В Хороге, памирской столице, убит Мамадбокир Мамадбокиров. Соотечественники знали его под именем Бокир. Отставной полковник пограничных войск. Неформальный лидер Горного Бадахшана. В гибели Бокира явственно просматривается спецпочерк. Правящий режим Эмомали Рахмона с предельной жёсткостью зачищает непокорную автономию. Но меняется и формат сопротивления. Потрясения способны и в Таджикистане открыть эпоху перемен.

«Он был памирской вершиной. Его могила станет местом хаджа, – говорит Дододжон Атовулло, лидер оппозиционного движения Ватандор. – Даже смерть такого человека служит благому делу: объединению таджиков против бесчеловечного рахмоновского режима. Любому романтику-идеалисту стало теперь понятно: не может быть ни диалога, ни компромисса. Только национально-освободительная борьба. Для таджикской нации настаёт “час X”».

Те, кто организовал и совершил убийство, наверняка рассчитывают сломать социальный стержень Бадахшана. Разрушить хорогскую структуру, сложившуюся вокруг Бокира. Снять созданную им бадахшанскую самозащиту. Довершить оккупацию «таджикского Панджшера». Убрать многолетнюю проблему полновластия Эмомали Рахмона-старшего. Возможно, и расчистить престолонаследие для Рустама Эмомали-младшего.10 октября прошлого года Мамадбокиру Мамадбокирову исполнилось 58 лет. Коренной памирец. По местному преданию, его прадед был бадахшанским героем, доблестно защищал Памир от вторжений из Афганистана. Сам Бокир участвовал в гражданской войне начала 1990-х. Прокоммунистический «Народный фронт» и «исламско-демократическая» оппозиция боролись тогда за власть в Душанбе. (Вожаки НФ привели к власти Рахмона, после чего быстро погибли.) В этом противостоянии Бокир не участвовал. Его отряд местной самообороны защищал Бадахшан, не пропуская чужих боевиков.

После мирного соглашения 1997 года Мамадбокиров поступил на пограничную службу. Командовал Мургабским погранотрядом. Многое сумел, заработал лютую ненависть наркобаронов. Конфискованный героин исчислялся центнерами. Авторитет Бокира возрос и укрепился. Не только по должности и званию.

Отслужив, вернулся в Хорог. Административных постов не занимал. Предпринимателем не был (хотя увлекался яководством в высокогорном Мургабском районе). Он мог бы многое получить и в государстве, и в бизнесе. Но не считал это нужным. Бокиру было достаточно неформального лидерства. В современном Таджикистане это практически официальный термин, тем более применительно к Бадахшану. Именно неформальные лидеры и их активные сторонники несколько раз отстояли автономию Памира за последние десять лет. Некоторые из них (даже Толиб Аембеков, брат национального героя Абдуламона) шли на договорённости с центральным правительством, что-то уступали. Мамадбокиров держался неуклонно. И потому выдвинулся  в лидерстве на первую позицию.

Земляки уважали Бокира. Прислушивались к его мнению. Вокруг него группировалась хорогская молодёжь. Случись конфликт соседей или произвол чиновников – люди шли к Бокиру. Уверенные в справедливом решении. И не ошибались.

Есть в мире государства, где власть и закон враждебны человеку. Тогда право и справедливость достигаются иными путями. Альтернатива найдётся всегда, если есть кому взяться. Берутся робингуды, как Бокир. «Иди и передай шерифу, что сын старого охотника основал здесь своё королевство».Авторитет в народе – преступление в глазах властей. Мамадбокирова обвиняли в «создании криминальной группировки», «сотрудничестве с террористическими организациями», «подрыве конституционного строя», «одурманивании молодых людей преступными идеями». Тридцать четыре уголовных дела за тридцать лет. Чаще всего по статьям об «оскорблении представителя власти», «организации преступного сообщества», «бандитизме», «терроризме». Это уж как водится. Большевики называли «бандитами» тамбовских антоновцев, нацисты – советских партизан, колонизаторы – национальных повстанцев, помещики – бунтующих крестьян… Странно было бы, случись в Таджикистане иначе.

Среди подчинённых Мамадбокира Мамадбокирова в Мургабском погранотряде был Алишер Мирзонабот. У которого катастрофически не сложились отношения с командиром. Из отряда ему пришлось уйти. Но он не пропал. Бокир остался полковником, Мирзанабот – генерал. Перешёл на службу в Госкомитет национальной безопасности. Вошёл в ближний круг нынешнего председателя ГКНБ генерала Саймумина Ятимова (ныне по факту второй номер в государстве). Возглавлял управление ГКНБ в Горно-Бадахшанской автономной области. С осени 2018-го – зампред ГБАО, то есть заместитель главы региональной администрации. В ноябре 2021-го был утверждён председателем, то есть главой Горного Бадахшана. Дальше начались яростные хорогские протесты. Обернувшиеся ныне карательной экспедицией.

Генерал Мирзонабот – формальный глава. Бокир – неформальный лидер. Друг друга запомнили ещё с Мургаба. Ничем хорошим это кончиться не могло. Полгода назад многие задавались вопросом: для чего президент Рахмон и генерал Ятимов так демонстративно идут на конфликт с бадахшанцами? Зачем отстраняют популярного в народе председателя Ёдгора Файзова, заменяют его генералом госбезопасности? Ведь ситуация уже накалена. В Хороге пролилась кровь. Только Бокир и ему подобные предотвратили тогда дальнейшее кровопролитие, убедили земляков сдержаться. После чего Бокира же обвинили в «раздаче оружия и провоцировании беспорядков». Теперь его нет.

За четыре последних дня против Бокира возбудились ещё два дела: о «нарушении правил организации митингов», «терроризме» и «публичных призывах к насильственному изменению конституционного строя». 17 мая МВД Таджикистана огласило специальное заявление. В тексте прозвучали имена троих «организаторов незаконного митинга»: Мамадбокир Мамадбокиров, Алим Шерзамонов, Ульфатхоним Мамадшоева. Неформальный лидер Хорога, деятель оппозиционного Национального альянса Таджикистана, журналистка-правозащитница. Шерзамонов в эмиграции. Мамадшоева арестована. Мамадбокиров убит. Не прошло недели, как устранили двух из трёх.

Официальная версия гибели Мамадбокирова – «убит в результате внутренних разборок криминальных групп». Короче, обычное «это они сами бомбят». Но отдельно сказано о его «преступном мировоззрении» (интересная формулировка высвечивает российские перспективы – зачем иноагентство, когда есть мыслепреступление). Так подводит черту УМВД по ГБАО. Во главе которого стоит генерал Абдурахмон Аламшозода. По оценкам знающих комментаторов, он курирует на месте спецоперацию усмирения Памира. По некоторым данным, тесно, по-родственному, связан с генералом Ятимовым. За которым, в свою очередь, просматриваются президентские амбиции. В случае, если передача власти действительно планируется, в схеме не исключены сбои.Внутриполитический аспект событий очевиден. Закрепить бесконтрольную власть клана Рахмона. Возможно, в преддверии престолонаследия по туркменскому образцу (в таком случае не очень-то доверяет Рахмон-старший преемнику – если думает, что тому не справиться с Ульфатхоним). Так же закрепить при любых раскладах особое положение силового блока во главе с Ятимовым. Есть и геополитический аспект: подавление бадахшанской автономии отражает ориентацию Душанбе на Пекин, фактический заход в сферу китайского контроля. Вот так далеко заходят взаимосвязи. Такие круги расходятся от убийства отставного полковника.

Таджикистан помнит жесточайшую гражданскую войну. Мир в стране – первейшая ценность. Но режим наглядно показал, во что он ставит конструктивный диалог и мирный протест. Уже известно о «Военном крыле оппозиции» – эти люди намерены защищать мирные собрания от карательного произвола. Теперь поступает информация о формировании Армии обороны Бадахшана – для защиты памирцев от террора правительственных сил. А что такое бадахшанская самооборона, достаточно хорошо известно. Хотя бы на незабываемом примере Бокира.

«Неформальные лидеры» встречаются и в России. «Ночной губернатор» Кумарин в Санкт-Петербурге. «Алюминиевый король» Быков в Красноярске. «Первый от “Уралмаша”» Хабаров в Екатеринбурге. В Ярославле мэр Урлашов, в Хабаровске губернатор Фургал даже соединяли неформальность с официозом. Мамадбокир Мамадбокиров не был на них так уж похож. Но все они были уважаемы в своих регионах и создавали социальные альтернативы. Судьбы известны. Петля в камере настигла только Хабарова (недаром «вечерний …звон» так визгливо соловьит на Урал), но решётки и проволоки не избежал ни один из них. И статьи им предъявлялись похожие на те, что Бокиру.

Карательная политика правящего режима РФ – «спецоперация» внутреннего употребления. Есть куда посмотреться в зеркало.

Сергей Казанов, специально для «В кризис.ру»

в Мире

У партнёров