18 марта 1862 года арестован и выслан из Петербурга профессор университета Платон Павлов. Тремя днями раньше в доме Раудзе на Мойке, 61 проходил вечер в пользу нуждающихся литераторов. Выступали Николай Чернышевский, Фёдор Достоевский, Николай Некрасов, Антон Рубинштейн. Выступал и профессор истории Павлов. С речью «Тысячелетие России» (одобренной, как тогда водилось, цензурой). При чтении этой статьи, сообщал «Русский инвалид», профессор Павлов «дозволил себе выражения и возгласы, не находившиеся в статье, пропущенной цензурою, клонящиеся к возбуждению неудовольствия против правительства».

Понятно, что за такую крамолу Павлов был арестован и административным порядком выслан в Ветлугу.

Платон Павлов закончил Главный педагогический институт в Петербурге, затем учился в Московском университете, после этого заведовал кафедрой истории в Киевском университете. В Киеве он новаторски расширил область преподавания истории ― первым в России ввёл «Курс истории пластических искусств, в связи с развитием культуры». Организовал при Kиевском университете музей изящных искусств и при нём ― специальную библиотеку по искусству.

В это же время он стал участником Киевско-Харьковского тайного общества ― революционного объединения студентов Харьковского университета. Основателями были народники Яков Бекман, Митрофан Муравский, Пётр Ефименко. Никакой сколь-нибудь чёткой программы у общества не было, но были общедемократические, как теперь говорят, установки: отмена крепостного права и установление республиканского строя. Члены общества выпускали рукописные прокламации. Через них шли в Россию герценовские издания. Павлов сам весной 1858-го побывал в Лондоне и встретился с Герценом. После этого он вместе со своими студентами организовал первые в России воскресные школы для обучения грамоте взрослых и детей. Павлов называл это движение «школьной революцией».

В феврале 1860 года тайное общество было раскрыто, 22 человека арестованы и сосланы. Павлова, однако, не репрессировали, но от греха перевели в Петербург. Сначала в археологическую комиссию, а в 1861-м в Петербургский университет. Но преподавать ему не привелось: Университет был закрыт до 17 марта 1862-го, а на следующий день его арестовали.

«Россия стоит теперь над бездной, в которую мы и повергнемся, если не обратимся к последнему средству спасения, к сближению с народом. Имеющий уши слышать, да слышит».

Эти слова, ставшие поводом для ареста, конечно, могли показаться крамольными. Тем более, что Павлов уже был под подозрением. И кара воспоследовала незамедлительно. Ведь, если вдуматься: попробуй-ка ― сейчас, в нашем самом суверенно демократическом государстве ― заикнись про падение экономики в глубокую пропасть или начни сближаться с народом… По поводу первого в Госдуме уже разработали поправки в УК РФ, по которым будут карать тех, кто сообщает о росте цен на продукты питания (заведомо ложно, конечно). А второе и вовсе приравнивается к экстремизму.  Так что бдительность самодержавия вполне объяснима.

Павлова отправили в ссылку, но народные воскресные школы продолжали работать. Причём движение ширилось и росло с невероятной скоростью. Это заставило власть обратить на явление пристальный взор. И первым прозорливцем оказался… шеф жандармов Долгоруков. «Польза грамотности неопровержима, ― пафосно сообщал он царю 18 декабря 1860 года. ― Но правительство должно необходимо принять безотложные и деятельные меры, дабы стать во главе сего движения, обратить на пользу бессознательное увлечение праздных и бродящих умов; дабы правильным, зрело обдуманным руководством предупредить всякую возможность уклонения к вредным началам, коих присущность очевидна. Препятствовать распространению школ вредно и едва ли возможно. Не должно оставлять их в тех руках, которые невольно приняли их на своё попечение. Исподволь и осторожно следует обратить все народные школы в учреждения государственные. Осторожно и спокойно отстранить всякое покушение к расширению учебной программы, которая должна быть ограничена преподаванием правил веры, грамоты, письма и счёта, не допуская чтения книг».

Царь-реформатор внимательно изучил цидульку Долгорукова и в целом одобрил. И передал её для дальнейшего усовершенствования министру народного просвещения. Министр Ковалевский силой жандармских доводов проникся, и на их основе издал циркуляр: использовать в воскресных школах только рекомендованные правительством учебники и приставить к каждой школе надзирателя за нравственностью и благонадёжностью преподавателей.

Вот ведь откуда есть пошла нынешняя система образования в РФ. Вовсе не с дикого Запада она навязана, а родилась на своей родной посконно-кондовой почве. Ни старой, ни новой золочёной сволочи умные образованные подданные не требуются. Для того, чтобы чемодан перенести или пол помыть теория относительности не нужна. И знание родной истории и литературы тоже. Достаточно, чтобы холоп умел посчитать чаевые и расписаться в получении. Ну и богу сказать спасибо за это благодеяние.

Будто читаешь не архивный документ полуторастолетней давности, а свежий номер «Учительской газеты» с новыми установками Минпросвещения. Тут тебе и запрет на учебники, не прошедшие госцензуры, тут тебе и запрет на просвещение без гослицензии, тут тебе и бдительные надзиратели ― «комиссары детских душ» или «навигаторы детства» (это уж кому как больше нравится).

Короче, реформа на марше.

У партнёров