Гвардия кризиса

Экономические новости в современной России почему-то поступают в связке с силовыми. Не успеет президентский советник Сергей Глазьев сказать, что финансовая политика ведёт страну к катастрофе, а Кремль от него отмежеваться, как выясняется: в РФ создаётся Федеральная служба войск Национальной гвардии. Это – часть «новой реальности», в которую попала Россия в результате блестящих успехов её властей и взлётов путинскго рейтинга. Подан откровенный сигнал перехода к диктаторским методам правления.

Гвардия кризисаНациональная гвардия формируется в рамках более общей реформы силового блока. Вчера Владимир Путин объявил, что Федеральная миграционная служба (ФМС) и Федеральная служба по контролю за оборотом наркотиков (ФСКН) переходят в структуру МВД. В самом МВД производятся новые подвижки. На базе Внутренних войск (около 170 тысяч человек) создаётся Нацгвардия. Помимо ВВ, гвардейскими станут подразделения СОБРа (5 тысяч) и, конечно, ОМОНа (40 тысяч), Центр специального назначения сил оперативного реагирования и авиации (порядка 2 тысяч), вневедомственная охрана (200 тыс. чел.), подразделения МВД, контролирующие соблюдение законодательства в сфере оборота оружия и в сфере частной охранной деятельности, а также ФГУП «Охрана» (90 тысяч). Общая численность – более полумиллиона нацгвардейцев.

Это примерно половина от остающихся после частичного увольнения работников МВД всех сортов и окладов. Пёстрое разнообразие видов и подвидов полицейских сил, которые объединяет под одной «шапкой» Национальная гвардия, создаст немало организационно-квалификационных затруднений. В самом деле, как можно приравнивать, к примеру, обычного бойца ВВ к спецназовцу отряда «Рысь»? По логике вещей Национальная гвардия не может быть чем-то однородным и неизбежно разделится на элитные и рядовые части. Неизбежна и штабная неразбериха. Объединяются слишком много организаций, каждая – со своими управленческими схемами и кадрами. Что-то в духе идей Линь Бяо времён китайской Культурной революции, когда всех пытались заставить заниматься всем и вся.

Финансовая сторона вопроса запутана даже посильнее, чем организационная. Замечание Дмитрия Пескова о том, что штатная численность не будет увеличена, вроде бы вносит успокоительный для казначейства тон. Но одновременно вспоминается, как МВД на одних компенсациях по сокращению состава потеряло 41 млрд рублей. Общий дефицит полицейского бюджета – 120 млрд.

Теперь – по сути. В чём, собственно, цель? Тут полезно вспомнить некоторые агитпроповские штампы позапрошлого года. Украинскую Национальную гвардию называли «киселёв-ТВ» называло «карателями хунты». Как шутили персонажи покойного Аркадия Арканова: «Товарищ Фрейд сработал». Сетевые острословы уже сочиняют названия будущих батальонов: пока что придумали «Язов» (дублёр «Азова) и «Гайдар» (аналог «Айдара»). Но есть большая разница – украинские нацгвардейцы участвовали в реальной гражданской войне, не ими на Донбассе развязанной. А для чего ставят под ружьё российских? И с чего вдруг такая срочность?

Первое объяснение: Национальная гвардия будет подчинена напрямую президенту. Второе: командовать новой структурой будет Виктор Золотов – самый доверенный из президентских силовиков. Этого достаточно, чтобы многое понять.

Гвардия кризисаСлухи о грядущем резком возвышении Золотова ходили уже три месяца. Предполагалось, что после конфликта с ФСБ, который привёл его к «почётной ссылке» в штаб командования Внутренними войсками, наступило временное затишье и неустойчивое равновесие. ФСО утратила былое влияние, а единственным «ретивым» подразделением МВД остался Центр «Э», отвечающий за подавление оппозиции.

Теперь ситуация кардинально меняется. И вовремя – кое для кого.

Первый зампред Центробанка РФ Ксения Юдаева нарушила негласный запрет на употребление термина «кризис». Конечно, она демонстрирует прямо-таки хрущёвский оптимизм: «Нашу ситуацию лучше всего описывает термин «новая реальность», то есть это не временные трудности, а новые координаты, в которых нашей экономике предстоит развиваться. И в этой новой реальности есть разные новые возможности». То же можно сказать гораздо короче: «Чем хуже, тем лучше!». И вспомнить бессмертные слова другой центробанковской дамы, датированные январём 2014-го: «Мне очень жалко людей, которые покупают доллар за 35 рублей».

Цифры на табло обменника – и есть подлинный толчок к переструктурированию силовой системы. Похоже, власти не обманываются заоблачными рейтингами президента. Зато с тревогой приглядываются к магии цифр, на которую обращали внимание некоторые – исключительные для совей фракции – депутаты Госдумы от КПРФ: «Мы вступаем в 2014 год. До Семнадцатого осталось недолго!» А ведь сказано это было ещё по победы украинского Майдана. И уж тем более до начала «дальнобойных» протестов в России.

Сани готовят летом. Как брежневский министр внутренних дел Щёлоков, в 1976-м запрашивавший разрешение на использование спецсредств вне мест заключения. Как видим, он проницал на полтора десятилетия вперёд. Хотя ему самому дожить до того не пришлось. У нынешних наследников политбюро есть все шансы всё увидеть своими глазами. Недаром ещё не созданной Нацгвардии уже дают санкцию стрелять на поражение.

Эксперты теряются в догадках. Прокремлёвские что-то лепечут про укрепление государственности, противостояния кулисам и закулисам и т.д. и т.п. Публика эти мантры пропускает как шум. Какой смысл их слушать, если Песков прямо сказал: Нацгвардия, скорее всего, будет участвовать в пресечении несанкционированных массовых акций. Мощных выступлений ещё нет, а власти уже обкладываются мешками с песком. Не рассчитывая при этом на старый добрый ОМОН. Что ж, им виднее.

Последнее, что хотелось бы заметить. По Сети ходит августовская фотография 1991 года. Борис Николаевич Ельцин открывает с танка новую историческую эпоху России. Поодаль на возвышении – Виктор Васильевич Золотов. И комментарии в духе: «С СССР вопрос был решён. Теперь – РФ?»

 Николай Кольский, «В кризис.ру»

Поделиться