regnum_picture_1456905886598421_normalЖуткий случай с отрезанной головой маленькой девочки в руках няни потряс всю Россию. Или не всю? Больше других ужаснулись те, кто мог себе позволить нанимать домашнюю прислугу. Немногочисленный слой почти уничтоженного среднего класса. И тем показательнее этот дикий случай, чем глубже условные «хомячки» зарываются в песок, стремясь не замечать веяний времени. Кризис находит их и там. И бьёт наотмашь.

«Московский комсомолец» рассказывает о «подобном происшествии», датируемом 2002 годом. Забывая уточнить, что речь тогда шла о криминальном происшествии. Ну что ж, для подогрева настроений толпы и такой вариант вполне сгодится. Основной жупел определён: не нанимайте кого ни попадя в няни своему ребёнку.

Уроженка Узбекистана, многодетная мать, 38-летняя Гюльчехра Бобокулова отрезала голову своей 4-летней любимице Насте, девочке-инвалиду, с которой нянчилась без малого три года. Для чёрного дела обзавелась заранее принесённым охотничьим ножом. Голову и нож положила в красный пакет, переоделась в чёрный костюм шахидки. Запалила квартиру и вышла на люди.

Сняла тачку, хотя до метро «Октябрьское поле» из квартиры дойти – два шага. В таком наряде насторожённые полицейские не могли её впустить, они сразу окружили Бобокулову, потрясавшую отрезанной головой. Хотя в сводках упомянуто, что сперва они «в ужасе отпрянули». Не каждый день увидишь шахидку, потрясающую таким страшным предметом. Узбечка трясла отрезанной детской головкой и, упав на колени, творила шахаду. Иногда вставала и оглашала возгласами всю площадь около станции метро. И только спустя полчаса, когда её экстаз дошёл до исступления, один из полицейских решил пожертвовать собой и накрыл «террористку» собой. Выяснилось, что Бобокулова была не заминирована.

358ec6d7a2c2b8e6a289f161805a8358Её скрутили и отвезли в ОВД «Щукино». В соседнее – «Хорошево-Мневники» – доставили родителей погибшей маленькой девочки. Ужасающий вопль матери хорошо запомнили все соседи из окрестных домов. С трудом Екатерину удалось доставить в отдел.

Полицейские не успокоились на этом единичном акте терроризма и запустили район метро робота для разминирования. Бот не показал ничего подозрительного. Тогда приступили к допросу Бобокуловой.

Абсолютно адекватная женщина, отвечающая на вопросы внятно и без задержек. Почему убила? Потому что нужно было отомстить за то, что делает Путин в Сирии. Он убивает невинных сирийских детей и женщин. Чем же хуже это дитя? Месть, жестокая, дышащая пламенем, состоялась.

Но откуда Бобокулова набралась такого? Ранее она не была замечена в фундаментализме. Даже на правоверную мусульманку с трудом натягивала. Молилась по случаю, тихо, в уголке, скорее «для Аллаха» и по праздникам (как и свойственно большинству российских мусульман). Ещё и оставила троих детей, самому младшему из которых сейчас 16 лет. Для чего бы ей устраивать такой чудовищный «флешмоб»?

Как говорят друзья семьи, которая сейчас находится в состоянии, близком к психозу, Гюльчехра за месяц до происшествия уезжала на родину в Узбекистан. Якобы, именно там нужно искать истоки случившегося. Но московские свидетели не понимают главного: в Узбекистане, где количество ментов на душу населения сильно превышает даже российское, никакие фундаменталистские основы злополучная няня познать не могла в принципе. Для Узбекистана исламизм – абсолютное табу, въевшееся уже даже не в плоть и кровь, а в самую суть жизни.

Бобокулова могла получить первые «азы» только в пределах Российской Федерации. Являющейся основной мишенью радикальных исламистов.

В 15-миллионной Москве каждый шаг няни невозможно просчитать. Возможны были и контакты с друзьями и родственниками, уже побывавшими «там». Но дикой глупостью было бы считать этот случай чем-то совершенно исключительным. Не более, чем эксцесс исполнителя.

На деле, как бы ни показалось это пошло и парадоксально, в Доктрине национальной безопасности, принятой незадолго до Нового года, заложены некоторые здравые идеи. Радикальный исламизм для столь многонационального общества, каковым является РФ, неизбежное зло. Бобокуловой вовсе не обязательно было уезжать в Узбекистан для того, чтобы получить свой заряд ненависти. Это теперь, постфактум, услужливые узбекские «специалисты» рассказывают о том, что няня, дескать, была в течении 15 лет на учёте у психиатра. Всё, чем она «больна» – излишняя впечатлительность. И, как и у советских наивных активистов, у неё скорее всего был синдром приобщённой простушки.

Но надо заметить, что проявляющийся и в такой чудовищной форме исламский радикализм – не более, чем ответная реакция даже не на Чечню. Чеченские боевики предпочитают собственных «боевых подруг», а на Бобокулову смотрят с презрением и жалостью. Не на Чечню – шире! Это и есть пресловутый след ИГИЛа, «запрещённого в РФ».

Случай с Бобокуловой поднимает ещё одну запретную тему: падение ставок обслуживающего домашнего персонала. Ведь узбечка-убийца исправно посылала заработанное на родину, в семью. Ставки домашнего персонала рухнули в 2014-15 годах с 50-60 тысяч рублей до хорошо если 30-ти. Это – водораздел не только национальный и религиозный, но и классовый. Ведь как хорошо горели особняки на Истре в 2009-м после того, как персонал из узбеков выставили на мороз!

И не помогут здесь никакие рекомендации. У Бобокуловой они были, и безупречные: воспитала не одного ребёнка. Тут собака порылась явно глубже, чем просто одной колхозной дурочке захотелось совершить дикую жесть. От этого не спасёт ничего. Кризис накатывается во всей своей беспощадной обнажённости. И в среднеклассных квартирах не отсидеться, не спастись. Просто ещё одно напоминание, только запредельное.

Ринат Ахмадов, специально для «В кризис.ру»

в России

Общество

У партнёров