В Василеостровском районном суде завершился суд по делу о покушении на крупного петербургского предпринимателя Марка Балазовского. Судья Виктория Волкова вынесла приговор Николаю Архарову — за организацию несостоявшегося убийства и Владимиру Никольскому — за его неполное исполнение. Приговор оказался на удивление мягким. Недовольными остались обе стороны.

В приговоре нет ничего, кроме второстепенных подробностей

nivan3В неустановленное время и в неустановленном месте, действуя в интересах неустановленного лица Архаров Н. И. решил убить председателя совета директоров компании «Фарма ВАМ» Балазовского М. Б., чтобы скрыть другое неустановленное преступление. Так начинается обвинительный приговор. Для этого Архаров обратился к бизнесмену Черёмухину С. С. И предложил ему приобрести джип, ранее не эксплуатировавшийся на территории РФ за €40 тысяч. Ничего не подозревающий бизнесмен Сергей Черёмухин тут же согласился. Окрылённый столь быстрым успехом, Архаров отправился к своему знакомому Колупаеву Ю. Н. и потребовал в долг $200 тысяч, что на момент обращения составляло 6320000 рублей. Юрий Колупаев, тоже не осведомленный о преступных намерениях Николая Архарова, согласился с радостью и деньги перевёл. На счёт в Рижском отделении банка BaltikumBankAS в количестве «200 тысяч долларов США, что по курсу … не менее 6320000 рублей». Черёмухин, не осведомленный о преступных намерениях, деньги снял и автомобиль купил. За сумму …  что по курсу …. Мерседес-Бенц …

Нет, нам не лень было бы переписывать многочисленные рутинные подробности, кои составляют 99% пятидесятистраничного (!) приговора. Жаль времени и читательских нервов. Понятно, что в обвинительном акте должны присутствовать и номера машин, и точные суммы, и другие важные подробности. Но их функция — прояснить суть произошедшего, а не затемнить, и тем более, не заменить его. В приговоре же по делу о покушении на Марка Балазовского, кроме второстепенных частных подробностей, по сути ничего нет. Ни настоящего обоснования вины приговорённых. Ни объяснения, зачем они делали то, что поставлено им в вину.

nivan4«Далее, в неустановленный период в неустановленном месте неустановленным способом» Архаров склонил Никольского В. В. к убийству Блазовского. Вообще-то, если ничего не установлено, может и не склонил? Или склонил не Николай Архаров и не Владимира Никольского? Но кто-то кого-то всё же склонил, поскольку покушение произошло, и его подробности широко известны. Утром 17 декабря 2012 года у своего дома Балазовский получил 14 пуль, но смог скрыться от киллера, запомнив номер машины. Тяжёлое ранение получил и его водитель, но тоже остался жив.

По результатам расследования были арестованы президент Ассоциации содействия предпринимательской деятельности «Свобода» Николай Архаров и его знакомый Владимир Никольский. Первый — в качестве предполагаемого организатора преступления, второй — в качестве предполагаемого исполнителя. Но известно и то, что водитель Косиненко в суде однозначно заявил: в него и в его шефа Балазовского стрелял не Никольский. А если не Никольский, значит и Архаров его ни к чему не склонял. Кажется, всё очевидно.

Впрочем, киллер преступный замысел до конца не довёл. В водителя он попал, но рана к счастью, оказалась не смертельной. Так же, как и у изрешечённого Балазовского. Удивительно, что при скрупулёзном перечислении ранений, их месторасположении и влиянии на организм, собственно их количество в приговоре почему-то не указано. Лень считать было, что ли? А ведь количественные данные украшают судебные приговоры не менее, чем длиннющие перечни физиологических подробностей.

Свидетели в основном подтверждали, что знакомы с обвиняемыми

Понятно, что ни Архаров, ни Никольский своей вины не признали. Однако судья Виктория Волкова уверена: Несмотря на непризнание подсудимым Архаровым Н. И. своей вины, его вина в организации покушения на убийство, и вина Никольского В. В. в покушении на убийство с целью скрыть другое преступление и облегчить его совершение подтверждается.

Доказательством своей правоты она назвала показания самого Марка Балазовского. Который опознал Никольского и настаивал, что это стрелявший (полицейские подтверждают, что проводили Никольского мимо машины Балазовского в наручниках). Далее — показания водителя Косиненко. Как уже упоминалось, он в Никольском киллера не признал. На что последовало уникальное объяснение судьи. Дескать, уволенный водитель (он действительно уволился от Балазовского, и это не удивительно, ведь нанимался-то возить, а не на пули нарываться) не признаёт, что в него стрелял Никольский… «затаивший злобу» на Балазовского. Так ненавидит бывшего шефа, что собственного убийцу готов выгораживать?

nivan2Ещё одно неоспоримое доказательство представил Евгений Спектор — зять потерпевшего Балазовского. Он поведал суду, как узнав о нападении, «позвонил приятелю в Москву, в результате был объявлен план-перехват». Любопытная подробность. Многое в этом деле проясняющая. Не всякий зять даже крупного бизнесмена может так вот запросто, живя в Петербурге, одним звонком потребовать от столичной полиции немедленно организовать крупномасштабную акцию перехвата. Впрочем, не каждый зять может столь же запросто присутствовать на допросах подозреваемых, да ещё и с применением жёсткого давления, да ещё и требовать у допрашиваемого клятву верности. И получать её. От Черёмухина, «неосведомленного о его, Архарова Н. И., преступных намерениях».

Другие главные свидетели — жена, дочь и племянница Балазовского — в точности подтвердили: да, раненного мужа/отца/дядю видели, его водителя тоже. И даже машину с разбитыми стёклами. Честность этих показаний сомнений не вызывает. Остальные свидетели в основном подтверждали, что лично знакомы с Архаровым или Никольским, а то и с обоими вместе.

Самый важный свидетель — Сергей Черёмухин — тоже дал исчерпывающие показания. О планирующемся преступлении он ничего не знал. Сам машину не покупал, только подыскал покупателя в Риге. Некоего Пацайтиса, найденного неким Волошенюком, который сделал это то ли за €2 тысячи, то ли за €3 тысячи. А потом ещё и машину перегнал. Сам Черёмухин всю дорогу восседал на месте пассажира, но в Петербурге велел водителю оставить машину у гостиницы «Золотая страна», где лично передал портье ключи от неё. И надолго забыл об этом деле.

Удивительно точные показания. Перепутать две и три тысячи евро не так уж просто, это всё же не два и три рубля. Уже по одному этому можно считать, что 2—3 копейки цена этим показаниям. Данным, кстати, после клятвы верности Спектору—Балазовскому.

Якобы слышал, что якобы связан…

Да и вообще как-то не верится в светлую наивность тёртого бизнесмена Черёмухина. Едва ли человек, всерьёз занимающийся нефтебизнесом (совместный с Архаровым проект строительства нефтеперерабатывающего завода в Сланцах), возьмётся перегонять сомнительный автомобиль. Тем более, что сам он утверждает: Архаров предложил сделать это для того, чтобы совместное предприятие имело автомобиль представительского класса. Который, конечно же, и следует применять для заказного убийству. Не покупать же «жигуль», чтобы тут же бросить — как это обычно и делается.

Желание вполне понятное — партнёры-инвесторы из Юго-Восточной Азии весьма трепетно относятся к внешнему антуражу будущих партнёров. А то, что машину угнал и использовал киллер, вину Архарова не доказывает. Никольского, кстати, тоже.

nivan6Он, впрочем, обвиняется и ещё в одном преступлении — незаконном приобретении, ношении и перевозке огнестрельного оружия. Доказательства тому следующие. Показания Балазовского и его родственников о том, что он был ранен. Полицейский рапорт об обнаружении признаков преступления, из которого следует, что «в 37 отдел УМВД России по Василеостровскому району г. Санкт-Петербурга из Покровской больницы поступила телефонограмма № 1224». В телефонограмме ничего не говорится о Никольском и обнаружении у него оружия, там написано, что в больницу поступил раненный Балазовский. Заключение судебного эксперта о характере ран Балазовского. Ещё один полицейский рапорт об обнаружении признаков преступления. На этот раз «в 37 отдел УМВД России по Василеостровскому району г. Санкт-Петербурга» поступила телефонограмма из Военно-медицинской академии. «В данную Академию бригадой скорой медицинской помощи был доставлен Косиненко». В этой телефонограмме — как и во всех остальных, представленных в качестве доказательств рапортах и экспертных заключениях, а заодно и всей кипы свидетельских показаний по делу — нет ни слова о том, что кто-то когда-то хоть одним глазком видел у Никольского не то что пистолет, но даже и рогатку.

Тем не менее, на основании всех этих «доказательств», начиная с показаний потерпевшего Балазовского и заканчивая неким Капрановым Н.В., который якобы слышал от Никольского, что «Николай Иванович был связан с криминалом» (кстати, какой Николай Иванович? это ведь не уточняется), а также справок из больниц и технической экспертизы оружия и автомобиля судья сделала вывод: Вина Никольского В. В.  подтверждается всей совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств.

Ещё раз дословно повторив все показания, судья резюмировала: доказательств для признания обвиняемых виновными достаточно. Но на всякий случай, посчитала необходимым пространно разъяснить, на основании чего отвергла показания Косиненко, и наоборот, полностью удовлетворена невнятными объяснениями Черёмухина. Всё это — опираясь на уже приведённые доказательства, и процитировав их целиком (четвёртый раз в одном документе). Затем снова напомнив присутствующим все обстоятельства дела, которое к концу заседания все, вероятно, подзабыли, судья перешла к собственно обвинительному заключению.

nivan1Она сообщила, что согласно постановлению Пленума № 1 от 27.01.1999 «О судебной практике по делам об убийстве»,  убийство может быть совершено как с прямым, так и с  косвенным умыслом, а покушение на убийство — только с прямым. Из этого глубокого юридического тезиса следует, что Никольский, «действуя в интересах Архарова, с целью исполнить организованное им, Архаровым, убийство», совершил «эксцесс исполнителя» и выпустил в Балазовского и Косиненко не менее 18 пуль. Наконец-то что-то конкретное! Не ясно только, почему «не меньше», а не точное число. В полиции больше восемнадцати сосчитать уже проблема? Всё, что больше — это просто «много»? Или тоже лень было?

Странный приговор наверняка будет опротестован

На этом, правда, конкретика закончилась. Судья перешла к морально-правовой оценке случившегося, делая упор скорее на моральной стороне дела. Это и понятно, тут есть, о чём порассуждать, убивать-то нехорошо. Это знают все. И все с этим согласны. Или, по крайней мере, многие. Поэтому даже не важно, кто убийца, заказчик и жертва. Говорить о том, что убийство — это вообще плохо, можно часами. Без перерыва.  Или с перерывом. В общем долго. Особенно, если больше сказать нечего, а приговор уже готов.

Причём приговор какой-то странный. Архарову — шесть лет, Никольскому — восемь. За глубоко аморальную подготовку с прямым умыслом, 18 пуль, полтора десятка повреждений жизненно важных органов и полное отсутствие признаков раскаяния у обвиняемых.

Что-то не вяжется. Если всё это сделали Архаров с Никольским, то почему получили такой гуманный приговор? Говорят, Спектор с Балазовским уже собираются писать жалобу. Вероятно, сразу в Москву, знакомым. А если Архаров с Никольским не виноваты — что кажется более очевидным, поскольку нет ни одного прямого доказательства их причастности к преступлению, а косвенные выглядят не особо убедительно и берут лишь числом — то за что их вообще осудили? Защитники, говорят, тоже собираются писать. Не жалобу, а апелляцию, и не в Москву, а, как и положено, в следующую по иерархии инстанцию. Так что: продолжение следует…

Анна Мышкина, «В кризис.ру»

У партнёров