17 мая 1891 года на полянке Шустровского леса за Екатерингофским парком прошла первая русская маёвка. Собралось на неё по разным подсчётам от 70 до 100 рабочих с заводов Нарвской заставы. Организатором этого несанкционированного массового мероприятия стала группа Михаила Бруснева.

Михаил Бруснев приехал в Санкт-Петербург с Кубани и поступил в Технологический институт. В первые годы в столице империи он мало интересовался политикой, но состоял в кубанском землячестве. Благодаря этому познакомился со своим земляком Пахомием Андреюшкиным ― участником Террористической фракции Народной воли. Казнь пятерых участников «второго» первого марта ― Александра Ульянова, Пахомия Андреюшкина, Василия Генералова, Петра Шевырёва и Василия Осипанова ― потрясла Бруснева. С этого дня его жизнь в корне переменилась. Он с головой окунулся в революционную теорию, прочитал «Капитала» Маркса, «Социализм и политическую борьбу» Плеханова. Но, видимо, карьера этих кабинетных учёных Бруснева совершенно не привлекла. От теории он очень быстро перешёл к практике. И на этом поприще оказался непревзойдённым организатором.

В 1889-м он стал членом кружка студентов-пропагандистов Техноложки. Уже через год этот кружок стал крупнейшим среди подобных организаций Питера. А их к тому времени было около двух десятков. В основном их возглавляли интеллигенты, но были и такие, где у руля стояли рабочие. Бруснев решил все эти разрозненные кружки объединить. Всего за год ему это удалось. Была создана мощная организация, состоящая из двух подразделений. Одно ― интеллигентский центр, руководивший работой всей организации. В него вошли студенты Технологического, Лесного, Горного институтов и Санкт-Петербургского университета. Второе подразделение ― Центральный рабочий комитет ― осуществляло непосредственное руководство рабочими кружками на Путиловском, Обуховском, Балтийском и других заводах. Именно они и составили ядро первой маёвки.

Вскоре Бруснев закончил институт и получил предложение работы в Москве. Предполагалось, что там он продолжит работу по объединению рабочих кружков уже в масштабе страны. Он успел установить связь с кружками Тулы, Казани, Нижнего Новгорода, Харькова, Киева, но в апреле 1892-го был арестован за распространение нелегальной литературы. Два года он просидел в тюрьме, а потом отправился в ссылку в Якутию. После этого питерская группа прекратила своё существование.

Вот до этого момента кажется, что речь идёт вовсе не об истории стотридцатилетней давности, а о днях сегодняшних. Навальный начал со скромного и в общем-то вполне мирного «РосПила», потом замахнулся на большее, создав целый антикоррупционный фонд. Дальше ― ещё круче: в стране появилась целая сеть штабов, не только что-то расследующих, но выводящих людей на различные «маёвки», за это были признаны иностранными агентами. В результате сам Навальный оказался за решёткой, а его структуры ― вне закона. Судебное разбирательство о признании их экстремистской организацией продолжатся 9 июня. И всё тут же распалось. Друзья и соратники, если, конечно, таковыми можно считать Волкова, Жукова и Милова, разбежались и объявили рядовым, что ничего больше делать не надо.

Но есть и коренные отличия. Бруснев занимался не только руководством. Он был лидером, но не главой организации. И усиленно готовил новые кадры. Центральным рабочим комитетом руководили рабочие Фёдор Афанасьев и Алексей Карелин.

Афанасьев был арестован вскоре после Бруснева, три года провёл в тюрьме, был сослан в Ямбургский уезд. А там сразу же сам взялся за объединение рабочих кружков. Объехал практически всю европейскую Россию. В Иваново-Вознесенске стал одним из руководителей стачки 1905 года. Получил уважительную кликуху Отец и был избран депутатом Петербургского совета рабочих депутатов.

Алексей Карелин уже на следующий год после ареста Бруснева организовал в Питере новую маёвку. На неё пришли уже две сотни человек. Выступления ораторов были напечатаны отдельной брошюрой. Вместе со своей женой Верой Карелиной он организовал кружок рабочих-литографов, стал одним из руководителей «Собрания русских фабрично-заводских рабочих Петербурга» Григория Гапона. 9 января 1905 года вместе с женой возглавил шествие рабочих от Васильевского острова. Активно участвовал в Первой русской революции, встретился с Афанасьевым в Петербургском совете рабочих депутатов, куда тоже был избран. До конца жизни боролся за права рабочих.

Это только про двоих, самых известных, а ведь были ещё десятки рабочих из группы Бруснева. Которые продолжали борьбу, хотя сам Михаил Бруснев десять лет провёл в якутской ссылке, после неё надолго отошёл от политики и занялся наукой. Короче, основы организационной работы, которым он учил своих соратников-рабочих даром не пропали. Дело, начатое им, успешно продолжалось.

В общем, есть о чём задуматься Алексею Анатольевичу. И не только ему.

У партнёров