• Общество 1 августа 2012

    Атеизм растёт на экономических успехах и политических провалах

«Еретический дух способствует процветанию», — с грустью сказал Филипп II, убедившись в окончательном поражении ортодоксально-католической Испании от динамичной протестантской Англии. Благочестие воинственного дворянства разбилось об экономическую мощь предприимчивых купцов и моряков. К тому же выводу склоняет исследование холдинга «Ромир» по индексам религиозности и атеизма в современном мире.

Ассоциация Gallup International/WIN провела опрос в рамках программы Global Barometer on Hope and Despair – «Глобальный барометр надежды и отчаяния». Надежда, как оказалось, преобладает среди бедных, где сильна вера. У богатых религия отступает перед экономическими стимулами.

59% жителей Земли считают себя религиозными людьми. Атеистов не так много – всего 13% (в абсолютных цифрах – около 900 млн). 23% характеризуют себя как «нерелигиозные» — в том смысле, что верят в высшие силы, но не относят себя к какой-либо конфессии и не соблюдают обрядов. Больше всего атеистов обнаружилось в Китае – 47% населения, что составляет около двух третей атеистов всего мира. Казалось бы, это противоречит выводу о соотношении религиозности и богатства. КНР небедное государство, но этого нельзя пока сказать о подданных правящей компартии.

Однако именно характер китайской власти объясняет противоречие. Признание в религиозных убеждениях может повлечь серьёзные проблемы для гражданина КНР. Хотя, в отличие от маоцзэдуновских времён, прямых запретов сейчас нет, государственная идеология атеистична. Поощрение предпринимательства не означает свободы совести.

Но на втором месте по степени атеизации идёт Япония – более 30%. Здесь не приходится говорить о государственном идеологическом давлении. В полной мере проявляется эффект бурного экономического роста и социальной динамики последнего полувека. Кроме того, синтоизм перестал быть признаком национальной идентификации. А традиционное переплетение синтоизма с буддизмом выливается в религиозную индифферентность.

Половозрастные стереотипы статистикой не подтверждаются. Религиозных молодых мужчин не меньше, чем верующих пожилых женщин. Подлинный водораздел проходит по иным критериям – образованию и благосостоянию. Из тех, кто не окончил даже школу, веруют две трети. Среди людей с высшим образованием религиозных тоже большинство, но не такое внушительное: 52%. Практические такое же соотношение религиозности между землян с низкими и высокими доходами. Всё как в XVI веке – хозяйственно процветают еретики.

Среди стран, где религия наиболее сильна – Афганистан, Пакистан, Камерун, Южный Судан. К иной экономической категории относятся в этой группе Малайзия, Польша, Колумбия, Молдавия, Македония, Грузия, Армения, а Индия и Бразилия вовсе входят в альтернативный G8 мировой клуб. Но все перечисленные страны всё же либо отстают, либо недавно начали преодолевать отставание. Польша, Бразилия и Колумбия – традиционные оплоты католицизма, это обусловлено исторической спецификой. Армения – древнейшая христианская страна мира, да ещё веками замкнутая в кольце враждебных иноверцев. Грузины – соседи армян, жившие в сходных исторических условиях. Среди индуистов вообще наибольший процент религиозных людей.

Теперь смотрим группу наиболее атеизированных (после Китая и Японии) стран. Это Нидерланды, Франция, Германия, Чехия, Австрия, Австралия. За ними следуют Канада, Испания, Швейцария, Швеция, Бельгия, Гонконг. Самую стойкую религиозность среди богатых и свободных демонстрируют итальянские католики. Ещё недавно рядом с ними стояли американцы США. Последние буквально опрокидывали концепцию, что вера сильна в бедности. Но теперь тенденция деконфессионализации стала проявляться и здесь. Насколько она долговременна, сказать трудно. Но снижение религиозности, параллельное усилению политкорректности, бросается в глаза. Как и всплески политического противостояния обеим тенденциям.

Атеистический напор во Франции, некогда «любимой дочери католической церкви», удивления не вызывает. Великая революция XVIII века сопровождалась дехристианизацией такой интенсивности, что тот короткий период сказывается по сей день. Республиканское мировоззрение французов предполагает яростный антиклерикализм. Но впечатляет рост атеизма и религиозной индифферентности в Испании. Тут сказывается отторжение клерикально-католических черт франкистской диктатуры и опять-таки мощный экономический рывок последних трёх десятилетий.

Неожиданный вывод исследования – христиане чаще акцентируют свою религиозность, нежели мусульмане. Крайности исламского фундаментализма не особенно распространены среди верующих в Аллаха. Равно как ортодоксия в Израиле, вызывающая всё большее отторжение. В христианской части мира православные религиознее католиков и протестантов. Но не в России (несмотря на преследование Pussy Riot). В этом отношении выделяются Грузия, Румыния, Молдавия, Македония и Сербия.

В целом религиозность мира однозначно снижается. За последние семь лет верующих и воцерковленных людей стало меньше на 9%. Кое-где этот спад принял почти обвальные, 20%-ные, масштабы – например, в той же Франции или Южной Африке (ЮАР, кстати, выбивается из тенденции – рост нищеты и нестабильности не побуждает поднимать глаза к небу). Проще сказать, где религия в последние годы укрепилась: в православных Македонии, Сербии, Румынии, Молдавии, в мусульманских Пакистане и Малайзии. Но именно в этих странах (социально-экономические показатели которых в основном низки; позитивная динамика временами отмечается в Малайзии) и прежде были религиозны до трёх четвертей населения.

В России показатель религиозности немногим ниже среднемирового — 55%. Видим ли мы это вокруг себя, не будем сейчас обсуждать. «Нерелигиозных верующих» — 26%. Атеистов совсем мало, всего 6%. Россия страна не самая бедная, но и не самая благополучная, соответственно, и религиозность населения примерно на среднем уровне. Хотя за годы кризиса количество верующих не возросло, а снизилось на 2%. Те же 2% прибавил российский атеизм. Тут, надо полагать, сработали не экономические, а социально-политические факторы. Усиленная административно-политическая клерикализация даёт обратный эффект.

У партнёров