18 января 1918 года в Таврическом дворце состоялось первое заседание Учредительного собрания. Оно же оказалось и последним. Хотя именно с ним связывали самые радужные надежды: Учредительному собранию предстояло решить, каким путём будет двигаться Россия, свергнувшая прогнившую монархию.

Поэтому даже непростое дело выборов в воюющей стране провести удалось. Из 110 млн жителей России на основе всеобщего избирательного права проголосовали 50 млн человек. В выборах участвовали 44 политические партии. Избрали 767 депутатов. Мандаты получили 370 эсеров, 175 большевиков, 40 левых эсеров, 16 меньшевиков, 17 кадетов, 2 народных социалиста, 80 представителей национальных партий. Таким образом, в результате свободных демократических выборов у большевиков ― при том, что они уже как два месяца взяли власть в стране ― оказалось менее четверти голосов. И если поначалу большевики активно поддерживали созыв Учредительного собрания, то ближе к его открытию, настроение кардинально менялось. Комиссар пропаганды, печати и агитации Северной области Володарский открыто заговорил о том, что «массы в России никогда не страдали парламентским кретинизмом».

Но просто так игнорировать выбор народа большевики не могли. Не те ещё были силы. Тем не менее, накануне открытия собрания в «Правде» вышло постановление председателя ПетроЧК Моисея Урицкого, запрещающее митинги и демонстрации возле Таврического дворца. Ленин ― сама доброта ― распорядился о доставке в Петроград полка латышских стрелков. Нарком по морским делам Павел Дыбенко вызвал в город вооружённых матросов. В «Известиях» появилось предупреждение: «Чрезвычайная комиссия по охране города Петрограда получила сведения, что контрреволюционеры всех направлений объединились для борьбы с Советской властью и днём своего выступления назначили день открытия Учредительного собрания».

Тем не менее демонстрация в поддержку Учредительного собрания всё же собралась, но была расстреляна большевиками. Погибло более двух десятков человек. И всё же в 16-00 заседание в Таврическом дворце было открыто. На нём присутствовало 410 депутатов. То есть кворум был достигнут. Большевики и левые эсеры присутствовали в количестве 155 человек. Председателем был избран эсер Виктор Чернов.

Заседание ещё не началось, а секретарь ЦК большевиков Яков Свердлов огласил и настоятельно порекомендовал депутатам признать все декреты и постановления Совнаркома. А также объявить страну «Республикой Советов рабочих, солдатских и крестьянских депутатов». Но эсеры и меньшевики настаивали на том, что народ доверил им определять государственный строй, формировать правительство и создавать законы. Большевики и левые эсеры покинули зал заседаний.

А оставшиеся продолжили заседание и успели проголосовать за общенародную собственность на землю и за прекращение войны, провозгласить Российскую демократическую федеративную республику.

Было около четырёх часов утра, когда Павел Дыбенко приказал начальнику караула Таврического дворца матросу Анатолию Железнякову закрыть заседание. Вообще-то Ленин, покидая собрание, никакого разгона не планировал, просто приказал запереть двери после того, как все разойдутся. Но бравому моряку Дыбенко (он тоже был депутатом) ждать надоело: «Приказ Ленина отменяю. Учредилку разгоните, а завтра разберёмся».

Желеняк подошёл к Чернову и произнёс ставшую исторической фразу: «Я получил инструкцию довести до вашего сведения, чтобы все присутствующие покинули зал заседания, потому что караул устал».

В 4:40 утра делегаты разошлись, постановив собраться в тот же день в 17:00, но придя вечером, нашли двери запертыми на замок. У входа стоял караул с пулемётами и артиллерийскими орудиями.

Разгон Учредительного собрания стал не менее знаменательной вехой, чем свержение монархии. С его закрытием надежды на демократическое развитие России рухнули. Новый режим сразу сделал ставку на жёсткий тоталитаризм. Практически все политические партии были запрещены и перешли ― как при царе ― на нелегальное положение. А ведь какой был замах! Почти как в 1989-м. Но нам хотя бы выпало несколько лет свободы.

У партнёров