Неделя началась заседанием Мосгорсуда по иску прокуратуры о признании «экстремистскими» организациями фондов и штабов Навального. Прямо говоря, речь идёт о запрете самых активных оппозиционных структур России. Судебные заседания проходят закрыто. Основание – наличие в деле секретных материалов. Что может быть секретного у общественных объединений, действующих с подчёркнутой публичностью? Вопрос риторический.

В качестве гипотезы напрашивается предположение: засекречены оперативные материалы от спецслужб. Например, по предполагаемым связям с иностранными «нежелательными организациями». Если так, то сделан новый шаг в деградации российского судопроизводства. Но вполне логичный после выездного заседания в отделении полиции. Даже в советские годы – послесталинские, разумеется – добытые оперативным путём улики старались так или иначе легализовать и официализировать. Хотя бы через признательные показания обвиняемых.

Защиту структур Навального ведут адвокаты из неформальной «Группы 29». Во главе с Иваном Павловым – грозой гэбистских следователей. На заседание они пришли с десятью килограммами открытых документов. Сколько весят секретные материалы, с которыми адвокаты знакомятся, может быть, узнаем позже. Прокуратура, в свою очередь, подтянула «тяжёлую артиллерию» – с этой стороны в заседании участвовали четверо во главе с государственным советником юстиции 3-го класса (соответствует генерал-майору).

На момент публикации принято решение о приостановке деятельности организаций Навального – в качестве «обеспечительной меры». Очередное заседание, уже с рассмотрением дела по существу, назначено на 29 апреля.

В обвинении есть несколько странных моментов. Для начала, фигурирует некое «Общественное движение “Штабы Навального”». Вообще-то с правовой точки зрения такого не существует. Штабы являются самостоятельными организациями без образования юридического лица; формально-юридически связей между ними нет. Впечатляет профессиональная квалификация, не различающая таких мелочей.

Что до обвинений в экстремизме… Прокуратура утверждает, будто фактическими целями двух фондов и сети штабов «является создание условий для изменения основ конституционного строя, в том числе с использованием сценария “цветной революции”». К публицистическому понятию «цветная революция» можно относиться по-разному. Многим кажется, что для России такой вариант преобразований отличается избыточной умеренностью. Но в правовом смысле оно абсолютно бессодержательно. Прокуратура, если называть вещи своими именами, занимается низкопробной пропагандой. На подхвате у киселей-соловей и примкнувших к ним скабеевых. Считать законными решения, принимаемые на таких основаниях, мягко говоря, затруднительно.

«Создание условий для изменения конституционного строя» – тоже сформулировано халтурно. В изменении как таковом нет состава преступления, если отсутствуют призывы к насилию. Но в любом случае – после прошлогоднего уродования Конституции возмущаться какими-то призывами… Замечательно всё-таки написал Дмитрий Быков: «Есть слова. Но не эти бы глотки говорили нам эти слова».

Не более обоснованы и обвинения в «размещении на сайтах экстремистских материалов». Как справедливо заметил в своём телеграм-канале Леонид Волков, определять любой материал как «экстремистский» может только суд. За нынешним судом РФ дело, конечно, не станет. Но пока что таких судебных решений не было. Как говорится, забывают даже застегнуться… О самом понятии «экстремизм» в современном режимном прочтении промолчим вообще. Ибо «в подозрительных не состоящий подозрителен как гражданин» (Евгений Евтушенко).

Однако, в опережение всех формальностей, репрессии против активистов уже идут полным ходом. За минувшие выходные стало известно о задержаниях минимум семидесяти человек. Всего же по состоянию на 12.30 понедельника за участие в уличных акциях 21 апреля в той или иной форме привлечены 1984 человека (символичное, однако, число!). Под ударом не только «навальнисты». Среди задержанных либертарианцы Сергей Бойко и Михаил Светов, руководитель программы Правозащитного центра «Мемориал» Сергей Давидис, известная учительница истории и просветительница Тамара Эйдельман (ещё более известный её отец Натан Эйдельман в своё время имел крупные неприятности из-за знакомства с кружком Льва Краснопевцева в Московском университете).

Кстати, о просветительстве. Министерство просвещения оперативно подготовило проект правительственного постановления. «Положение об осуществлении просветительной деятельности» развеивает наивные надежды сторонников «диалога с властью» на адекватность подзаконных актов. Проект скомпонован с грубыми огрехами юридической техники и прямо противоречит Конституции. Ладно, это уже традиция. Что делать, если квалификация российских чиновников вообще падает год от года, а при разделении Министерства образования и науки в Минпросвещения ушли не самые сильные кадры. В данном случае, важнее, что на всякий просвет наложен запрет. Подробному разбору проекта здесь не место, но очевидна цель – сделать распространение независимой информации об общественных проблемах максимально затруднённой. И утвердить на это государственную монополию. Что в конкретных условиях РФ означает диктат мракобесия. Вроде рассуждений эталонно бессовестных людей о соотношении совести и православия.

К чему бы всё это? Усиленная подготовка к избирательной кампании? Но властям, казалось бы, нечего бояться. На федеральных выборах технология «умного голосования» (и без того небесспорная) будет куда менее эффективной, чем на региональных или муниципальных. Партии «парламентской оппозиции» давно превратились в филиалы партии власти. Все сколько-нибудь независимые кандидаты в одномандатных округах будут отсеяны на стадиях выдвижения и регистрации. Резко сокращены возможности независимого контроля. Трёхдневный режим вкупе с расширением электронного голосования создаёт самые благоприятные условия для рисования нужных результатов.

И всё равно – явная неуверенность. Которой не могут скрыть. Ведь и шикарные красовские истерики типа «в Мойку бросим», как ни странно, придумывались не в порядке клоунады. Так получилось из-за индивидуальных особенностей автора. Но он-то думал, будто он серьёзен и страшен!

Та же неуверенность сквозит в «социальном» послании президента Федеральному собранию. Не сбылись панические ожидания «кровопролитиев». Зато продемонстрированы и съедения чижиков, и раздача слонов. Самая выразительная из предложенных мер – разовая выплата семьям с детьми-школьниками, намеченная на середину августа. Понятно, что это время подготовки к школе, включая необходимые покупки. Но как-то удачно совпадает с разгаром избирательной кампании.

Однако: сработает ли такой подкуп избирателей? Гарантировать нельзя.

В нескольких пунктах спичрайтеры довольно сильно подставили президента. Подсунули тезисы, не слишком соответствующие действительности. Например, широковещательное заявление, будто «такого широкого бесплатного доступа к высшему образованию, как в России, можно ответственно сказать, нет практически ни в одной стране мира». В русле популизма худшего розлива и майские каникулы за счёт работодателей. Неслыханная щедрость, если платишь не сам. Причем, судя по реакции соцсетей – от «ватных» Одноклассников до высоколобого Фейсбука – всеобщего энтузиазма подарок не вызвал.

Всё это далеко не случайно. Социальная ситуация в стране сложна. Заметного улучшения не ожидается. Намечается третья волна пандемии. Опубликованная статистика за 2020 год подтвердила явное занижение смертности от ковида. Официальные цифры гласят: в России ковид дал 15,7% избыточной смертности – в то время как в Италии 64,9%, а в США – 82,2%. Низким остаётся процент вакцинированных, хотя и выше, чем у ближайших соседей (кроме стран Балтии и Финляндии). Процент получивших хотя бы одну прививку – 7,8%, полностью привитых – 4,6%. Даже в Турции соответственно 15,6% и 10%. Причина не только в недостаточных мощностях по производству вакцин. Важнее глубокий скептицизм многих россиян к официальным сообщениям и обещаниям вкупе с неверием в науку. Пожалуй, процент вакцинированных – куда более точный рейтинг доверия к власти, чем данные опросов. А вот отторжение науки – прямой результат идеологической отстойности и «загона» образования.

Показательно, что Росстат перенёс публикацию реальных доходов населения за первый квартал с 20 апреля на 29-е. Дабы не отвлекать от восхищения путинским посланием. Такое нарушение графика публикаций произошло впервые в новейшей истории страны. По оценкам экспертов, не исключено падение реальных доходов с прошлого апреля (напомним, что по итогам года минус составил 3,5 %), продолжалось и в завершившемся квартале, Вклад вносила ускорившаяся инфляция. Во многих регионах России рост цен на продовольственные товары выражался двухзначными числами. Вдвое и втрое превышая официальный уровень инфляции. А тот, в свою очередь, превышал прогноз Центробанка на 1,2–1,5 процентных пункта или на 25 – 30%. Как известно, больнее всего этот рост бьёт по самым бедным.

Численность безработных по методике Международной организации труда (не имеющие работы, активно ищущие и готовые немедленно приступить) несколько снизился по сравнению с пиком в августе прошлого года. Теперь – 5,7% экономически активного населения. Это снижение в условиях экономической стагнации объяснить довольно трудно. Вероятнее всего, сказывается искусственное стимулирование рабочих мест ценой снижения производительности труда.

Может быть, самый яркий показатель настроений «глубинного народа» – реакция на гибель начальника УФСИН по Забайкальскому краю генерал-майора Евгения Шихова и его спутника на охоте Виталия Раздобреева. Убийство совершил лесник (по другой версии – сторож охотохозяйства) Николай Макаров. Официальная версия – «из хулиганских побуждений в состоянии алкогольного опьянения». Версия самого Макарова – необходимая самооборона в ответ на угрозы. Охота на кабанов весной запрещена. В намерениях генерала и напарника Макаров усмотрел браконьерство (во что легко поверить, по неоднократным прецедентам – зная нравы российских начальников как в погонах, так и без оных). В ответ на противодействие лесника/сторожа поднялось оружие. Макаров опередил.

Здесь символично всё. Должность погибшего генерала. Антураж тайги. Утренний пейзаж близ посёлка Урульга с двумя трупами возле джипа. Словно протянулась связь известных времён. На фоне всего, о чём выше.

И ещё символичнее – явное сочувствие публики более удачливому стрелку. Редко кто верит в то, что 62-летний Макаров был пьян. Редко кто не верит, что он защищался. Как было на самом деле, мы пока в точности не знаем. Принято говорить: «следствие разберётся». А в это кто верит?

Очевидно другое. Начальство в России любят всё меньше. И оно это постепенно осознаёт. Теряя веру в поддержку «глубинного народа». Даже странно, что начинает доходить.

Павел Кудюкин, специально для «В кризис.ру»

в России

Общество

У партнёров