Так можно назвать дом на Исаакиевской площади, 11. Сейчас там Главное управление Минюста по Петербургу, а когда-то это было здание Германского посольства. В историю мировой архитектуры оно вошло как шедевр основоположника промышленного дизайна Петера Беренса, но в начале Первой мировой войны стало жертвой вспыхнувшей германофобии – его разгромила разъярённая толпа. С тех пор внешний облик этого исторического дома существенно изменился. Не пора ли вернуть ему первозданный вид?

Недолго музыка играла, недолго фрау танцевала

Эта история началась в 1911 году, когда немецкий архитектор Петер Беренс получил заказ от своего правительства спроектировать новое здание Германского посольства в российской столице.  Проект был готов уже через два месяца. Его одобрили в Германии, утвердили в России. И в январе 1913-го на месте старого здания посольства было построено новое. Возвели его в основном из немецких материалов немецкие мастера.

Так в Петербурге появился еще один шедевр архитектуры. Фасад –модернизированная классика, а венчали здание монументальные Диоскуры работы немецкого скульптора Эберхарда Энке – два брата-исполина, ведущие под уздцы коней. В проекте, утверждённом Николаем II, их еще не было – они возникли уже в процессе работы.

Послом Германии в России был тогда Фридрих фон Пурталес. Он и поселился в новом здании посольства вместе со своей семьёй. Но устраивать приёмы и фуршеты в роскошных интерьерах ему было суждено недолго. 19 июля (1 августа) 1914 года Германия объявила России войну. По свидетельствам очевидцев, вручая эту ноту в российском МИДе министру иностранных дел Сергею Сазонову, Пурталес отошел к окну и прослезился.

Германское посольство опустело. Из всех его сотрудников остался только один человек. Через несколько дней он погиб во время погрома.

Разгром немецкой мощи в отдельно взятом доме

Невиданный патриотический подъём охватил тогда столицу России. Закрыли все немецкие газеты. Выкинули Вагнера из репертуара Мариинки. Бухгалтеры срочно стали счетоводами, немецкие фамилии менялись на русские. А 31 августа Николай II повелел переименовать Санкт-Петербург в Петроград, лишив город имени святого Петра.

Одним из проявлений германофобии стал уличный и даже архитектурный  вандализм. Били стёкла в магазинах германских и австрийских подданных. Пострадала, например, венская булочная на Садовой. Разгромив её, разъяренная толпа отправились к Германскому посольству. Погромщики были вооружены кувалдами, молотками и всякими разными другими инструментами. Входную дверь в посольство они проломили, окна разбили, мебель сожгли, расправились с художественными ценностями. В костёр на Исаакиевской площади выкинули портрет немецкого императора Вильгельма II. А в подвалах очень кстати обнаружили большие запасы шампанского.

Но главной целью погрома были Диоскуры. Многих и раньше раздражали эти скульптуры античных братьев-близнецов – олицетворение немецкой мощи и брутальности. И вот дорвавшиеся до них погромщики радостно и с большим энтузиазмом учинили варварскую расправу. Одного брата свалили на землю – он упал и разбился. Второй зацепился за карниз. Коней повалить тоже оказалось непросто. Существует легенда, что Диоскуров в конце концов утопили в Мойке. Но скорей всего их просто расплавили. А в Мойку вроде бы бросили германский герб.

Патриотами-вандалами оказались в основном молодые рабочие, служащие и студенты. Задержали 101 человека, но потом всех отпустили.

Петербургские тайны Германского посольства

События этого погрома воспроизвёл по архивным документам искусствовед Валентин Черненко. И с удовольствием поделился своими знаниями с теми счастливчиками, кому повезло попасть на экскурсию в здание Германского посольства после реставрации. Экскурсия проходила в рамках проекта «Открытый город», который даёт возможность проникнуть в такие исторические места, куда обычно не пускают.

Отреставрированные интерьеры здания на Исаакиевской площади, 11, вызывают восхищение. Петер Беренс создавал их, будучи в расцвете лет и таланта. К тому же, он ведь не только замечательный архитектор, но ещё и основоположник промышленного дизайна (одним из его учеников был Ле Корбюзье, который начинал свою новаторскую деятельность в мастерской Беренса под Берлином). Германское посольство было оборудовано по последнему слову немецкой техники. Там установили холодильники и духовые шкафы. Лифт-подъёмник доставлял из кухни еду. Была даже посудомоечная машина – оказывается, посуду уже тогда мыли автоматически. Беренс вообще придумал там много всего интересного. Например, комнатку, которая называется «Чтоб никто нас не слышал»: звукоизолирующий тамбур в кабинет посла. Или, скажем, звуковые жалюзи в Тронном зале: оркестр играл в соседнем помещении, а звук шёл в зал, где собирались гости на приём и фуршет.  Или золочёный потолок из папье-маше в Прусском зале – он придаёт помещению лёгкость и воздушность. В этом историческом здании всё изящно и тонко выполнено рукой искусного мастера. От дверных ручек до светильников, от ключика в стиле модерн до медных батарей. Кстати, теплоснабжение до сих пор надёжно работает, а ведь прошло уже больше века.

Но реставрация Германского посольства всё-таки ещё не закончилась: Диоскуры не восстановлены. И до сих пор неизвестно, вернутся ли они на Исаакиевскую площадь.  К ним и раньше было отношение неоднозначное, да, похоже, что и сейчас: мол, зачем Петербургу эта слишком уж вызывающая и обнаженная немецкая брутальность.

Хотя почему немецкая? Диоскуры – смелые, мужественные и очень преданные друг другу античные герои. Существует красивый и трогательный миф об их братской дружбе и верности. Древние греки считали, что Диоскуры помогают путешественникам, мореплавателям да и вообще всем людям в трудные минуты, спасают в беде. Между прочим, в их честь назвали созвездие Близнецов.

Светлана Мазур, специально для «В кризис.ру»

в Петербурге

У партнёров