27 января 1721 года Пётр I утвердил «Регламент Главного магистрата», в котором учреждал регулярную полицию и ставил для неё основные задачи.

Вообще-то полиция была и до этого регламента. И даже до Петра. До того, как он прорубил окно в Европу и посмотрел, как там устроена охранительная система, цари тоже не дремали. Полицейскими функциями обладали наместники и воеводы, при них толклась огромная толпа всяческих губных старост, целовальников, городничих, объезжих голов, ярыжников и прочих решёточных приказчиков. Но всё это было неорганизованно, непрофессионально, каждый, что называется, дул в свою дуду.

Поначалу и Пётр обходился этими доморощенными полицейскими. Но преобразовательский пыл брал своё. В 1715 году в Санкт-Петербурге была учреждена Полицмейстерская канцелярия. В неё отрядили 36 солдат и 5 офицеров Преображенского и Семёновского полков. Но этого явно было что-то не то, не хватало размаха. «Господа Сенат! ― обратился царь к своим птенцам через три года. ― Определим мы для лучших порядков в сем городе генерал-полицмейстера». И определил. Им стал его личный адъютант Антон Девиер. Сенат тут же постановил выделить генерал-полицмейстеру 10 офицеров, 20 унтер-офицеров и 160 «добрых», крепких, хорошо обученных солдат. Из казны выделили 200 рублей для устройства шлагбаумов, которые опускались в 11 часов вечера и поднимались на рассвете. Кроме того, в канцелярию генерал-полицмейстера для ведения делопроизводства были откомандированы один дьяк и 10 подьячих. А генерал-полицмейстеру были вручены «Пункты». Числом тринадцать. Из коих следовало, что, собственно, от полиции требуется. Перво-наперво следовало проверять печные трубы и «також бы никакое строение за линию или из линии не строилось, но чтоб улицы и переулки были равны и изрядны». Следить, чтобы жители соблюдали на этих изрядных улицах чистоту и «сор чистили, и возили на указанное место». Кроме того, полицейские были обязаны разнимать драки на рынках и улицах, проверять «подозрительные дома, а именно: шинки, зернь, картёжная игра и другие похабства». А также хватать «всех гуляющих и слоняющихся людей, а особливо которые под видом аки бы чем промышляли и торговали» ― короче, отлавливать тунеядцев.

Так стало выглядеть солиднее ― и народу подогнали и генерал с «Пунктами» во главе. Через год даже придумали для них особую форму ― кафтаны василькового цвета («И вы, мундиры голубые…») такого же цвета короткие штаны, зелёные камзолы. Вооружили алебардами, шпагами и кремневыми ружьями со штыками.

Полицейским положили жалование наравне с военными. Майору полиции в год полагалось 168 рублей, капитану ― 96 рублей, прапорщику ― 50 рублей, вахмистру ― 14 рублей 40 копеек, сержанту ― 10 рублей 8 копеек, каптенармусу ― по 13 рублей 68 копеек, писарям ― по 8 рублей 4 копейки, рядовым ― по 7 рублей 20 копеек. Меньше всех почему-то получали капралы, всего 6 рублей 96 копеек. Но и они не бедствовали: пуд мяса тогда стоил 30 копеек, пуд хлеба — 10 копеек. А майоры и капитаны так даже могли позволить себе не брить бороду, налог на неё был одноразовый ― 1 рубль 20 копеек.

Но полиции всё равно не хватало. К несению полицейской службы приходилось привлекать местное население. В помощь им выделялись десятники, избираемые с каждых 10 дворов по одному и караульщики ― с каждого двора по расписанию. И это, конечно, непорядок ― гражданский не военный, приказы выпучив глаза не слушает, выполнять не спешит.

И вот ещё через три года был написан регламент и создана наконец настоящая полиция.

От чтения этого регламента на глаза наворачиваются слёзы умиления. В нём декларировалось, что полиция

«споспешествует в правах и в правосудии, рождает добрые порядки и нравоучении, всем безопасность подаёт от разбойников, воров, насильников и обманщиков и сим подобных, непорядочное и непотребное житие отгоняет и принуждает каждого к трудам и честному промыслу, чинит добрых досмотрителей, тщательных и добрых служителей, города и в них улицы регулярно сочиняет, препятствует дороговизне и приносит довольство во всем потребном к жизни человеческой, предостерегает все приключившиеся болезни, производит чистоту по улицам и в домах, запрещает излишество в домовых расходах и все явные погрешении, призирает нищих, бедных, больных, увечных и прочих неимущих, защищает вдовиц, сирых и чужестранных, по заповедям Божиим, воспитывает юных в целомудренной чистоте и честных науках». Заканчивался регламент словами и вовсе неслыханно: «в кратце ж над всеми сими полиция есть душа гражданства и всех добрых порядков, и фундаментальный подпор человеческой безопасности и удобности».

Приведя этот уникальный документ каждый ― каждый! ― историк непременно добавляет, что, как и большинство петровских реформ, эта тоже не была завершена. Добавим: именно эта ― по сию пору.

По последним данным, на мирных акциях в поддержку Алексея Навального полиция задержала 3893 человека. Из них 195 несовершеннолетних, причём некоторых допрашивали без родителей. Как минимум 28 человек избиты полицейскими на улице, в 25 отделах к задержанных применяли насилие и пытки, в 37 отделах задержанным угрожали, в 20 отделах отнимали телефоны и паспорта, в 19 отделах не давали воду и еду.

У партнёров