Истинные финские парни устроили горячий рывок

Парламентские выборы в Финляндии дали вчера сенсационный результат. Дело не в поражении правящих либералов. И даже не в победе консерваторов, случившейся впервые в истории страны. Главной неожиданностью стал мощный рывок с выходом на почётное третье место партии «Истинные финны» (иногда название переводится как «Коренные финны»). Которая по ряду политических параметров относится к крайне правым.

Консервативная Национальная коалиция получила около 20 процентов голосов и 44 места в парламенте-Эдускунте. Социал-демократическая оппозиция отстала на один процент и два места. Либеральный Финляндский центр потерял почти 8 процентов и остаётся при 35 мандатах. «Истинные финны» получили 19 процентов вместо 4 и 39 депутатских мест вместо 6. Именно от правых радикалов зависит теперь новая правящая коалиция (прежняя основывалась на консервативно-либеральном альянсе коалиционеров и центристов),  он будут определять новый состав правительства.

Финляндия – небольшая страна, её население немногим превышает 5 млн, экономически активная часть не достигает и половины общей численности. В абсолютных цифрах сравнительно невысок и её ВВП, не принадлежащий к первым пятидесяти и заметно уступающий, скажем, египетскому. Природные ресурсы ограничены и в общем сводятся к лесу. При всём том Финляндия однозначно относится к группе высокоразвитых стран.

Её специализация – высокотехнологичные производства. Лидерство в лесопереработке. Первое место в мире по производству бумаги. Химия, электроника, пищепром. Автомобилестроение, изготовление двигателей и разных видов спецтехники. Ведущие позиции в телекоммуникациях и мобильных технологиях и сфере бизнес-обслуживания . Национальные экономические бренды – Nokia и Neste.

Другая сторона социально-экономического расклада – укоренённость социал-демократической модели. Высокие (по российским меркам – просто фантасмагорические) налоги, которые к тому же реально выплачиваются и реально взимаются (в отличие от российских низких, невыплачиваемых и невзимаемых). Неколебимые социальные гарантии. Утяжеляющийся груз социального гособеспечения, особенно в силу раннего выхода на пенсию и высокого удельного веса старших возрастов. Госдолг, превышающий 40% ВВП.

Традиционно грубоватые нравы недавно крестьянской страны парадоксально сочетаются с безукоризненной политкорректностью. Достаточно сказать, что на момент последних выборов два высших государственных поста занимали женщины – социал-демократка Тарья Халонен во главе государства и либералка Мари Кивиниеми во главе правительства. Среди министров «женская доля» превышала половину, среди депутатов Эдускунте была немногим ниже. Впрочем, общественная активность вообще характерна для финок. В гражданской войне 1918 года именно женщины проявляли особую ярость, причём с обеих сторон.

Эта война – важная часть национальной памяти. Как битва при Тампере, самая кровопролитная в истории Скандинавии. Более 50 тысяч убитых при тогдашнем примерно 3-миллионном населении – такой ценой избежала Финляндия коммунизма. В то же время надо сказать, что победа белых рассматривалась также как победа финской «деревенщины» над городской «красной гвардией», где рабочими командовали местные интеллигенты, журналисты и торговцы. Собственно, от белых деревенских добровольцев, от Охранного корпуса, от крестьянских антикоммунистических штурмовиков из Лапуаского движения, от харизматичного хуторянина Вихтори Косолы и неистовой проповедницы Хильи Рийпонен и происходят сегодняшние «Истинные финны». Консерваторы-коалиционеры восходят, утрированно говоря, к Маннергейму. А вот финские красные продолжения не получили. Компартия Финляндии в наше время почти незаметна, а социал-демократов никак не привяжешь к «суйнуловскому мяснику» комиссару Хюрскюмурто…

Глядя на современную мирную Финляндию, с трудом представишь картины 93-летней давности. Политические нравы, как ни банально это звучит, изменились до неузнаваемости. Самыми влиятельными политическими силами страны были до последнего времени СДПФ и Финляндский центр. Их политика в принципе мало различалась. Либералы не ставили под сомнение социал-демократические основы. Мировой кризис конца 2000-х, конечно, сильно ударил по Финляндии, но его тяготы оказались несравнимы с обвалом начала 1990-х, когда страна одномоментно утратила главного экономического партнёра, заказчика и импортёра в лице СССР. Лишь присоединение к Евросоюзу и вступление в еврозону сгладило последствия тогдашнего обвала. Но принесло иные проблемы, вызвавшие яростную реакцию «Истинных финнов».

Лидер финских крайне правых Тимо Соини акцентирует две проблемы: ограничение иммиграции и неучастие в финансовой глобализации. В обоих случаях позиция мотивируется защитой национального суверенитета и традиционных финских ценностей. В экономическом плане ценности и суверенитет отождествляются с государственным стимулированием рассредоточенных малых бизнесов, подобных хуторам времён Косолы, но на новой высокотехнологичной основе, наработанной в национальном хозяйстве. Плюс к тому – повышение пенсий при снижении налогов…

Характерно, что такой подход – по меркам Финляндии излишне радикальный и с оттенком идеалистического романтизма – на этих выборах встретил широкую поддержку. Кризис пробудил интерес к собственным навыкам преодоления бедствий. Новому главе правительства, которым, по всей видимости станет лидер Национальной коалиции и министр финансов прежнего кабинета Юрки Катайнен, придётся это учитывать. Впрочем, финские консерваторы в своих экономических воззрениях довольно-таки «истинны» — от партии Соини партию Катайнена отличает разве что неприятие популизма с митинговыми требованиями немедленного «благосостояния для всех».

Поделиться