Крушение самолётов под Иркутском и Белгородом окрасили сентябрь в траурные тона. Убитая инфраструктура, халатность и безразличие к правилам техники безопасности. Падение воздушного судна, повлекшее гибель четырёх человек, пытаются списать на неблагоприятные погодные условия. Задним числом вводятся запреты. Как не вспомнить известную русскую поговорку насчёт кулаков после драки. Которая продолжается.

Идёт расследование авиакатастрофы в тайге у села Казачинское. По версии Следственного комитета, крушение пассажирского самолёта могло быть вызвано ошибкой пилотирования или технической неисправностью. Авиакомпания выдвигает версию о плохой видимости, ставшей причиной трагедии.

Не все детали пока выяснены, но картина постепенно вырисовывается. По словам выжившего пассажира L-410, первая попытка приземления не удалась – был сильный туман. Вторая попытка закончилась падением самолёта. Вероятно, ситуация усугублялась выходом из строя навигационного оборудования.

Уголовное дело возбуждено. Проверки проводят и СК, и транспортная прокуратура. С 13 сентября в Казачинско-Ленском районе действует режим ЧС, введённый по прямому указанию губернатора Иркутской области Игоря Кобзева. Для родственников погибших организована специальная горячая линия. Сумма компенсации от областного правительства составит миллион рублей на семью. Для получивших тяжёлые травмы – пятьсот тысяч на человека. Сегодня в регионе день траура.

Приостановлены ночные полёты местной авиакомпании «Сибирская лёгкая авиация» (СиЛА). «Мы заменили расписание в Иркутске, нам запретили по ночам летать на посадочные площадки. Нам из Федерального агентства воздушного транспорта Росавиации пришел запрет», – сообщил первый заместитель директора компании Александр Гениевский. По его мнению, запрет не является обоснованным, так как нарушений не выявлено.

Цепь трагедий не прервалась. Ещё одно крушение произошло 13 сентября под Белгородом. При проведении сельскохозяйственных работ разбился одномоторный самолет PZL-101 Gawron. Пилот погиб.

Эти события заставляют всерьез задуматься о состоянии дел с безопасностью в гражданской, да что скрывать, и в военной авиации РФ.

Состояние дел в иркутской авиакомпании «СиЛА» – вообще отдельная тема. Этим летом в Томской области аварийно приземлился АН-28 из-за отказа двигателей. Авиаперевозчик обладает небольшим парком самолётов, большинство из которых устарели. L-410 эксплуатируются на местных воздушных линиях и по сути являются единственным видом транспорта в труднодоступных районах. Самолёт может совершить посадку на грунт и использует короткие взлётно-посадочные полосы. Эти технические характеристики дают известные преимущества, но в целмо L-410 имеет плохую репутацию. За ней десятки аварий и катастроф с жертвами среди пилотов и пассажиров.

За последние два десятилетия Иркутская область пережила 14 авиакатостроф. Одна из самых страшных трагедий произошла в июле 2001 года. Авиалайнер Ту-154 совершил аварийный разворот в районе посёлка Бурдаковка и рухнул, не долетев до аэропорта. Погибли 145 человек. Жертвами подчас становились и военные, и спасатели. В мае 2013-го сотрудники МЧС производили работы по закладке динамита для подрыва льда на Нижней Тунгузке. Взрывчатка сдетонировала, и это стоило жизни шестерым спасателям на борту вертолёта.

Происходящее с авиацией в Иркутской области – это только вершина айсберга. Во многих регионах авиапарк давно устарел, отсутствует современная инфраструктура в аэропортах. Прилетая в крупный мегаполис, ты, по крайней мере, оказываешься в просторном здании с десятками терминалов, кафе и магазинов. Но в небольших городах аэродром представляет собой небольшую площадку с полуразрушенным зданием. Иногда приземление вообще предстоит в чистом поле. Счастье, если хоть так добираешься целым и невредимым. Такие, например, города, как Кострома (областной центр), Мантурово и Кологрив (районные центры), остались вовсе без авиасообщения.

Обещания чиновников всех уровней остаются на словах и бумаге. Тут не помогают даже выборы. Чему, впрочем, они у нас могут помочь вообще? Инфраструктурные проблемы не решаются, бреши в лучшем случае «затыкают деньгами» (которых всё меньше, и это уже явно сказывается). На самый крайний вариант, можно привлечь кого-то из местных чиновников (тоже не часто, если всерьёз). Система в действии.

Юрий Сосинский-Семихат, специально для «В кризис.ру»

в России

У партнёров