Выборы могут быть демократической процедурой. Или фарсом. Или политической грызнёй. Или – трагедией. Как в Анголе 25 лет назад. Первые в истории страны многопартийные выборы, десятки тысяч погибших, фактический государственный переворот. Кровавый Хэллоуин 1992 года. Сегодня его стоит вспомнить. Хотя бы потому, что в Анголе очередные выборы недавно прошли, а в России приближаются. Сравнить и избежать. Ведь социально-политические системы двух стран во многом сходны.

Ангола была из главных фронтов Холодной войны

К осени 1992-го гражданская война в Анголешла уже 17 лет. Весь период независимости. Коммунистический режим МПЛА (Народное движение за освобождение Анголы)утвердился в середине 1970-х кубинскими войсками и советскими танками. К концу десятилетия он уже более-менее держался собственными силами. Этому способствовала опора на крупнейший племенной этнос – мбунду. Сформировался прочный партийно-государственный аппарат, закалилась в боях армия, наводила страх служба госбезопасности ДИСА. Но в критические моменты исход решали кубинцы.

Власти выдержал проверку «37-годом»: 27 мая 1977-го был подавлен «мятеж фракционеров». Самые радикальные коммунисты и популисты во главе с Ниту Алвишем восстали против номенклатурного президента Агостиньо Нето. Они повели за собой спецназовцев и чернокожую молодёжь из бедняцких кварталов Луанды. Против высокомерных и зажиточных чиновников-мулатов, подобных партийному генсеку Лусио Ларе, «серому кардиналу» режима. Как обычно, вопрос решил кубинский контингент генерала Ибарры. С Алвишем – бывшим главой МВД и гостем XXV съезда КПСС – и его сподвижниками расправились, невзирая на прошлые заслуги. Вместе с «фракционерами» под топор ДИСА легли порядка 30–50 тысяч человек. Власти официально признали 15 тысяч, но нередко говорят о 80 тысячах жертв. При том, что население Анголы составляло тогда порядка 6 млн.

Агостиньо Нето умер в 1979 году. Его сменил Жозе Эдуарду душ Сантуш. Война не прекращалась ни на день. Против сталинистского режима сражался неистовый Жонаш Савимби. Во главе повстанческой армии УНИТА (Национальный союз за полную независимость Анголы). Савимби начинал как левак-маоист, и до конца жизни остался африканским социалистом. Но он ухитрился совместить эту идеологию не только с национализмом своего племени овимбунду, но и с либератарианством рейганистского толка. На выходе получилась романтичная вольница джунглей.

Ангола демонстрировала миру не только эффективную партизанскую армию, но и модель непобедимого антикоммунистического сопротивления. Недаром именно в Джамбе – военной столице Савимби – собрался 2 июня 1985 года Демократический интернационал. Джамбори объединил ангольскую УНИТА, афганских моджахедовникарагуанских контраслаосских хмонгов. Принцип «жить и бороться – учиться у Савимби» был аксиомой для партизан-антикоммунистов всего мира. «Мы освободим народы от советского империализма!»

В 1991 году советский империализм перестал существовать. Хитроумный душ Сантуш и его окружение сумели это предвидеть. Они заранее подготовились к такому повороту событий. Отменили марксизм-ленинизм в программе МПЛА. Наскоро перелицевались в «демократических социалистов». Разрешили частную собственность, прежде всего самим себе. Пообещали многопартийную демократию. И пошли на переговоры с УНИТА. 31 мая 1991-го душ Сантуш и Савимби в пригороде Лиссабона заключили Бисесские соглашения. Договорились о мире, демобилизации, назначении демократических выборов и выводе кубинских войск. Впервые за  многие века на земле Анголы не стало иностранных оккупантов. Это сделала УНИТА Жонаша Савимби.

Посредниками-гарантами выступили Португалия, США и СССР. Когда через несколько месяцев Советского Союза не стало, эту функцию унаследовала Россия.

Запад приветствовал этот триумф мира и демократии. Холодная война закончилась, хотелось везде расслабиться. В том числе, конечно, в Анголе, где пролегал один из главных фронтов.

За Савимби голосовало не только его племя

И вот, в последние дни сентября впервые в истории Анголы прошли настоящие выборы. В них участвовала не одна партия, как в прежние годы, а восемнадцать. Но реальная борьба шла между двумя – МПЛА и УНИТА.

Можно, правда, назвать ещё третью: ФНЛА (Национальный фронт освобождения Анголы). Не потому, что она имела какие-то шансы. Этого не было. Но ФНЛА имеет почтенную историю. Её лидер Холден Роберто начал борьбу за независимость раньше Нето и Савимби. Причём в «левой» Анголе он проповедовал консерватизм и даже монархизм – ибо сам был потомком королевского рода баконго. Но эта народность в Анголе малочисленна, особенно по сравнению с мбунду и овимбунду. Кроме того, ФНЛА был разгромлен в самом начале гражданской войны и не имел вооружённых сил. Только политический актив, возможности для которого попутно завоевал Савимби

Избирался также глава государства (пока что – единственный раз в истории Анголы). Одиннадцать кандидатов Среди них душ Сантуш, Савимби и Роберто. Первые двое реально ставят на победу.

В начале октября республиканский избирком огласил результаты. В Национальную ассамблею прошли двенадцать партий. Более двух миллионов, почти 54% проголосовали за МПЛА. Это дало посткоммунистам 129 мест из 220. Менее полутора миллионов, 34% поддержали УНИТА – 70 мандатов. ФНЛА собрал 95 тысяч голосов – немногим более 2% и получил 5 парламентских кресел. Расклад в общем и целом соответствовал пропорциональной численности мбунду, овимбунду и баконго.

А как с президентом? Здесь голосовали заметно иначе. Душ Сантуш оказался менее популярен, чем его партия. (Попробуем представить: «Единая Россия» получает больше, чем Путин… Зато вариант, когда КПРФ получает больше, чем Зюганов, кажется вполне реальным.) За лидера МПЛА высказались чуть менее половины голосовавших избирателей – 1,95 млн, 49,6%. Савимби взял 1,58 млн, более 40% голосов. А вот за Роберто проголосовали почти как за ФНЛА – 83 тысячи, 2,1%.

Объясняются такие результаты, вероятно, тем, что за УНИТА голосовали почти исключительно овимбунду. А вот лично Савимби, в силу своей уникальной харизмы, мог быть поддержан и многими мбунду. Достаточно сказать, что северным мбунду (эта народность делится на северную и южную ветви) был его ближайший соратник, командир спецназа и названный младший брат Антониу Дембу. Кстати, заместитель Савимби и его политический советник Эрнесту Мулату – этнический баконго.

После фальсификаций говорить стало не о чем

Президентские выборы шли ко второму туру. Но не таков был Савимби, чтобы пассивно ждать вердикта судьбы. Аппарат УНИТА вёл собственный учёт голосов, партийная секьюрити – своё расследование. Выяснилось, что на многих избирательных участках голосование игнорировалось. По странному совпадению, эти участки располагались на этнических территориях овимбунду. Полмиллиона сторонников оппозиции оказались заблокированы и не смогли прийти к урнам. Не обошлось и без «каруселей». Словом, «волшебнику Чурову» было, у кого поучиться.

Если в первом туре так наглеют, то что будет во втором? Этак любого не пришедшего на участок можно записать как голос за душ Сантуша. Административный ресурс во всей красе. А учитывая хамелеонские способности МПЛА, можно было не сомневаться: «цивилизованный мир» примет любой результат.

Савимби объявил бойкот. Его примеру последовал ФНЛА и несколько мелких партий. УНИТА потребовала переголосования первого тура. Со всеми ранее не учтёнными участками, без вбросов и фальсификаций. За честные выборы, короче. А стоять на своём УНИТА умеет. Не «по-болотному». В этой партии креаклов мало.

Власти, конечно, на это не пошли. Но поначалу попытались заманеврировать – согласились на переговоры. Савимби в Луанду не поехал – поднимал бойцов на своих территориях. Делегацию УНИТА в столице возглавили Жеремиаш Каландула Шитунда и Элиаш Салупето Пена. Кстати, интересный момент: постоянным местом жительство этих людей были районы, от которых они баллотировались. В наше время как-то странно. Особенно для России.

Горный инженер Шитунда состоял в УНИТА практически с первого дня. Был партийным послом в США. Обеспечивал связь между двумя исполинами Холодной войны – Рональдом Рейганом и Жонашем Савимби. Считался ближайшим помощником вождя УНИТА. С 1986-го – вице-президент, второе лицо движения.

Элиаш Пена был моложе и в УНИТА вступил накануне ухода португальцев. Так что с колонизаторами повоевать не довелось. Зато с коммунистами – по полной. Воинственный настрой Пены закономерно привёл его в лидеры унитовского комсомола. Был ранен в одном из боёв, лечился в Замбии, потом учился агроделу в Кот-д’Ивуаре. Вернувшись на родину, Пена стал министром сельского хозяйства в теневом правительстве УНИТА. Укреплял солидаристские принципы в повстанческих селениях.

Входил в делегацию и Арлиндо Шенда Исаак Пена, младший брат Элиаша. В УНИТА он состоял дольше. Секрет кроется в том, что мать Элиаша и Арлиндо – Джудит Шинакуссоки Пена, старшая сестра команданте Савимби. Едва не единственный в мире человек, от которого Жонаш мог выслушивать возражения. В УНИТА она заведовала хозяйственной частью. А её муж Исаак Пиреш Шитунда Пена, отец Элиаша и Арлиндо, был одним из идеологов УНИТА. Проповедником ангольского патриотизма и африканских духовных скреп. Естественно, все их сыновья выросли идейными бойцами УНИТА. Лоте Пена, брат Элиаша и Арлиндо, погиб в гражданской войне.

Арлиндо в лагере повстанцев знали под именем Генерал Бен Бен. Прозвище образовано путём сокращения имени алжирского президента Ахмеда бен Беллы – так сильно он его уважал. Получив в Марокко специальность артиллериста, он вернулся в Анголу, полный дерзких устремлений и действовал с максимальной жёсткостью. Савимби доверил племяннику Северный фронт, потом – генеральный штаб вооружённых сил УНИТА. После Бисесских соглашений именно он отвечал за интеграцию повстанческих войск в армию единой Анголы.

Другим делегатом на переговорах был Абел Эпаланга Шивукувуку. Его стезёй являлись дипломатия и разведка. Сильный оперативник с профильным военно-техническим образованием, Шивукувуку организовал информационную сеть УНИТА во многих странах мира. В Холодной войне это оказалось полезным навыком. После Бисесских соглашений Абел возглавил партийную дипломатическую службу.

Но сколь бы представительной ни являлась делегация УНИТА, говорить-то было не о чём. Оппозиция требовала проводить выборы заново. Душ Сантуш и правящая партия на такой риск идти не могли. Они рискнули по-другому. Настал Хэллоуин – 30 октября 1992 года.

Власть МПЛА сохранилась ценой резни

Вероломную резню начали «титушки» МПЛА. Так сказать, ополченцы партактива. Тысячи унитовцев погибли в Луанде в первые же часы. А когда УНИТА организовалась для сопротивления, в дело вступила полиция и правительственные воинские части.

Жеремиаш Шитунда и Элиаш Пена были захвачены на улице и после издевательств в участке убиты 2 ноября. Трупы показали по государственному телевидению. Типа, так будет с каждым. Арлиндо Пена спасся только потому, что за него приняли труп другого человека. Абел Шивукувуку был ранен, но помогла оперативная подготовка – он сумел отстреляться и вырваться из Луанды.

Расправы набирали интенсивность час от часу, кровь хлестала водопадом. Власти МПЛА доказали, что могут повторить – вспоминались страшные майские дни 1977-го. Из партийной резня превратилась в этническую. Убивали не только членов УНИТА, но и любых овимбунду. Огонь перекинулся на ФНЛА и баконго (хотя Холден Роберто вёл себя очень сдержанно). Нескольких командиров и политиков УНИТА взяли в заложники – и этим надёжным методом остановили уже начавшееся движения на Луанду боевых частей Савимби.

Точная численность погибших остаётся неизвестной. Как и в 1977 году. Минимальная цифра – 10 тысяч человек. Чаще говорят о 30–50 тысячах. «Убиты оказались все, кто имели хоть какую-нибудь связь с оппозицией», – говорит лидер современного ангольского Демократического блока Филомену Виейра Лопеш. Кроме тех, кто чудом оказался вдали от дома, вроде самого Лопеша. И тех, кому удалось бежать. Как заметил журналист Эмидиу Фернанду: «Впервые в истории ангольской гражданской войны в бою умирают политики».

На этом первые многопартийные выборы были объявлены завершёнными. Президентом без всяких туров остался душ Сантуш. МПЛА заняла свои парламентские места, а что УНИТА ушла в бойкот – так тем лучше. ФНЛА с тех пор даже не пытался рыпаться, Роберто до своей кончины в 2007 году сидел в парламенте дисциплинированно, как Зюганов.

Президентских выборов с тех пор не проводилось вообще. А парламентские состоялись через полтора десятилетия, в 2008 году. Надо сказать, никто особо не поторапливал. Первого опыта хватило надолго. Слово «Хэллоуин» стало для ангольцев таким же страшным, как «Май». Массовая память об этих двух событиях сделалась опорой диктатуры душсантушизма. Не менее важной, чем партия и полиция.

«Цивилизованный мир» игнорировал резню. В том числе Португалия, Америка и Россия. Президенты Мариу СоарешДжордж Буш и Борис Ельцин как-то разом отвлеклись на другие дела. Молчаливо решили, что виноват Савимби. Ну, фальсификации, подумаешь. Надо же, мол, считаться с обстоятельствами. Главное, что душ Сантуш оказался деловым человеком. Надёжным партнёром в части политической стабильности, нефти, алмазов и рыболовства.

Трагический Хэллоуин внушает не страх, а гнев

Резня на Хэллоуин не достала земель овимбунду, охраняемых армией УНИТА. Возмездие за погибших не заставило себя ждать. Савимби развернул мощное наступление. 9 января 1993 года началась «Война 55 дней» – битва за Уамбо. Повстанцы одержали стратегическую победу. Через полтора года две трети Анголы были в руках УНИТА.

Дальше история закольцовывается. Душ Сантуш вынужден согласиться на подписание новой версии Бисесских соглашений – Лусакского протокола от 15 ноября 1994-го. Затем МПЛА перегруппировывается и вновь нарушает все договорённости. Новая вспышка столкновений. Новые годы бойни. 22 февраля 2002-го в бою погибает Савимби. Через несколько дней умирает от ран Дембу. Новое руководство УНИТА прекращает войну, легализуется и вписывается в политическую систему душсантушизма. Решающую роль в этом процессе сыграл повстанческий генерал Паулу Лукамба Гату. Президентом же УНИТА стал партийный дипломат Исайаш  Энрикеш Нгола Самакува.

Третье мирное соглашение напоминало пародию на первые два. Теперь уже никаких обещаний душ Сантуш не давал. Сила была за ним. Потому что не стало Савимби.

Арлиндо Пена ненадолго пережил погибших в ходе резни. После подписания Лусакского протокола Генерал Бен Бен получает должность в Министерстве обороны Анголы. Но не мог простить душ Сантушу гибели брата и многих соратников. Впал в депрессию и алкозависимость, от чего и умер 42-летним, 19 октября 1998-го. Мирная жизнь иногда оказывается хуже войны.

Абел Шивукувуку до конца оставался с команданте. После подписания третьего соглашения заведовал в легальной УНИТА вопросами взаимодействия с парламентом и правительством. Идиллия продолжалась десять лет. Но в 2012 году Шивукувуку со скандалом покинул УНИТА. Ему не понравилась компромиссная линия Самакувы. Теперь Абель руководит партией КАСА– жёсткой радикальной оппозицией. Мирной, но революционной. Именно активисты КАСА идут в первых рядах уличных протестов.

Время берёт своё. Ангола на глазах меняется. Так или иначе, Бисесские соглашения остались национальной победой УНИТА: в Анголе нет ни иностранных войск, ни однопартийной системы. Отбыв во дворце 38 лет, душ Сантуш дальновидно оставил президентский пост, сдав его бывшему политруку Жоау Лоуренсу. Собрался в отставку и Самакува.

Уже обсуждаются кандидаты в третьи лидеры УНИТА. Быть может, им станет Паулу Лукамба (давно считавшийся теневым главой партии), а может быть – Рафаэл Савимби-младший, сын великого команданте, организатор партийных мобилизаций и массовых протестов. Но все прислушиваются, что скажет Абилио Камалата Нума – боевой генерал УНИТА, герой 55-дневной войны, друг Савимби и Дембу. Носитель исконной повстанческой традиции. Единственный оппозиционный политик, которого реально боятся боссы МПЛА.

Ангольцы никогда не забудут Резню на Хэллоуин. Но помнят не со страхом, а со скорбью и гневом. Чувства, способные стать мотором больших перемен.

Михаил Кедрин, специально для «В кризис.ру»

Общество

У партнёров