Оптимизация расходов, широкой волной катящаяся по РФ, накрыла, наконец, Федеральную службу исполнения наказаний. По словам главного российского уполномоченного по правам человека Эллы Памфиловой, количество закрывающихся колоний вскоре достигнет сотни. В этой ситуации правозащитницу более всего беспокоит судьба уволенных по сокращению надзирателей. Но, вероятно, волнуется она напрасно.

amnistiya1«В настоящее время в связи с оптимизацией бюджетного финансирования в отечественной уголовно-исполнительной системе министерства юстиции по согласованию с ФСИН принято решение о ликвидации тридцати четырёх и реорганизации или консервации ещё нескольких десятков исправительных колоний. В общей сложности, я так понимаю, около ста», — сказала Памфилова на совещании российских уполномоченных. И добавила, что это её, конечно, радует, но куда более заботит вопрос о том, что станет с работниками закрываемых пенитенциарных учреждений. В связи с этим «на ближайшей встрече с директором ФСИН Геннадием Корниенко Памфилова этот вопрос обсудит».

Более того, в неустанной заботе о соблюдении прав человека, в том числе, и на свободный труд, правозащитники уже разработали под её руководством целый комплекс мер по трудоустройству надзирателей и охранников. Закрывающиеся колонии должны быть перепрофилированы в так называемые реабилитационные центры для бывших зеков. Реабилитировать которых будут бывшие вертухаи. Проще говоря, вместо того, чтобы реально отпустить полностью отсидевшего свой срок человека на свободу с чистой совестью, его отправят на неопределённое время «реабилитироваться» под присмотром тех же самых тюремщиков.

Согласно данным, в РФ действуют 729 колоний, 219 СИЗО, 108 помещений, которые работают в режиме СИЗО, восемь тюрем и 39 колоний для несовершеннолетних. Их обслуживают 225 276  сотрудников уголовно-исполнительной системы. По амнистии в честь 70-летия победы в Великой отечественной войне, по словам замдиректора Федеральной службы исполнения наказаний Валерий Максименко, в течение полугода с момента объявления «планируется освободить до шестидесяти тысяч человек, находящихся в местах лишения свободы». Пока из застенков вышло около четырёх тысяч счастливцев. Остальных, возможно, сразу же начнут «реабилитировать».

Во ФСИНе должны аплодировать…

amnistiya2Впрочем, Памфилова не преминула напомнить и о правах заключённых. Вернее, об их грядущем полном бесправии. Она критически оценила новый законопроект, позволяющий неоптимизированным надсмотрщикам практически бесконтрольно применять силу по отношению к неамнистированным поднадзорным. Об этом она и сообщила своим коллегам-правозащитникам. И даже написала спикеру Госдумы Нарышкину письмо. В нём она просит разрешить ей выступить перед депутатами и «обосновать категорическую неприемлемость целого ряда норм, которые могут привести к серьёзному произволу».

Это же вопрос взволновал президентский совет по развитию гражданского общества и правам человека. Глава СПЧ Михаил Федотов «обосновывать неприемлемость» не стал, а попросту попросил Госдуму отложить рассмотрение законопроекта. Видимо, в надежде, что в связи с шумихой из-за переноса выборов и подсчёта величины «золотого парашюта» про остальное забудут.

Судьба заключённых, однако, волнует не только правозащитников. Сами депутаты проявляют о них не меньшую заботу. И не только о них, а как истинные народные избранники, о судьбе государства, которому служат. Депутат Госдумы Александр Хинштейн предложил куда более радикальное решение сразу двух радикальных проблем — локальной (заключённых) и глобальной (экономики). Он разработал поправки в уголовно-исполнительный кодекс, согласно которым зеки должны работать на благо РФ. На всех предприятиях, где требуется дешёвая рабочая сила — на строительстве крымского моста, на Восточном космодроме. Возможно, вскоре и в Арктике, на освоении нефтяного шельфа. Короче, что мелочиться? Вся страна может стать большим и свободным ГУЛАГом. Воодушевлённые духоскрепными лозунгами зеки и «реабилитируемые» дружно возьмутся за кирки и лопаты. И закипит работа. Или что-то другое. Например, возмущённый разум?

Ульяна Коваленко, специально для «В кризис.ру»

Власть

У партнёров