Питерская сенсация, будоражащая нервы с начала недели ― частная тюрьма в Агалатово. Вообще-то обнаружена она чуть ли не два года назад, но новость стала достоянием общественности только сейчас. Впрочем, тогда речи о тюрьме не было. Следователи посещали участок по другому поводу. В связи с расследованием убийства короля питерских рейдеров Бадри Шенгелия. Тогда ничего не увидели. Теперь об увиденном ничего толком не известно.

На фоне унылых сообщений о ходе так называемой предвыборной кампании, рассказ о подпольной (в буквальном смысле) тюрьме – несомненно, находка для журналиста. Тем более, что кроме местонахождения и состояния, практически ничего не известно. Большой оперативный простор для разгула фантазии. Она и разгуливается. Да ещё при фамилии одного из владельцев участка: Эскобар. Правда, зовут Эскобара не Пабло, а Артур Аркадьевич. Раньше, до смены фамилии, он был Мкртычяном. И получил этот участок от Аркадия Мушеговича Мкртычяна-старшего. Который приобрёл у Вячеслава Васильевича Василькова.

Но ― и это тоже неожиданность ― задолго до Василькова первым владельцем участка был начальник оперчасти питерского СИЗО №4 (в просторечии – тюрьма на Лебедева) капитан Ренат Алимзанов. К тому времени уже вышедший на пенсию, а ко времени настоящему покинувший этот мир. Умер он в возрасте 51 года, причина в прессе не сообщается. Случилось это ровно за две недели до убийства знаменитого белизского художника и по совместительству самого известного питерского рейдера. Иначе говоря – Бадри Шенгелия.

Хотя это, вероятно, случайное совпадение. Участок с подпольной тюрьмой ему уже не принадлежал.

Да и к Шенгелия этот зиндан имеет лишь косвенное отношение. Участок расположения обнаружился при поиске машины. В которой 17 сентября 2018 года умчались киллеры, расстрелявшие Бадри. В тот раз тюрьму вообще не нашли. Нашли заброшенный дом на мощно огороженной территории. Никаких следов машины или тюрьмы. Двери опечатали и на том покончили.

Лишь через год до городского управления МВД дошли какие-то слухи. Дом и забор уже изрядно порушились, стены ободрались, пол просел… Только поэтому и удалось обнаружить тюрьму. В подполье дома.

Вот тогда-то и началось настоящее расследование. Камеры, решётки, стойка надзирателя и даже «стакан» ― клетка, куда помещают вновь прибывшего заключённого. В общем ― настоящие «Кресты» в миниатюре. Старые, разумеется, что на Арсенальной набережной. Новые-то, колпинские, куда комфортней. Но, видимо, проектировщик ещё не был знаком с новейшими тенденциями российской тюремной архитектуры. Зато обладал познаниями в области крематоростроения.

Нашлось на участке и такое сооружение. Очень напоминающее крематорий. Причём пользованный. Что, собственно, и вызвало наиболее эмоциональный резонанс. Как говаривали в старорусских острогах, «и не диво будет»…

Но не выяснено главное. Кто владел частным застенком? Кого там содержали? Во всяком случае, журналистам о том не сообщается. Более того, по указанию СК тюрьму уже засыпали. Закрывали вопрос ударным темпом – эскорт правоохраны выдвинулся на место буквально через минуты после того, как информация появилась в Сети.

Сведений об узниках и тем более об убитых у журналистов нет. Хотелось бы надеяться, что и не появится. Не исключено, что данное пенитенциарное учреждение ― всего лишь шутка владельца. Но гарантии такой нет. Если шутка, то не только извращённая, но и недешёвая. Теоретически применение такому заведению вполне может найтись. Тюрьмы бывают не только официозными. К примеру, «народной тюрьмой» называли итальянские леваки-краснобригадовцы логово, в котором держали похищенного Альдо Моро. Заводили зинданы для непокорных или невыполняющих планы по хлопку руководящие кадры в советском Узбекистане. Аркадий Бабченко сообщал о частном… «изоляторе давления» на одном из объектов известного путинского повара. В общем, беспрецедентным такое явление не назовёшь.

Но пока что нет информации, которая позволяет поставить агалатовскую находку в этот ряд. Желательно, чтобы и не появилось. А тогда тюрьму можно было оставить в качестве местной достопримечательности. Участок расположен на территории несостоявшегося элитного коттеджного посёлка «Новый Петербург». Возможность побывать на экскурсии в мини-Крестах могла бы привлечь внимание серьёзных инвесторов. Типа сеньора Эскобара, который по меньшей мере однажды побывал в реальных «Крестах». В 2001 году по статье 126 УК РФ (похищение человека группой по предварительному сговору). За это он получил три года тюрьмы, но вскоре вышел по амнистии. Вернуться мог в 2003-м, когда попал за разбой. Но в тот раз вообще отделался условным сроком. И вот, в память о пребывании оборудовал себе… Крематорий, правда, зачем? Остатки от пикника зачищать?

Но это всё о коммерции. Что же касается криминала, то возникает закономерный вопрос: а не зарыты ли ныне под тоннами земли факты, приоткрывающие завесу над тайной гибели Бадри Шенгелия? Ведь в его лице обвинение лишилось главного свидетеля по делам «тамбовского ОПС» и лично Владимира Кумарина-Барсукова.

Человек отзывчивый и безотказный, Шенгелия всегда готов был помочь и засвидетельствовать, что попросят. Даже недорого совсем, поскольку сам не был жадным (в обычном смысле этого слова): «Братан, Васильев меня не кинет, отдаст, что обещал? А то задолбался влачить жалкое существование… Братан, только на тебя надеюсь. А то всё так затянулось, как бы он не забыл про меня».

Это жалостное обращение Шенгелия было процитировано на процессе по делу о покушении на портового магната Васильева. Через посредника потерпевший миллиардер оплачивал показания нужных свидетелей, в том числе Бадри. Барсуков был оправдан присяжными, но волевым усилием подвергнут «спецправосудию» и обвинён вновь. В общей сложности его срок составляет почти четверть века. За рейдерство, вымогательство, организацию покушения и преступного сообщества… – а если всерьёз, за «ночное губернаторство» давних лет, более популярное, нежели «дневное» властвование Валентины Матвиенко.

В этой спецоперации нельзя недооценивать роль покойного Бадри.

Столь же надёжным свидетелем был Шенгелия и в другом резонансном деле. О знаменитой перестрелке на Рочдельской. Нет, нет, о ней он ничего не ведал ― воры в законе с ним не делились своими коварными планами. Но зато по вопросу о взятках высших чинов московского СК он готов был поговорить от души. Он, как выяснилось, сам давал им взятку. Точней, у него её вымогали. Конкретно полковник Михаил Максименко, один из главных фигурантов дела, запертый на 13 лет в колонию как ― по словам своего шефа Бастрыкина ― предатель и взяточник. Получил он от Бадри $50 тысяч. Шенгелия очень хотел, чтобы в отношении некоего сотрудника полиции была возбуждена проверка, а лучше ― уголовное дело. По факту незаконного изъятия у Бадри каких-то особо дорогих для него часов. Конечно, на фоне $500 тысяч, которые получил Максименко от бизнесмена Олега Шейхаметова, сумма вроде бы даже смешная. Но свою ложку в общий котёл обвинения против Максименко правдолюбивый Бадри всё-таки внёс.

В общем, вполне представимо, что на грядущем процессе об убийстве Галины Старовойтовой отыскалось бы место и для Шенгелия. Кто-кто, а он наверняка нашёл бы что сказать. И это особенно важно, поскольку дело явно буксует. Обвинение Барсукову было предъявлено уже более двух лет назад. И предполагалось, что будет передано в суд ещё в 2019-м. Основу заложил мрачно известный в Петербурге криминальный авторитет и экс-депутат от ЛДПР Михаил Глущенко. Сам уже осуждённый за организацию этого убийства. Он, правда, забыл уточнить, зачем Барсукову было убивать Старовойтову. Но этот пробел обвинители быстро восполнили: низачем, просто так, ради какого-то неизвестного. Ну и как это выносить на суд?

К тому же, в деле Старовойтовой назревает новый разворот. Способный сильно изменить всю картину и весь расклад. Недели три назад на контакт с защитой Барсукова вышел петербургский общественный деятель Хасан Бергоев, руководитель петербургского Центра сотрудничества с Абхазией, Приднестровьем и Южной Осетией. И рассказал, как ещё в 1998 году, вскоре после ноябрьского убийства, разговаривал с Михаилом Глущенко – тогда авторитетным предпринимателем.

Михаил Иванович, который и теперь-то полагает себя хозяином жизни, в те времена не стеснялся вообще ничего. А уж в хвастовстве бывал беспредельно откровенен. С гордостью Глущенко рассказал: узнали в Думе о том, что Старовойтова везёт с собой крупную сумму денег, решили – пора. И исполнили.

Версии могут быть различны, включая и политические. Но любая обоснованная исключает причастность Барсукова. Информация Бергоева, логично выстраивающая схему глущенковского разбоя с целью захвата денег – исключает начисто. Остаётся добавить: 10 июля Хасана Юсуповича не стало. Скоропостижно. Но сказанное им – всё же сказано. И достойно профессионального внимания.

…В общем, жаль, что тюрьму в Агалатово сравняли с землёй. Может быть именно там зарыта тайна смерти Бадри Шенгелия. Или следователи всё-таки что-то откопали и теперь изучают всерьёз?

Акулина Несияльская, специально для «В кризис.ру»

У партнёров