Дискуссия по поводу строительства общественно-делового центра «Охта» идет в историческом русле обсуждения всех крупных градостроительных проектов. Так, в свое время, петербуржцы обсуждали возведение новых доминант: Исаакиевского собора, церкви Спаса-на-Крови или здания компании Зингер на Невском проспекте, считает директор государственного музея-памятника «Исаакиевский собор» Николай Буров.

«Вообще-то я противник трибун: мне за мою жизнь хватило уже и бесконечных кафедр, и зрительных залов, но я сегодня хотел бы «проголосовать» за проект «Охта центра». Разумеется, это не политическое голосование, и мое мнение, возможно, впрямую не повлияет на жизнь города. Но я все-таки считаю нужным сказать несколько слов в защиту проекта, который столь ожесточенно обсуждается сейчас городской обществен­ностью. Пожалуй, на моей памяти не было столь яростного обсуждения – разве что проект телевизионной вышки на Петроградской стороне. Или, если вспомнить историю, – строительство Исаакиевского собора, директором которого я имею честь быть. А ведь каких только мнений ни высказывали современники о творении великого Монферрана: «Эта гнусная «чернильница» разрушит небесную линию Санкт-Петербурга»!.. Да, она «разрушила» эту линию, по мнению тогдашних скептиков. Но я хотел бы сегодня найти хоть одного горожанина, который продолжает относиться к Иса­акиевскому собору, как к «гнусной чернильнице»…

Про знаменитый Спас-на-Крови высотой 81 метр по звоннице тоже в свое время говорили, что «это гнусное явление, не свойственное Петербургу» и что со своей «московско-ярославской» стилистикой собор нарушил линию Екатерининского канала (ныне канала Грибоедова)… Мне трудно спорить с мнением академика Игоря Грабаря и других известных людей, которые некогда выступали за снос этого собора. Я могу просто высказать по этому поводу свое мнение петербуржца, который очень любит свой город. Я здесь родился, вырос и умру. И никогда не уеду отсюда ни в Москву, ни в Нью-Йорк. Это прекрасные города, но не мои. Петербург мне дорог тем, что здесь сложилось задолго до меня. При мне тут были выстроены громадные кварталы, которые не вызывают во мне восхищения, – например, Невский или Красногвардейский районы с их однообразной застройкой, которые решали утилитарные задачи обеспечения людей жильем. Но там нет тех художественных доминант, которыми славится историчес­кий центр Петербурга.

В этой связи хотел бы высказать свое мнение о проекте строительства «Охта центра» на правом берегу Невы. Я не специалист, не архитектор, просто петербуржец, не равнодушный к судьбе своего города. И мне кажется, что «Охта центр» – это проект по-хорошему прорывной, который должен стать своего рода мостиком в будущее. Эту архитектуру оценят люди, которые будут жить в следующем столетии. Петербург нуждается в новых символах, дерзких и даже вызывающих, которые отражали бы характер не только нынешнего, но и грядущего времени. Градостроительная мысль не может навеки застрять во временах Воронихина, Растрелли и Росси. Мы должны постоянно двигаться вперед, обозначая в новых мес­тах архитектурные доминанты ХХI века. А этому веку, на мой взгляд, свойственны здоровая агрессивность и наступательность, которые нашли художественное воплощение в проекте «Охта центра». Он должен быть возведен именно там, где ему назначено быть построенным. Доверимся профессионализму авторов проекта, которые руководствовались не случайным выбором, а точным расчетом.

Хочу обратиться к противникам «Охта центра»: коли вы выступаете против, так потрудитесь изучить проект детально, а не осуждайте огульно, только ради того, чтобы осудить. А пока альтернативные предложения оппонентов выглядят беспомощно и неубедительно, что свидетельствует о слабом знании предмета. Хочу также обратиться к тем, кто проект поддерживает: мы непременно выиграем и еще при жизни успеем увидеть отстроенный «Охта центр», этот наглядный символ ХХI века, символ нового Петербурга. Вспомним: Петра Первого современники проклинали за то, что он придумал шпиль, не свойственный православной архитектуре. Сегодня шпиль стал символом северной столицы, знаменующим ее стремление ввысь. Высотные доминанты нужны Петербургу, построенному на горизонтальной болотис­той равнине. Не только тонкие шпили XVIII века, но и мощные, устремленные в небо башни ХХI века. Я не говорю сейчас об экономических выгодах, которые сулит городу это строительство, они очевидны. Просто призываю вас подумать о своих детях и внуках, для которых современная архитектура «Охта центра» станет привычной и необходимой принадлежностью нового Петербурга».