• Власть 7 февраля 2012

    Кризис ведет к власти тех, кто привел к кризису

Вчера президент Траян Бэсеску провел консультации с лидерами парламентских партий. Премьер Бок сообщил об отставке за несколько часов до их начала. Это было непременным предварительным условием оппозиционного Социал-либерального альянса. «Я не намерен цепляться за власть», – сказал Бок. Он призвал парламент не тянуть с утверждением нового правительства – управленческого вакуума коллапсирующая экономика не выдержит точно.

Временно исполнять обязанности главы правительства Бэсеску поручил министру юстиции Кэтэлину Предоиу. Выбор представлялся не случайным: в свое время Предоиу входил в руководство одной из партий оппозиционного альянса и теоретически мог выглядеть взаимоприемлемым посредником. Кроме того, занимаясь в правительстве дипломатией и юстицией, он не имел отношения к выработке экономической политики и потому не вызывал особой идиосинкразии у протестующих масс. Однако уже через несколько часов было озвучено другое имя. Бэсеску выдвинул в премьер-министры кандидатуру Михая-Рэзвана Унгуряну, шефа внешней разведслужбы SIE.

Ведомство Унгуряну не является тайной полицией (эту функцию выполняет другая спецслужба – SRI). Однако президентское решение воспринято как ставка на силовое противостояние. В знак протеста оппозиция начала парламентский бойкот. «Бэсеску бросил вызов румынам, – заявил один из ее лидеров Крин Антонеску. – Он дал понять, что в стране все решает он, его окружение, секретные службы». Требование отставки Траяна Бэсеску еще громче зазвучало и в парламенте, и на улицах Бухареста. Собственно, после ухода Эмиля Бока он закономерно превратился в главную мишень.

Румынская оппозиция выглядит довольно-таки абсурдными союзом посткоммунистических «социал-демократов» (ведущая сила альянса), национал-либералов (партия, в свое время разгромленная предшественниками этих «социал-демократов») и правых консерваторов. Впрочем, не нам в России удивляться таким конфигурациям. Коалиция раздирается противоречиями, но сейчас спаяна перспективой прихода к власти. На этом фоне наблюдается раскол правящего блока. Председатель сената Василе Блага выступил за «технократический кабинет», тем самым дистанцировавшись от Бока и Бэсеску, своих соратников по Демократической либеральной партии (формально президент сейчас в ней не состоит, но до избрания был лидером либерал-демократов). Наиболее верной опорой Бэсеску остается пока Демократический союз венгров Румынии. Партия этнического меньшинства поддерживает либералов, поскольку их ослабление усиливает великорумынский шовинизм.

Природа румынского кризиса вполне тривиальна. Дотационный госсектор и разросшийся госаппарат переэксплуатировали бюджет. Настолько, что даже нефтяные доходы не спасают положение. При этом в середине 2000-х государство навесило на себя амбициозные социальные обязательства. Эти счета предъявляются к оплате именно теперь, на фоне всеевропейского кризиса, притом что Румыния относится к наиболее бедным странам ЕС. Либеральные власти максимально оттягивали реформирование структуры собственности, бюджетно-финансовой системы и социальной сферы. Но в момент, когда преобразования стали неминуемы, их приходится проводить уже без подстраховки, которая была возможна три-четыре года назад. Теперь требуется финансовая подушка от МВФ на обычных жестких условиях. Налоговые ставки увеличены в разы, зарплаты предстоит урезать на четверть, социальные расходы подлежат радикальному сокращению. Итог – яростные манифестации, столкновения горожан с жандармами, политический обвал.

Что парадоксально, в выигрыше оказываются именно те социально-политические группы, которые более всего ответственны за отчаянное положение. Две недели назад Эмиль Бок отстранил от должности министра иностранных дел Теодора Баконски. Министр поплатился за то, что назвал демонстрантов «бездельниками и силами прошлого» – правительство еще пыталось заискивать перед улицей, извиняясь за подобные высказывания. Но главное обвинение, которое Баконски бросил бунтующей толпе, буквально боялись цитировать. «Капралы войск Илиеску» – так назвал отставленный министр уличных активистов. Это имя в румынских верхах стараются не произносить лишний раз. Не поминать к ночи.

Через месяц Ион Илиеску отметит 82-летие. В молодости учился в СССР на инженера-энергетика. Руководил румынским комсомолом. Поднялся до секретаря ЦК РКП. В середине 1980-х Николае Чаушеску остановил его карьеру – диктатор быстро просекал в приближенных опасные для себя амбиции. Илиеску был выведен из политики и задвинут на мелкую провинциальную должность. «Говорила я тебе: расстрелять его надо было!» – кричала Чаушеску жена незадолго до собственного расстрела вместе с мужем. Расстрела, санкционированного Ионом Илиеску 25 декабря 1989 года.

На волне румынской антикоммунистической революции Илиеску вознесся в президенты. Этот пост он занимал дважды, в общей сложности десять лет. Из коммунистов переписался в социал-демократы, фактически руководит соответствующей партией, заседает в сенате. Официально сейчас пребывает в оппозиции. Но по факту остается одним из самых могущественных румынских политиков.

Секрет этого могущества – разветвленные связи в административном аппарате, менеджменте госсектора и некоторых общественных структурах типа шахтерской верхушки, с которой Илиеску по-мафиозному решал вопросы, будучи президентом. В годы своего правления он перестроил под себя властную структуру, унаследованную от Чаушеску. Именно отсюда произрастают нынешние экономические проблемы Румынии – гипертрофированная централизация, доминирующая госсобственность, завышенные бюджетные расходы. Либеральные правительства не сумели ни сломать эту конструкцию, ни трансформировать, ни использовать в своих целях. Она по-прежнему ждет возвращения Илиеску. А люди, возмущенные планами социально-экономической шокотерапии, неосознанно прокладывают дорогу к власти тем, чья власть обостряет и утяжеляет кризис.

Власть

У партнёров