Тайваньский нэп продолжает побеждать

Выборы не отметились никакими эксцессами. Лишь несколько избирателей порвали свои бюллетени, что карается штрафом от 5 до 50 тысяч тайваньских долларов (рублей примерно столько же). Дисциплинированные тайванцы обеспечили явку в 91%. В четыре часа дня закрылся последний избирательный участок, а к девяти вечера закончили считать голоса.

Избирком еще корпел над бюллетенями, но победа кандидата от Гоминьдана Ма Инцзю уже была очевидной. Когда огласили результат подсчета, Ма взошел на трибуну в избирательном штабе и выкрикнул: «Поздравляем всех! Мы победили!» Если бы выборы проходили в России, этот кандидат прошел бы уже в первом туре, поскольку набрал 51,6% голосов.

Основной конкурент гоминьдановского лидера миловидная Цай Инвэнь – председатель Демократической прогрессивной партии (ДПП) – признала свое поражение: «Мы принимаем решение тайваньского народа. Я хочу попросить прощения у всех, кто поддерживает нашу партию, за несоответствие вашим ожиданиям». После традиционных поздравлений, адресованных соперникам, невозмутимая Цай с конфуцианским прагматизмом подала в отставку, приняв на себя ответственность за поражение. Тем не менее «плохой председатель» Цай получила поддержку 45,6% проголосовавших.

Союзник Гоминьдана по т.н. Синей коалиции, председатель Первой народной партии Сун Чуюй с его 2,8%, похоже, руководствовался принципом «главное не победа, а участие». На это указывает и то, что Сун, в отличие от реально претендовавшей на президентства Цай, сохранил партийный пост. В принципе Сун Чуюю не на что было рассчитывать после произнесенных им в Пекине слов «независимость Тайваня – это тупик». Столь ревностная борьба за скорейшее объединение двух Китаев тайваньцами не поддерживается. Большинство из них разделяют позицию Гоминьдана, которая формально не изменилась со времен генералиссимуса Чан Кайши, основавшего на острове Свободный Китай: на материке временно восторжествовал коммунистический мятеж, но он будет преодолен и Китай воссоединится. Зеркальное, кстати, отражение официальных установок КПК.

В отличие от позиций Первой народной (или Партии сближения с народом, как предпочитает переводить название Циньминьдан официальный Пекин), у Гоминьдана разногласий с КНР больше. Предлагаемому материковыми коммунистами принципу «одно государство – две системы» Гоминьдан противопоставляет слоган «одна страна – два правительства». Нельзя не признать, что в за последние четверть века позиции некогда непримиримых врагов – Гоминьдана и КПК – заметно сблизились, и этот процесс продолжается. Несмотря на то, что в Пекине правит крупнейшая в мире коммунистическая партия, а в Тайбэе базируется Всемирная антикоммунистическая лига.

Грандиозные реформы Дэн Сяопина, неузнаваемо преобразившие КНР за минувшие 33 года, во многом повторили экономическую политику Гоминьдана на Тайване. Кстати, связанную с именем генерала Чэнь Чэна, руководившего чанкайшистским оперативным штабом в гражданской войне с коммунистами. Тут и там формировался рынок, поднимавшийся из села и с городского базара под партийно-политическим контролем. Тут и там постепенно складывались самостоятельные хозяйствующие субъекты (на Тайване большую роль в этом сыграли теневые сообщества «триадного» типа, действовавшие в тесном контакте с гоминьдановскими парторганизациями).

Обе партии по нэповскому принципу держали командные высоты. Но по-разному и для разного. В Китайской Республике рыночная экономика мелких хозяев и крупных корпораций была целью сама по себе. В КНР – методом поддержания политической диктатуры компартии. Однако, несмотря на это, сближение систем очевидно и большую часть пути навстречу Гоминьдану по факту прошла КПК. А не наоборот.

Сейчас около 30% экспорта Тайваня поглощает КНР, и эта доля со временем только возрастает. Дешевизна рабочей силы, муштруемой коммунистами, побуждает тайваньских бизнесменов выводить часть своих производств на материк. В острой конкуренции КНР отвоевывает тайваньские позиции на китаеязычном рынке программного обеспечения. Ради экономического процветания острова «синие» считают допустимым заигрывание с Пекином. Однако в свой прошлый президентский срок Ма Инцзю ни на йоту не урезал расходы на оборону острова. Они составляют 16% ВВП. Впрочем, это не мешает тайваньской экономике состоять в первой мировой двадцатке, а 509-метровому небоскребу «Тайбэй 101» быть второй высоткой мира.

«Синим» противостоит «Зеленая коалиция». Ее крупнейшие участники – ДПП и Тайваньский союз солидарности. Обе партии либеральны по духу и выступают за полную независимость Тайваня. В 2000–2008 годах ДПП находилась у власти, прервав полувековое правление Гоминьдана, большая часть которого пришлась на Чан Кайши и его сына-преемника Цзян Цзинго. Именно тогда Свободный Китай окончательно подтвердил свой статус демократического государства – власть продемонстрировала сменяемость. ДПП закрепляла гражданско-политические свободы (весьма условные при династии Чана-Цзяна), продолжала либерализацию экономики (гоминьдановский период по большей части характеризовался государственно-корпоративно-партийным регулированием) и продвигала идею провозглашения независимости Тайваня (что прежде считалось уголовным преступлением, приравненным к коммунистической пропаганде). Вместе со своими партнерами и Союза солидарности демопрогрессисты даже пытались официально присвоить государству наименование Тайваньской республики. Однако яростные возражения гоминьдановцев заставили отказаться от этого.

Президент от ДПП Чэнь Шуйбянь, поначалу весьма популярный, постепенно утратил репутацию. Убежденные сторонники были недовольны его вынужденной умеренностью во главе государства. Для верных чанкайшистов он оставался изменником делу воссоединения на принципах Сунь Ятсена. Это не говоря о том, что через полгода после ухода с поста Чэнь был арестован и осужден за коррупцию на пожизненное заключение, впоследствии сокращенное до 20-летнего срока. В результате в «зеленой» повысилось влияние Союза солидарности. Это отразилось на результатах нынешних выборов в Законодательный юань: Гоминьдан получил 47,6% голосов, ДПП – 36,9%, Союз солидарности – 9,5%. Циньминьдан также преодолел 5-процентный барьер, получив 5,8%.

Главный же итог голосования в том, что оно вновь подтвердило возросший уровень национального самосознания тайваньцев. Которые образовали единый сплав из коренных островитян и тех, кто в 1949–1950-м отступил с материка вместе с Чан Кайши под напором маоцзэдуновской армии. Как бы ни распорядилась история по вопросу «сколько в мире Китаев?», сегодня второй Китай состоялся.

Поделиться