Фильм, снятый путинским режиссёром Кончаловским на деньги путинского олигарха Усманова. Про страшную русскую трагедию ― массовый расстрел рабочих в Новочеркасске в 1962 году.

Можно было ожидать, что и тот, и другой сильно постараются. Так оно и вышло. По самым последним данным, в среднем на один сеанс в кинотеатре этот шедевр пришли посмотреть по три человека. Как подсказывают, это, вероятней всего, штатные кинокритики и журналисты. Такой сокрушительный успех несомненно радует.

Куда меньше радует то, что фильм-таки нашёл свою аудиторию. Эта аудитория ― к счастью ― не молодое поколение, к которому вроде бы пытались обращаться авторы. Оно, это поколение, оказывается разбирается в киноискусстве (и политике) лучше и видит дальше старших товарищей. Тех мудрецов, которые, пожив в хрущёвско-брежневско-андроповские времена как бы должны были хоть что-то в них понять. Тем более, что в горбачёвско-ельцинское время была счастливая возможность ознакомиться с родной историей поближе.

Это рассуждения общие, а вот ― по сути.

С точки зрения киноискусства фильм оценить не то, что сложно, а просто невозможно ― искусства тут нет. Это пропаганда. К тому же даже невооружённым глазом видно, что Усманов экономил.

Но даже при очень малом бюджете снимать можно по-разному. Например, массовые сцены. Их в фильме практически нет, хотя суть новочеркасских событий именно в том, что на улицы вышли тысячи возмущённых людей. Единственная условно-массовая сцена снята, впрочем, с большим смаком ― это погром в горкоме. Тут режиссёр постарался от души. Вот-де разъярённая толпа крушит и ломает всё, что попадается на пути, а там, в горкоме, может быть даже и предметы искусства. Портреты и бюсты вождей, например. Кисти великих живописцев. Или старинный хрусталь для банкетов. В общем, бойтесь неорганизованной толпы, кинозрители. Тем более, что она всё равно не стоит против организованной силы компетентных органов. Видели, как всё быстро удалось усмирить?

Главные персонажи, конечно, начальство. Его тоже можно показать с разных ракурсов. Но Кончаловский выбирает самый неудачный (с любой точки зрения). Главные персонажи фильма ― мелкие партначальники, читай ― нынешние чиновники. Они не в состоянии решить ни одной проблемы, тут же бросаются к начальству покрупнее. Из центра. Которое по концовке всё и решает. Оно, конечно, жёсткое, но в душе справедливое и человечное. Но и мелкота тоже бывает человечна, у них тоже есть чувства. Как бы даже и возвышенные. Вот, например, старший оперуполномоченный Новочеркасского УКГБ бесфамильный Виктор. Он без сожаления отправляет в застенок девушку-медсестру за то, что она отказывается давать подписку о неразглашении (вплоть до расстрела) о том, что видела. Но тут появляется главная героиня заведующая сектором отдела промышленности Новочеркасского горкома КПСС Сёмина, и оперуполномоченный наповал сражён любовью. После этого, позабыв о «долге перед Родиной» (один мелкий безымянный персонаж пытался разъяснить, что родина ― не начальство, но его очень быстро заткнули), чекист бросается помогать ей в поисках пропавшей дочери.

Главная героиня Сёмина не простой партработник, она ещё и любовница первого секретаря Новочерскасского горкома Логинова (для того, чтобы избежать неприятностей с ныне живущими родственниками персонажа ему поменяли реальное имя Тимофей на мифического Олега). А также бывшая участница Великой Отечественной и пламенная сталинистка. Не устающая повторять в любой ситуации, что при Сталине жить было замечательно. Живущая с романтичной дочерью-комсомолкой Светой и отцом, у которого даже нет имени ― этаким собирательным мудрым дедом, полным георгиевским кавалером, тайным православным верующим и ― предположительно ― бывшим деревенским кулаком. Понятно, что юная Светлана, искренне поверившая в хрущёвские реформы, активно участвует в рабочем протесте. Папаша-ветеран тоже. Но иначе. Он никуда не идёт, но начищает и надевает свои боевые награды, достаёт икону и ждёт… Видимо, готовится при полном параде встретить новую власть. Даже достаёт из тайника старые письма расстрелянных родственников, вероятно, чтобы предъявить в качестве индульгенции.

И вот финал. Ошалевший от любви оперуполномоченный обещает Сёминой любую помощь в части спасения Светланы. Но девушка жива, ей даже удаётся скрыться от чекистов. Счастливая Сёмина обнимает спасённую дочь и лепечет: «Станет лучше…»

Станет лучше ― это обещает упёртая сталинистка в хрущёвские времена. Её в этом обнадёжил суровый и справедливый товарищ из органов (странно, что зовут его не Владимиром).

Вот, собственно, и вся суть фильма, дорогие товарищи!

Блогер Juli Smi

Мнения экспертов

У партнёров