1 марта 1881 года Софья Перовская назначила студенту Петербургского университета Аркадию Тыркову свидание в четвертом часу, то есть почти сейчас же после взрыва на Екатерининском канале. Они должны были встретиться в маленькой кофейной на Владимирском проспекте, известной впоследствии под названием «Капернаум». Она вошла в заднюю комнату своими неслышными шагами. Села за столик. И спокойно сказала: «Кажется, удачно: если не убит, то тяжело ранен».

Герберт Уэллс в русской деревне – это не фантастика

Эта встреча в петербургском кафе сразу после убийства Александра II для меня почти семейная история. Потому что народоволец Аркадий Тырков был помещиком в деревне, где жила моя бабушка. К тому времени он уже отошел от политики, поселился в своем новгородском имении и занялся хозяйством. А бабушка девчонкой нянчила господских детей.

Однажды в гости к Тырковым приехал всемирно известный писатель-фантаст Герберт Уэллс. Он дружил с младшей сестрой Аркадия Тыркова Ариадной. Сохранилась фотография, на обратной стороне которой бабушкиной рукой написано: «Аркадий Владимирович и Ариадна Владимировна Тырковы с Гербертом Уэллсом. Деревня Вергежа, январь 1914 г.». Крайний слева Тырков сидит на облучке, Тыркова стоит в центре, Уэллс сидит в санях.

Знаменитый англичанин давно интересовался Россией и хотел увидеть жизнь русской деревни. Он беседовал с крестьянами и очень приглянулся им своим веселым нравом. «Я провел два дня в промежутке между моими посещениями Петербурга и Москвы в старинном русском деревенском доме, отстоящем верстах в 12-ти от станции Волхов и лежащем на берегу этой реки. С вокзала и на вокзал везли меня в санях…» – вспоминал он позднее. В сумерках сани, в которых он ехал по замерзшему Волхову, ухнули в полынью, но все обошлось.

В Вергеже было 35 крестьянских дворов, имелись кирпичный завод, молочная ферма, часовня, школа. На высоком берегу Волхова в окружении старого парка, разбитого пленными французами, стоял красивый двухэтажный барский дом с колоннами. Между прочим, один из его бывших обитателей – Александр Тырков по прозвищу Тырковиус –учился в лицее вместе с Пушкиным.

Аркадий Владимирович был внучатым племянником Тыркова-лицеиста. А поместье в Новгородской губернии было даровано его предкам за участие в походах Скопина-Шуйского. И вот так случилось, что потомок людей, которые в конечном итоге привели на трон Романовых, участвовал в убийстве Александра II.

Соня потеряла голову

Аркадий Тырков не был посвящен в тайну покушения на царя. Он всего лишь всю зиму наблюдал за выездами Александра II. Народовольцы создали такой наблюдательный отряд, чтобы определить, в какое время и по каким улицам Александр обычно совершает поездки по городу. И определили.

После убийства императора Софья Перовская часто виделась с Тырковым, открывая ему фантастические планы спасения из тюрьмы Андрея Желябова. Надеялась организовать нападение и освободить возлюбленного. Тогда говорили: «Соня потеряла голову».

Казни Аркадий Тырков избежал. Его бы тоже, конечно, повесили, но во время ареста он тяжело заболел и был помещен в лечебницу для душевнобольных. Через два года после его выздоровления затевать новую казнь не стали и без шума отправили чудом уцелевшего народовольца в двадцатилетнюю ссылку.

Там, в Минусинске, он стал легендой. В гостях у него не раз бывал ссыльный Ленин. А когда в те края приехала Крупская, она тоже посетила его, чтобы передать привет от своей гимназической подруги – младшей сестры Тыркова Ариадны.

Муж Крупской невзлюбил подругу жены

Дом журналистки и писательницы Ариадны Тырковой в Петербурге стал популярным столичным салоном, где часто бывали, например, Ахматова и Блок. Но главной ее страстью была политика. Ариадна Владимировна стала одной из первых русских феминисток. Однажды Василий Розанов, на застав ее дома, выразился так: «Ну вот, опять отправилась баб на дыбы поднимать!»

С мужем, успешным и состоятельным инженером-кораблестроителем, она развелась. Осталась одна с двумя детьми и начала зарабатывать литературным трудом.

Ее арестовали за перевоз нелегальщины, отпустили на поруки, и она бежала за границу. В Женеве навестила свою гимназическую подругу Надежду Крупскую. А вот с Наденькиным мужем Тыркова не поладила – разошлись во взглядах.

– Вот погодите, таких, как вы, мы будем на фонарях вешать, – пошутил муж Крупской.

– Нет, я вам в руки не дамся, – засмеялась Ариадна Владимировна.

– Это мы посмотрим.

В Россию Тыркова вернулась после Манифеста 1905 года с новым мужем – известным английским журналистом Гарольдом Вильямсом.

Она становится главным редактором газеты «Русская молва», где литературным отделом заведовал Блок. Но что самое интересное – вступает в партию кадетов, становится членом ЦК и в 1917 году избирается от этой партии в Петроградскую городскую думу.

«Это была необыкновенно красивая женщина с огненными глазами и горячей речью», – писал о ней художник Мстислав Добужинский.

После большевистского переворота она еще успела организовать переправу офицеров на Дон к Деникину и Корнилову, а когда они проиграли, навсегда покинула Россию. Жила в Англии, во Франции, в Америке, публиковалась в престижных западных изданиях, написала книгу «Жизнь Пушкина». А с мужем своей гимназической подруги, большим шутником, так, к счастью, больше и не встретилась. Зато с ним встретился Герберт Уэллс.

Народовольца спас народ

В конце сентября 1920 года английский фантаст посетил кремлевского мечтателя в его кремлевском кабинете.

– Как вы представляете себе будущую Россию? Какое государство вы стремитесь построить? – спрашивал фантаст.

– Почему в Англии не начинается социальная революция? Почему вы не уничтожаете капитализм и не создаете коммунистическое государство? – отвечал мечтатель.

– Что вам дала социальная революция? Успешна ли она? – не сдавался фантаст.

– Чтобы она стала успешной, в нее должен включиться западный мир, – размечтался мечтатель.

Так и поговорили.

Надо было бы Уэллсу прямо из Кремля отправиться в деревню Вергежу, где он гостил в 1914 году и где нищенствовал его давний знакомый Аркадий Тырков, еще совсем недавно зажиточный помещик. Ленин, правда, распорядился снабдить героя-народовольца двумя десятинами земли из бывшего его поместья и двумя коровами для семьи, но не все заветы Ленина, как потом выяснилось, выполнялись. Имение реквизировали, а самого Тыркова чуть было не арестовали – нашли в доме оружие и фамильную утварь, завели дело о сокрытии от советской власти ценностей.

Его спасли крестьяне – написали куда надо письменное ходатайство, и Тыркова отпустили. Он даже на месяц пережил Ленина. Крестьяне его уважали за доброту и справедливость. Но особенно любила своего барина моя бабушка, часто вспоминала и даже назвала его именем единственного сына.  Так что, можно сказать, отчество у меня народовольческое.

Светлана Яковлева, специально для «В кризис.ру»

У партнёров