Откуда-то сложилось экспертное восприятие – явно не без целенаправленного продалбливания – будто предстоящие выборы в Госдуму станут прологом аж к «транзиту власти». Это выражение сделалось очень популярным. Его успел произнести даже вор в законе Лоту Гули – и вскоре был убит. Главным генератором выступает профессор-политолог Валерий Соловей – и только что закрыт на десять суток. Ведь не случайны же такие совпадения! А если всё-таки случайны? Ну, почти случайны?

Понятно, что и за почти год до думского срока, и тем более за почти три года между думскими и президентскими выборами (если они состоятся не ранее положенного) много чего может произойти. И с ишаками, и с эмирами, и с Ходжами Насреддинами. Ещё понятнее, что голосованиями в РФ не решается ничего. Это принцип государственного устройства. Но вдруг всколыхнулась политическая жизнь, точнее, политическая суета. И в системных «парламентских» партиях. И в партиях, претендующих на «парламентский» статус (неувядаемый лозунг 2011 года: «Я голосовал за других сволочей!» – поныне вселяет надежду). И даже во внепарламентской оппозиции. На последнее, видимо, и сделан расчёт стратегов: закружить в вихре экспертно-политологических вальсов – подальше от уличных реалий.

«Единая Россия», если судить по некоторым данным, получила от Кремля установку на решение весьма амбициозной задачи. Предписано получить более двух третей мест в будущем составе Госдумы. Конечно, по сравнению с выборами 2016 года, когда «партия власти» получила голоса четверти зарегистрированных в России избирателей и три четверти думских мандатов – это явное снижение планки. Интересно, что рейтинг ЕР накануне прошлых выборов был примерно таким же, как и в минувшем ноябре – 31%. Но это по опросу ВЦИОМа.

Накануне прошлых выборов рейтинг рухнул до этого уровня с почти сорока процентов – что не помешало объявленной победе. Расхождения между данными опросов и зафиксированными итогами определялись не только крайней неточностью первых и фальсификациями вторых. Но и зависимостью конечных результатов голосования от фактической явки избирателей. Как поведёт себя оппозиционно настроенный избиратель следующей осенью, пока что предсказать трудно. Нынешняя динамика пандемии не располагает к активности. Соответственно и в результатах голосования может оказаться нечто, сегодня незамечаемое.

Одно можно констатировать с уверенностью: режим продумывает возможные неожиданности и готовит их отсечение. «Пенёчно-багажный» механизм голосования не зря внедрён вслед за обнулённой конституцией. Если же и в нём пропадёт уверенность, выборы ведь могут и вообще отменить. Можно не сомневаться, поводов образуется достаточно. От очередной волны коронавируса до профсоюзного Майдана на островах Фиджи, угрожающего российской стабильности и конституционным заветам предков. Электоральные игры с трепетным ожиданием дозволяются лишь до тех пор, пока гарантирована их бессмысленность. Рассуждения в духе «в конечном счёте власть меняется на выборах! не решится же Путин пойти против всего города, если меня изберут!» – вызывают искреннее сочувствие. Если, конечно, искренни сами эти рассуждения…

Неопределённость усугубляется и пониманием вышеотмеченного принципа: выборы в современной России не являются реальным способом что-либо изменить. Если этот медицинский факт дошёл даже до значительной части политизированной общественности, что уж говорить о глубинном народе. В лучшем случае это спусковой механизм массового протеста, как в августовской Беларуси. Но… «Нет, это было не амплуа Милюкова. Таких действий – он не мог» – писал Солженицын о кадетском лидере 1917 года. Большая часть российского оппозиционного политикума в этом смысле достойно наследует Павлу Николаевичу. Те же, кто вроде готов, более всего озабочены доказать, что они «не оранжевая зараза». Протестовать с подобным настроением – всё равно, что у себя в усадьбе.

Пока что аналитики уверенно прогнозируют попадание в будущую Думу «Единой России», ЛДПР и КПРФ. Трёх системных партий, выражающих различные группы режимных интересов. Четвёртая, «Справедливая Россия», в очередной раз оценивается в зоне риска не пройти пятипроцентный барьер. Но вот ещё двум партиям прочат шансы барьер преодолеть. Если в Кремле возьмёт тактический верх более креативная башня, склонная к перестановке парламентской мебели (Антон Вайно в таком не замечен, но Сергей Кириенко когда-то был не чужд).

Во-первых, это партия «Новые люди» во главе с предпринимателем-торгсетевиком Алексеем Нечаевым. Показавшая неплохие для политического новичка результаты на региональных выборах в последний единый день голосования. Если «Новым людям» удастся войти в парламент, там после долгого перерыва появится умеренно-либеральная фракция. Во-вторых, на поле социальных требований может успешно сыграть Российская партия пенсионеров за социальную справедливость. Здесь на руку могут сыграть не слишком уклюжие планы правительства в очередной раз как минимум сэкономить, а при удачном раскладе и заработать на самых бедных. Заявленные намерения заняться выявлением и учётом пенсионерских «дополнительных доходов» и «имущества, потенциально приносящего доход» – неплохая агитация за партию Владимира Буракова.

ЛДПР явно «исписалась». Жириновский продолжает занудное «больше ада!», но после 2014 года явно буксует, не в силах изобрести что-то по-настоящему новое. Старания превзойти власти в империалистической, репрессивной, ксенофобской и антизападной риторике удаются далеко не всегда, а больше предложить нечего. Впереди же маячит не слишком благоприятный в плане партийного пиара процесс по делу об убийстве Галины Старовойтовой, в котором ключевое место занимает прежний «сокол Жириновского». Однако сомнений по поводу попадания ЛДПР в Думу очередного созыва никто не высказывает. Люди не новые и потому надёжные.

КПРФ изображает радикализацию более успешно. Разумеется, в допускаемых властями рамках. Это проявляется, например, в московских попытках массовых мероприятий против дистанционного образования. Тема, конечно, довольно амбивалентная. Популярная у родителей, но вызывающая настороженность у преподавателей, находящихся в зоне риска. Довольно успешно обыгрывается удачный состав депутатов Мосгордумы от КПРФ – во фракции преобладают новые и на удивление непротивные лица, выдвигаются в целом разумные инициативы. КПРФ традиционно стремится создать вокруг себя блок «лево-патриотических» сил, но здесь зюгановцам предстоит столкнуться с энергичными конкурентами-спойлерами.

В антураже псевдолевой социально-экономической программы, агрессивного империализма вовне и безусловной лояльности Путину скомпонована партия «За правду» под командованием Захара Прилепина. Известный, где-то даже популярный писатель, по взглядам патриархальный державник и сталинист, он прославлен не только своим пребыванием на донбасской войне, но и последующим комментарием либерального публициста Игоря Эйдмана: «Прилепин очень хотел стать массовым убийцей. Долго добивался. А какие-то злопыхатели не верят. «Я боевиками командовал, много людей убил! – Фу-ты ну-ты, как страшно. Сейчас под кровать залезем. Ты просто перед камерами с автоматом красовался. Не гони!»

По собственному определению, «За правду» – партия левоцентристская (также «левоконсервативная»), поддерживающая президента Путина, не социалистическая и не коммунистическая. (Замечено, что в текущую эпоху коммунизм стал меньше котироваться в тоталитаристских кругах – слишком много «гуманистических» побрякушек. Нынче всё гораздо откровеннее. «Номенклатурный реванш поднимается на иных идеологических конструкциях. От коммунизма они отличаются тем, что даже демагогически не претендуют на гуманность и прогрессивность. Рулит откровенный мрак, грязь и отстой», – констатирует известный в Питере таксист-политолог Евгений Бестужев.) «Не хотим, чтобы у нас были Перестройка и прочие майданы», – собственно, и вся «заправда», оглашённая самим Прилепиным на учредительном партсъезде в прошлом феврале.

В минувшую субботу «За правду» провела всероссийскую конференцию с футбольным названием «Вперёд, Россия!» (в 1990-х годах так именовалась ультралиберальная партия Бориса Фёдорова, но это сейчас мало кто помнит). Результатом стал документ с длинным и слегка зловещим названием «13 краеугольных камней идеологической платформы для объединения левых и патриотических политических сил в России в 2021 году». Совершенно постмодернистски выглядел подбор VIP’ов. Мало того, что приветствия прислали Александр Проханов и Наталья Нарочницкая – никогда не замечавшиеся в левых симпатиях, зато  разделяющие заявление с сайта партии: «Россия – Империя, была, есть и будет». Участвовали знатный конспиролог-развратитель исторического сознания Николай Стариков, кинопостановочный боец Стивен Сигал, бывший лидер левого крыла Республиканской партии России и ставший ярым националистом Владимир Филин, писатели «прохановского гнезда» Герман Садулаев и Владислав Шурыгин… Так и хочется воскликнуть: «Сам Ефим Георгиевич был!» На таком фоне недоумение вызывает даже известный наивностью Юрий Болдырев, три десятилетия ищущий своего политического места.

Социально-экономическая часть сформулирована с явным влиянием идей видного бывшего ельцинского министра и путинского советника Сергея Глазьева (например, «на депозите государственного банка миллион рублей каждому новорожденному гражданину России, которым он сможет воспользоваться по достижению 18-летия»). Экзотическое требование включить в конституцию право на труд, а в УК – статью за «тунеядство» (интересно, в какую из двух категорий попадают писательские занятия Прилепина?). Далее «народная собственность» на природные богатства – вспоминается вопрос любознательного советского человека: «Где находятся закрома родины? Только точно!» Восстановление цензуры на радио и телевидении, введение цензуры в интернете и в культурной политике. Тут уместнее вспомнить уже Аркадия Аверченко: «Засадил бы критиков в тюрьму, а народонаселение обязал бы читать только свои книги – не менее одной в день вместо утренней булки».

Во внешней политике декларируется закрытие от всех внешних влияний, откровенный экспансионизм и ирредентизм: «Мы за расширение России. Необходимо обеспечить присоединение к России всех территорий и сообществ, готовых жить вместе с нами, начиная с Приднестровья или Донбасса и заканчивая Абхазией или Южной Осетией». Наконец, вполне в духе весенне-летних поправок в Конституцию:  «Мы одинаково ценим Александра Невского и Иосифа Сталина, Александра II и Владимира Ульянова (Ленина)» (на вкус автора этих строк более пряно ощущалось бы, если поставить в одну пару «царя-освободителя» с «генсеком-закрепостителем», но тут у авторов явно не хватило либо смелости, либо извращённой фантазии). Тринадцатый же пункт – фактически парафраз нововведённого пункта 4 статьи 68 Конституции РФ: «Основа нашей многовековой цивилизации – российская культура. Развивая культуру, мы укрепляем нашу цивилизацию, государство, народ».

Всё-таки Мао Цзэдун выражался яснее: «Наш коронный номер – война и диктатура. Мы должны покорить Земной шар». Хотя был не писатель, а поэт. В целом же – гремучая смесь «социалистической» риторики с оголтелым имперским (не этническим) национализмом. «Крышевание» от силовых башен не слишком скрывается. Скорее даже афишируется – пусть не прямо, но с явным чувством законной гордости. Ситуация, увы, знакомая нам из истории. Но отметим: не от хорошей жизни делаются такие ставки.

На противоположном же фланге мы видим успехи властей в последовательном выдавливании из страны лидеров и спикеров несистемной оппозиции. При ужесточении преследований за реальные или мнимые связи с «закордоньем».

Вслед за Михаилом Ходорковским в изгнанника превращают Алексея Навального. Об этом свидетельствуют постоянные информационные вбросы. То заявляется, что его не пустят в Россию, поскольку он покинул страну «не в установленном порядке». То организуют «утечку» о проверке Следственным комитетом «экстремистских высказываний» на «Эхе Москвы». Одновременно продолжается давление и на Фонд борьбы с коррупцией, и на «Открытую Россию».

Можно, конечно, сказать, что в современном мире с Интернетом и мессенджерами вынужденная эмиграция не так уж политически губительна. По крайней мере, не приводит к такому отрыву от страны, как полвека назад. Отчасти это так. Но эволюция Вильнюсского форума заставляет печально констатировать: лишь отчасти. Состоявшийся аккурат в годовщину украинского Майдана, на фоне упорных беларуских протестов, Форум выглядел собранием если не «пикейных жилетов», то «диванных стратегов».

Проблема, собственно, даже не в эмиграции. Многие участники живут в России. Не раз отмечался высокий интеллектуальный уровень программных разработок. Но именно замыкание на программах, практическое отсутствие социального развёртывания и бросаются в глаза как характерная черта.

Внутри страны тоже немало разброда и шатаний. Порой с трагифарсовыми моментами. Типа второго за год (первое – в мае в Москве, второе – в прошедшую пятницу в Питере) задержания Валерия Соловья. Короткая прогулка-беседа у Гостиного двора обошлась профессору в десять суток админареста за «нарушение масочного режима».

Соловей – фигура по-своему удивительная. Весь год он выступал как озвучиватель тайного «инсайдерского» знания, сенсационных прогнозов и сливов. Ни разу не подтвердившихся, зато принесших ему устойчивую известность. Да и как иначе, если на 31 декабря предсказывается отставка Путина, а на 15 января чуть ли не уход его в мир большинства? Как такое не оценить? Можно не напрягаться, сиди и жди, прекрасное будущее само свалится на голову – к этому сводится глубинный смысл выступлений Соловья. Режим должен быть благодарен отнюдь не в размере десяти суток.

Петербургский случай можно считать уже за откровенный сигнал: из Валерия Соловья делают очередного «оппозиционного лидера». Здесь просматривается не просто комизм и чёрный юмор. Не скажешь даже, что «рыжему делают биографию». Тут какое-то совсем уж изощрённое издевательство. Не над профессором – над оппозиционной общественностью.

Программа возглавленного Соловьём движения «Перемен» выглядит в целом достаточно разумно. Обычный набор либерально-правовых установок. Но непробиваемо впечатление от филина-стратега из известного анекдота. Образ Соловья-предсказателя (во многом уже нарицательный) говорит сам за себя и за движение тоже. Характерная деталь: на встречу Соловья со сторонниками напали прилепинцы. «За правду» против «Перемен». Ну то есть как напали? Кинули дымовую шашку, не всеми у Гостинки и замеченную. Написали листовку про «медведей, которые на лету замерзают» (загадочность этого высказывания заставила комментаторов рассуждать о сравнительных эффектах разных наркотических веществ).

Такова политическая борьба в современной России. Точнее, таковой хотели бы её видеть кремлёвские политтехнологи. Фейки превращаются во фриков, наталкиваются друг на друга – и за это получают пропуск в политику. Разумеется, оппозиционную. Никому другому в ней места не предусмотрено.

Не все, впрочем спросят разрешения. Несистемный, антирежимный национализм обретает однозначно антиимперский характер. Достаточно взглянуть на чёрно-зелёную символику тамбовской Антоновщины, которая преобладала на разогнанном 4 ноября Русском марше.

Уличные акции оппозиционных радикалов остаются в правовых рамках. Попранием права, наоборот, является их подавление. Но уже витают в воздухе опасения перед неким «подпольным крылом» оппозиции. Готовым к силовым методам. Для начала на символическом уровне. Подобные проявления периодически фиксируются уже не первый год.

Не вполне ясно, каким станет его идеологическое оформление. Но это и не самое важное. Красно-чёрные цвета потенциально дают широкий простор, особенно в плане «анти». А политизацию социальной среды опять-таки готовят своей политикой сами власти. Например, жестокостью порядков в местах лишения свободы. Которые уже прорываются крупными мятежами. И как бы реальная политика в самом деле не перетекла в эти пласты общества…

В любом случае, пора подумать, возможна ли в принципе консолидирующая программа для широких кругов несистемной и системной оппозиции. И какими могут быть способы действия этих весьма разнородных – часто до несовместимости – сил. Может ли быть включена в политическую программу социальная повестка. Пора заметить  интересный и сложный момент: при остроте социальных проблем на постсоветском пространстве массовые протесты возникают и развиваются скорее под общедемократическими лозунгами. Чисто социальные вопросы не вызывают особого энтузиазма, выводящего на улицу.

Если какие-то тенденции к единству и будут возникать, то скорее в форме временных и ситуативных соглашений ad hoc. В духе старой плехановской формулы 1905 года: «Врозь идти, вместе бить!» И не столько с позитивной программой, сколько для расшатывания диктатуры. Для пробивания выхода из тупика, в который загнан российский политикум во всех его проявлениях.

Иван Трубкин, специально для «В кризис.ру»

Общество

У партнёров