Жизненный путь Сабадаша мало отличается от тех, кто начинал одновременно с ним в те славные годы. Непременные «стрелки», временные союзы, партнёрства, договорённости, неизбежные разборки, порой доходящие до штурмов и перестрелок. В начале 2000-х, когда перед всем российским бизнесом встала альтернатива — пойти под государство ради спокойствия и стабильность, или остаться в рискованном и непредсказуемом плавании — Сабадаш предпочёл последнее. Возможно, переоценивая себя и недооценивая строящуюся «вертикаль». Возможно, из любви к флибустьерской романтике.

Второе вероятней, поскольку, добившись в 2003 году назначения представителем Ненецкого автономного округа в Совете Федерации, он не очень-то дорожил этим статусом. По словам Сергея Миронова, ни разу не появился на заседаниях. А через три года добровольно покинул сенаторское кресло.  Необременительная синекура оказалась значительно скучнее полевой работы. Да и то сказать, утверждать законы — это вам не командовать штурмом собственного предприятия.

Исторический штурм «Выборгской целлюлозы» навсегда войдёт в анналы российского бизнес-криминала. Частичным аналогом можно считать разве что самопровозглашение Донецкой и Луганской республик. Разница, правда, в том, что на ЦБК героическая борьба была развязана по причинам исключительно экономическим. К 1998 году, когда Сабадаш с партнёром приобретал ЦБК, в Выборгском районе Ленинградской области рулили Спартак и Сергей Рубиновичи (известные также как «братья Рубинчики»). Они тоже к «Выборгской целлюлозе» с интересом приглядывались. Но Сабадаш успел раньше. И встретил сопротивление.

Название посёлка Советский звучало как теперь Славянск. Подготовку и упорство «рабочего ополчения» кое-кто связывал с симпатиями Рубиновичей. В общем, рабочие почти полгода не пускали хозяина на комбинат. Когда его терпение иссякло он сам во главе бойцов «Тайфуна» пошёл на штурм. Был взят в плен, избит, получил перелом двух рёбер, вырвался на свободу, не подписав капитуляцию. И всё-таки вошёл на завод — спустя год после покупки. Рабочие получили по тысяче рублей за год простоя.

Но Сабадаш не чурался и политической борьбы. Некоторые эксперты полагают, что волнения 2005 года, связанные с монетизацией льгот, были спонсированы им. Его же считают организатором антипутинских выступлений в День России и вдохновителем протестной акции «Поставим Путина на счётчик», проведённой молодёжным движением «Оборона». Тогда впервые прозвучала угроза: «Украина победила, победим и мы».

Возможно, нынешние события в сопредельном государстве повлияли на арест авторитетного предпринимателя. Хотя официальная причина, конечно, иная, экономическая — махинации с налогами. Ясно, что государство, вообще говоря, глядящее сквозь пальцы на полулегальные способы получения прибыли частными лицами, не может допустить, чтобы это происходило за его счёт. За чужой (негосударственный), разумеется, тоже нельзя, но если очень хочется, то можно. А Сабадаш, словно до сих пор в 1990-х живёт — хотел обобрать власть почти на два миллиарда.  Так, по крайней мере, утверждают фискальные органы. И на этом основании строится обвинение, на основании которого Басманный суд Москвы арестовал Сабадаша.

По версии сотрудников Следственного комитета, в 2009—2010 годах Сабадаш пытался получить 1,8 млрд рублей в качестве возврата налога за работы, выполненные одной из контролируемых им строительных фирм «Эс-Контрактстрой» на сумму 12 млрд рублей. В СК считают, что работ было сделано не более, чем на 4,4 млрд. Денег Сабадаш тогда не получил, зато теперь может получить приличный срок. Вероятно, в  назидание другим желающим поживиться из государственной казны. А также — дабы паче чаяния не возникло идеи повторить политический демарш 2005-го. Эта версия подтверждается тем, что, согласно думскому решению, подозреваемый в экономических преступлениях не подлежит аресту до тех пор, пока его вина не будет доказана. Тем не менее, Сабадаш за решёткой. Формальной причиной его заключения названы наличие у него восьми мобильных телефонов, по которым он мог связаться с сообщниками и загранпаспорта, которым непременно воспользуется, чтобы сбежать. То, что вся его недвижимая собственность находится на территории РФ, в расчёт не принимается.

В общем-то, не так важно, какой повод государство избрало для того, чтобы избавиться от Сабадаша. Очевидно другое: после него в Петербурге уже не остаётся крупных авторитетов, начинавших свою карьеру в девяностые. Разве что совладелец Петербургского нефтяного терминала Сергей Васильев. Во времена Трабера, Южилина, Кумарина он был игроком второго эшелона, теперь — однозначно олигарх. У власти с ним проблем нет. Преумножает свои капиталы, отстраивает дворцы, и если доставляет хлопоты, то лишь соседям — то перегораживая общественный пляж, то создавая пробки на дороге.  А государству от него лишь прибыль. Разумеется, в виде налогов, но в гораздо большей степени — в виде бескорыстной помощи в нейтрализации «ночного губернатора».

Бизнес

У партнёров