Венесуэла между католиком-социалистом и социальным католиком

Предвыборные страсти захватывают не только Россию. В далекой, но чем-то близкой и вызывающей у многих интерес и симпатию Венесуэле прошли предварительные выборы. Оппозиционный Блок демократического единства определил кандидата в президенты. 7 октября Уго Чавесу будет противостоять достаточно сильный и достойный соперник.

В голосовании приняли участие около 3 миллионов граждан из 18 миллионов имеющих право голоса. Неплохо для оппозиционной акции. 60% проголосовавших высказались за Энрике Каприлеса Радонски, 39-летнего губернатора прибрежного штата Миранда. Кстати, нашего соотечественника по предкам с материнской стороны.

Политическая жизнь Венесуэлы довольно своеобразна и подтверждает, что нефть как основа экономики не обязательно обрекает на диктатуру. Хотя и демократией в полной мере венесуэльскую систему назвать трудно. В федеративном государстве (23 штата, федеральный округ Каракас и федеральные владения – острова в Карибском море) уже четырнадцатый год пост президента занимает Уго Чавес. В Народной ассамблее 98 мест из 165 принадлежит Единой социалистической партии – «партии венесуэльского народа, революции и командующего Уго Чавеса» – с ее союзниками. Объединенная оппозиция имеет 65 депутатов, хотя получила на последних выборах 52% голосов.

И все же сам факт существования реальной и сильной оппозиции, как и проигрыш Чавеса на референдуме 2007 года, подтверждают, что диктатурой режим экстравагантного лидера не назовешь. Коммунистом Чавес не является. Его идеология скорее восходит к левокатолической «теологии освобождения», наследию Симона Боливара и леворадикальным социалистическим концепциям, распространенным в Западной Европе 1930-х и Латинской Америке 1970-х. Да и голоса в Венесуэле считают честно.

В соответствии с официальной концепцией в стране с 2009 года проходит третий этап «боливарианской революции». Направленной на создание «боливарианского социализма». Задуманного как прообраз будущего строя для всей Латинской Америки. Это для начала. Как у Михаила Сергеевича 25 лет назад: «Перестройка и новое мышление для нашей страны и для всего мира». Аналогия вовсе не абсурдная – Горбачев ведь тоже занимался в те времена обновлением социализма.

«Боливарианский социализм» сочетает традиционный латиноамериканский военный каудильизм с не менее традиционным социальным патернализмом. Такое возможно не только в левом варианте, как у Чавеса или президента Перу 1970-х Веласко Альварадо, но и в правом. Хуан Доминого Перон в Аргентине, Жетулиу Варгас в Бразилии проводили во многом сходную политику под лозунгами корпоративизма и неофашистского популизма. Нефтяная рента (около 30% венесуэльского ВВП, 50% бюджетных поступлений, 80% экспортных доходов) дает средства для сильной социальной политики. Государственные программы медицинского обеспечения, образования, жилищного строительства, субсидирование малоимущих слоев создают массовую поддержку харизматичного лидера.

Оборотная сторона – разрастание административного аппарата с авторитарными замашками, государственные перекосы, ведущие в экономический тупик, непреодолимая коррупция. Эти тенденции вызывают мощные протесты. Общество раскалывается практически надвое. В 2002 году уличные демонстрации против Чавеса переросли в военный переворот, на несколько часов президент был свергнут. Характерно, что главой государства был провозглашен руководитель предпринимательской ассоциации Педро Кармона, а ударную силу античавесовского движения составили профсоюзные активисты-нефтяники Карлоса Ортеги. Однако немедленно возникла обратная волна: за своего президента вышли на улицы Каракаса многочисленные получатели социальных пособий. Их оказалось больше, чем протестующих. Генералы сухопутных войск, руководившие переворотом, растерялись. Верные Чавесу десантники триумфально возвратили своего команданте во дворец Мирафлорес. Надо отметить, мстить Чавес не стал, особенных репрессий не последовало.

Коррупция подрывала и дочавесовское государство. В 1958–1998 годах у власти чередовались социал-демократическая партия Демократическое действие и социал-христианская КОПЕИ. Социал-демократический президент Карлос Андрес Перес в 1992 году едва не был свергнут молодым десантником Чавесом. А год спустя вынужден был бежать из страны, спасаясь от уголовного преследования за коррупцию. Сторонники Чавеса не забывают об этом напоминать.

Своеобразна внешняя политика лидера боливарианской Венесуэлы. Агрессивная антиамериканская риторика – при строгом выполнении экономических обязательств перед США. Дружба с Кубой братьев Кастро, Белоруссией Александра Лукашенко, Сирией Башара Асада, Ираном Махмуда Ахмадинежада, Россией Владимира Путина… Антиамериканизм и прагматические соображения (скажем, возможность получать российское оружие) превозмогают идеологические различия. К тому же официальный Каракас разворачивает активную внешнюю экспансию, благо нефтяные доходы оставляют и такие возможности. Венесуэльское проникновение заметно не только в Латинской Америке, но и в Африке, где Чавес теперь, вероятно, планирует заменить покойного Каддафи. Китайская нефтяная госкомпания CNPC кое-где уже сталкивается с конкуренцией венесуэльской PDVSA.

Оппозиция обещает отказ от «вульгарного антиамериканизма» и слишком тесной дружбы с компрометирующими партнерами. Во внутренней же политике от Энрике Каприлеса можно ожидать умеренно левого курса. По его собственным словам, он ориентируется на бразильскую экономическую модель. В Бразилии же у власти стоит левоцентристская социал-демократия, сочетающая социальные программы, поощрение трудовой кооперации и стимулирование национального производительного бизнеса. При этом делающая ставку на технологическое развитие и диверсификацию экономики.

Вообще политическая борьба в Венесуэле напоминает итальянское противостояние правого «Народа свободы» и левой Демократической партии. Но если в Италии ось сдвинута вправо, в Венесуэле можно говорить о преобладании левых. Блок демократического единства, выдвинувший Каприлеса, идеологически не так уж далек от Единой социалистической партии. В него вошли не только Демократическое действие и КОПЕИ (бывшие вечные соперники), но и левое «Движение за социализм» – MAS. Кто-нибудь помнит фильм Витаутаса Жалакявичюса «Это сладкое слово свобода»? Так вот, прообразами главных героев, которых освобождают из тюрьмы, явились венесуэльские коммунисты Помпейо Маркес, Теодоро Петков и Гильермо Гарсия Понсе. После освобождения они вышли из компартии и создали MAS на позициях, близких к «еврокоммунизму». Поддерживают Каприлеса даже местные маоисты. Сам он начинал в социал-христианской КОПЕИ, но сейчас принадлежит к левокатолической партии «Прежде всего – справедливость». Под таким названием сам Уго Чавес не глядя подпишется.

Поделиться