным Всемирный конгресс ингушского народа. Их общее мнение ранее выразил Ахмед Гисаев, чеченский политэмигрант, руководитель Human Rights Analysis Center. По его мнению, весь территориальный конфликт спровоцирован из Москвы. Причём, не вчера: «До прихода Российской империи на Кавказ такого рода административных границ не существовало». Его поддерживает другой представитель тейпа ортсхой Салман Опиев. Он заявил, что весь спор вокруг соглашения о границе — акция против Евкурова. Причём без всяких симпатий к ингушскому главе. «Спорные земли и так всегда оставались за чеченской стороной. И это знают все. Соглашение это лишь закрепило на уровне закона. Я не знаю, на основании каких документов Конституционный суд Ингушетии вынес это решение… Они хотят убрать Евкурова. Но это их проблемы», — сказал он.

С чеченским правозащитником можно поспорить. По крайней мере, сейчас Кремлю новые конфликты – да ещё на Северном Кавказе – не нужны. Достаточно и того, что уже есть. Видимо, поэтому вся ситуация в Ингушетии пущена в общем-то на самотёк: не только президент РФ, но даже его представитель в СКФО стараются от конфликта дистанцироваться. Президентский представитель Александр Матовников посоветовал протестующим обращаться в суд. Президентский пресс-секретарь сегодня подтвердил, что «этот вопрос в юридической плоскости находится». Так что вроде бы валить всё на российскую власть в данном случае не совсем корректно. По крайней мере, видимость нейтралитета сохраняется.

Другое дело, что именно в «юридической плоскости» все достижения последнего месяца легко свести на нет. Как в 2012 году, когда оппозиционерам предложили на словах много-много хорошего. И они, наивно поверив, увели людей с улиц. Потребовалась полная смена генерации оппозиционных лидеров, точнее их уход — добровольный и не очень — чтобы люди снова стали верить революционным призывам. Собственно, если кто и верит, то пока что одному Навальному. И совсем не те, кто семь лет назад шёл за Немцовым, Каспаровым, Касьяновым.

То же самое происходит сейчас на наших глазах в Ингушетии. Только в более изощрённой форме — восток-то дело тонкое. Это ведь не доверчивые русские креаклы. Тут люди горячие, свято блюдут родовую честь. И далеко не всегда ведутся на должности и деньги. В Ингушетии даже единороссы не похожи на федеральных. Депутат Закри Мамилов возглавляет региональное отделение путинского ОНФ. Он — один из тех, кто сразу голосовал против новых административных границ. Про Кремль говорит, что «нельзя так к народу относиться». А на вопрос, не боится ли, отвечает: «Я свой выбор сделал в пользу Ингушетии».

Такой выбор сделал не только Закри Мамилов, но и многие его коллеги. Дюжина депутатов, направившие в Конституционный суд республики запрос о правомерности соглашения о границе — все члены ЕР. Лишь двое — Яхъя Белхороев и Амирхан Толдиев — впоследствии отозвали свои жалобы. «И Белхороев, и Толдиев по разным причинам находятся в сильной зависимости от власти, — сказал о них Мамилов. — Я предполагал, что если кто-то и откажется от подписей, то это будут именно они».

Конституционные судьи тоже оказались в первую очередь ингушами. В отличие от главы республики Юнус-Бека Евкурова. «Нужно понимать, что сегодняшнее решение не отменяет соглашение, оно вступило в законную силу, — мгновенно отреагировал он на решение республиканского Конституционного суда. — Договоры между нами, двумя субъектами РФ, затрагивающие интересы обоих регионов, должны быть проверены только на соответствие Конституции РФ и исключительно Конституционным судом РФ». Он даже пообещал лично обратится в Конституционный суд РФ. Чтобы там проверили законность решения суда Ингушетии.

И тут действительно появляется широкое поле для манипуляций. В решении суда сказано: «Соглашение об установлении границы между Республикой Ингушетия и Чеченской Республикой от 26 сентября 2018 года без его утверждения на референдуме Республики Ингушетия не порождает правовых последствий». Это не так. Дело в том, что по закону «О Конституционном суде Республики Ингушетия» он может принимать решения лишь о договорах, ещё не вступивших в силу. «Следовательно, тут его предписание не имеет никакой силы», — пояснил бывший федеральный судья Сергей Пашин. С ним согласен политолог Николай Миронов. Вопрос лишь в том, можно ли считать этот договор вступившим в силу, если часть депутатов отозвали свои голоса. Иначе считает профессор конституционного и административного права Елена Лукьянова. «Территориальный вопрос — это компетенция субъекта, и в законодательстве Ингушетии сказано, что подобные вопросы решаются референдумом», — уверена она.

Короче говоря, мнения юристов на этот счёт разделились. Теперь дело за Конституционным судом РФ. Точнее — за его председателем Валерием Зорькиным. А ещё точнее — за властью, волю которой он выражает. Вопрос лишь, знает ли власть, чего сама хочет. Ведь с одной стороны — интересы Рамзана Кадырова, с другой — чёткое и однозначное «Не позволим!» от ингушского народа. Пойти навстречу Кадырову — разжечь очередную войну, потеряв последнее достижение, которым Путин потрясает перед согражданами вот скоро двадцать лет. Пойти навстречу ингушам — создать опасный для режима прецедент. А выбирать придётся очень быстро. И не только власти, но и российской оппозиции.

Акулина Несияльская, специально для «В кризис.ру»

Поделиться