Ровно 77 лет назад, на фоне частичного прорыва блокады Ленинграда, на руинах Сталинграда совершился коренной перелом во Второй мировой войне. 31 января 1943 года командующий немецкой 6-й армией, новоиспечённый фельдмаршал Фридрих Паулюс и 90 тысяч его бойцов сдались в плен советским войскам. Стратегическая инициатива стала переходить к силам антигитлеровской коалиции. Страны «Оси» оказались перед нелёгким выбором – ужас без конца или ужасный конец.  Но как успел предвидеть Черчилль, антифашисты будущего рискуют превратиться в … фашистов прошлого.Одно из самых кровавых сражений в мировой истории, Сталинградская битва шла с 17 июля 1942 года по 2 февраля 1943-го. В боях на подступах к Волге нацистский Рейх и его союзники  по «Оси» (фашистская Италия, хортистская Венгрия, «боярская» Румыния и усташеская Хорватия) потеряли около  1,5 миллиона человек, из них 500 тысяч убитыми (немецких военных – 300 тысяч). Суммарные потери советских войск составили почти 1,2 миллиона человек (около 500 тысяч убитых и без вести пропавших). До сих пор не известно число погибших среди мирного населения. Из 450 тысяч жителей довоенного Сталинграда  в августе 1942-го успели эвакуироваться  за Волгу лишь 100 тысяч. После битвы на развалинах жили около 32 тысячи горожан.

Бои в Сталинграде шли за каждый дом. Сталинградский тракторный завод, «Красный Октябрь» и «Баррикады» некоторое время работали прямо под бомбёжками и обстрелами. Мировую известность получили Дом Павлова и площадь Павших Борцов. Несколько раз переходил из рук в руки легендарный Мамаев Курган.

Чудом уцелел и стал своеобразным символом возвращения к мирной жизни фонтан «Танцующие дети». Рядом лежал в руинах музей царицынской обороны – во время гражданской войны этой операцией командовал сам Сталин.  В память об этом Царицын и был переименован в Сталинград. На осень 1942-го пришлось 25-летие Октябрьской революции. Потому и для большевика Сталина, и для нациста Гитлера вопрос о символическом контроле над развалинами Сталинграда был вопросом международного престижа, «кто кого».

Советское контрнастпление началось 19 ноября 1942 года. Этот день принято считать начальной датой коренного перелома не только Великой Отечественной войны, но и всей Второй мировой. Операции «Уран», «Сатурн» и «Кольцо» последовательно сомкнули тиски вокруг котла, небывалого в мировой военной истории. Попытка прорвать окружение силами лучшего из немецких командующих фельдмаршала фон Манштейна не удалась. К декабрю советские войска окружили 330-тысячную сталинградскую группировку немецких войск. Рождество и новый 1943 год деморализованная 6-я армия Паулюса встретила на морозе, в грязи и крови.

В своей последней радиограмме в блокированный Сталинград 30 января фюрер повысил Паулюса в фельдмаршалы. Потребовав обороняться до последнего солдата и патрона. Высшее воинское звание фактически являлось приказом о самоубийстве в случае поражения: «Ещё ни один немецкий фельдмаршал не попадал в плен». Паулюс так и понял Гитлера: «Нет, такого удовольствия я им не доставлю». Утром 31 января штаб 6-й армии договорился с советской стороной о капитуляции. Фельдмаршал Паулюс сдался генерал-полковнику Рокоссовскому.

Вместе с Паулюсом на милость победителя сдались 24 генерала, около 2500 офицеров и 89 тысяч солдат, крайне истощённых от голода и зимней стужи.  Лишь 20 тысяч по состоянию здоровья могли работать, и до 1949 года они отстраивали разрушенный ими город. Около 30 тысяч пленных умерли от последствий дистрофии и боевых ранений. В их числе автор иконы «Сталинградская мадонна» («Дева Мария Примирения») военврач Курт Ройбер.

Обращение с офицерами, генералами и фельдмаршалом отличалось при этом высокой корректностью. Представителям высшего командного состава разрешалось в плену даже наличие холодного оружия. После войны Фридрих Паулюс жил в Дрездене (при адъютанте и с правом ношения оружия). Он свидетельствовал на Нюрнбергском процессе и читал лекции сотрудникам полиции ГДР.Даже после советской победы под Сталинградом, до Курской битвы лета 1943 года на главном фронте второй мировой войны сохранялось шаткое стратегическое равновесие сил. Но исход войны уже был предопределён. Турция не рискнула вторгаться на Кавказ, Япония – в Сибирь. Румынский король Михай (будущий кавалер советского ордена Победы), болгарский царь Борис III, венгерский премьер Миклош Каллаи с санкции правителя-регента Миклоша Хорти и итальянский маршал Пьетро Бадольо без санкции дуче Бенито Муссолини стали зондировать возможности сепаратного мира с Черчиллем и Рузвельтом. Активизировались заговорщики и среди немецких военных. В марте 1943-го  они неудачно покушались на Гитлера в Смоленске, но бомба в самолёте фюрера не сработала.

Эхом сталинградского котла,  в котором была разгромлена итальянская 8-я армия генерала Итало Гарибольди (220 тысяч солдат и офицеров), стали политические интриги и военный переворот в Риме. 6 февраля 1943 года Муссолини отправил в отставку всё правительство, даже своего зятя – министра иностранных дел Галеаццо Чиано. Это не спасло. В апреле Гитлер отклонил предложение Муссолини замириться с СССР. В мае капитулировала итало-германская группировка в Тунисе, 10 июля англо-американские войска высадились на Сицилии. Итальянские гарнизоны один за другим капитулировали по приказу криминальных донов. 19–20 июля Муссолини провёл переговоры с Гитлером на своей территории – под Венецией. Но из-за баталии на Курской дуге фюреру было не до проблем дуче с сицилийской мафией.

Вечером 24 июля в римском палаццо Венеция под охраной «чернорубашечников» (милиция Национальной фашистской партии) впервые с 1939 года собралось «политбюро» – Большой Фашистский Совет. Заседание открыл Муссолини, одетый в форму командира «чернорубашечников» и спрятавший в ней гранаты. Президент палаты фасций и корпораций Дино Гранди обвинил Муссолини в измене конституции и зачитал проект резолюции об отставке дуче с поста премьера.

Твёрдый сторонник пронацистской линии, экс-генсек НПФ Роберто Фариначчи призвал объединить усилия с Рейхом, передать командование королю, уволить генералов и вычистить из фашистской партии «демократов» и «либералов». Дуче предал не конституцию, а идею фашизма, заявил Фариначчи. Чиано отметил, что итальянцы не предали немцев, а были преданы сами.

Голосование состоялось за полночь – без Фариначчи. Резолюцию Гранди одобрили 18 из 27 членов БФС, включая Чиано. Пьяный председатель сената Джакомо Суардо по ошибке проголосовал за альтернативную резолюцию генсека НПФ Карло Сфорца — усилить роль фашистской партии, командование передать не королю, а «мяснику Эфиопии» маршалу Рудольфо Грациани. На результат это не повлияло: Муссолини был отстранён и арестован. Ошарашенный дуче назвал мероприятие своих соратников «единственной успешной операцией итальянского генштаба».

Новое правительство сформировал маршал Бадольо и повёл дело к безоговорочной капитуляции перед англо-американцами. Ответом стала немецкая оккупация северной половины Италии. Муссолини, освобождённый из-под ареста немецкой спецгруппой штурмбанфюрера Скорцени, возглавил радикально-фашистскую Республику Сало и оставался дуче около полутора лет – с 23 сентября 1943-го до партизанской казни 25 апреля 1945-го.Всё это хорошо известно, подробно пересказывать всю одиссею Муссолини не требуется. Просто на ум приходит вопрос: «Вы что, хотите как в палаццо Венеция?» Можно ли представить, что на условном Госсовете условный спикер Госдумы обвинит условного «национального лидера» в предательстве духа и буквы ельцинской конституции. Условный генсек правящей партии или ветеран «крымской весны» заявит, что «нацлидер» и «сислибы» предали не конституцию, а «русский мир», «духовные скрепы» и ДНР с ЛНР. А условный сенатор так напьётся, что перепутает «транзит» и «трансферт». Решат, короче, что могут повторить.

После «маленьких победоносных» войн в Эфиопии, Испании, Албании и Греции правящая верхушка фашистской Италии сама втянула свою страну в очередную авантюру, сама сотворила себе катастрофу в заснеженных степях под далёким Сталинградом. «Итальянское синее небо, застеклённое в мёртвых глазах». И в итоге оказалась перед мучительной дилеммой – либо бесконечный ужас, либо ужасный конец фашизма, якобы «преданного» своим дуче.

Накануне 75-летнего юбилея Великой Победы подобная дилемма со всей остротой стоит перед постсоветской РФ, объявившей себя государством-продолжателем СССР.

Или бесконечный «посткрымский» тупик с ритуальным «победобесием», замкнутый порочный круг имперских экзерсисов по местам «боевой славы» вермахта – от Беларуси и Донбасса до Сирии, Ливии и даже Тропической Африки. Или добровольно-принудительный выход из рукотворного тупика. В идеале – в рамках конституционных процедур, как в Осень народов 1989 года в ГДР и Чехословакии. Третьего не дано, чему наглядно учит исторический опыт страны классического фашизма Италии, прошедшей в 1943-м путь от Сталинграда до «Госсовета».

Ион Брынзару, специально для «В кризис.ру»

Вооруженные силы

У партнёров