40 лет назад в Гданьске прошёл Первый съезд польской «Солидарности». Своими воспоминаниями поделился с «В кризис.ру» делегат съезда Ян Рулевский – тогда инженер велосипедного завода ZZP и председатель Быдгощского профцентра, впоследствии депутат сейма и сенатор Польши.

I съезд  Независимого самоуправляемого профсоюза «Солидарность» был первым демократическим институтом, проведённым в разрушенных странах. Участвовали около 900 делегатов и 2000 гостей, журналисты со всего мира. Хотя социалистические государства не прислали ни одной делегации.

Процесс отбора делегатов начался в феврале. Первая цель состояла в том, чтобы преобразовать временное состояние Профсоюза, часто хаотичное и неясное, в основанное на постоянном статусе. Вторая цель – принять программу. Съезд прошёл в два тура, в промежутке работали тематические команды. Их было девять – законодательные, политические, экономические. В Быдгоще я руководил командой по рынку и снабжению.

Это была работа, полная демократических дискуссий и полемики. Каждый имел право голоса. Были избраны национальные органы Профсоюза и принята программа Самоуправляемой Республики Польша. Программа являла компромисс между «ялтинскими» политическими реалиями и насущными потребностями реформ. Она ориентировала на вывод страны из тяжелейшего кризиса. Покончить с талонами на продовольствие, долгами и отсталостью, с всевластием партийной номенклатуры и дискриминацией беспартийных. Создать новое плюралистичное культурное пространство. Ограничить цензуру. Выстроить самоуправление на предприятия и территориях. Постулировались даже глубокие изменения в защите окружающей среды.

Наибольшее внимание уделялась выборам председателя. Потребовались три тура. Явным фаворитом безусловно был Лех Валенса. Но баллотировались четыре кандидата, среди которых я оказался последним. Остроту придавали экспромтные вопросы из зала, обращённые к кандидатам.Моя позиция основывалась на профсоюзном опыте, на личном пути борьбы с коммунизмом. Никаких персональных претензий к другим кандидатам у меня не было. Моё выступление было программным, и только.

Я указал сферу свободы, предусмотренную Хельсинкскими соглашениями, подписанными Советским Союзом и Соединёнными Штатами, Польшей и Германией. Я предлагал трудовое акционирование, передачу собственности рабочим. Это было полемикой с концепцией Яцека Куроня, который призывал только к рабочему управлению. Я же хотел, чтобы завод становился сообществом, собственностью и благом для каждого работника. Следовательно, я постулировал новую трудовую этику.

Моя речь подверглась цензуре за радикализм. Только в недавно изданной книге она приведена полностью.

Кандидат Мариан Юрчик требовал радикализма в переговорах с властями и выступил против антидемократических, по его мнению, действий Валенсы. Он делал ставку на будущие свободные выборы в парламент. Кандидат Анджей Гвязда заявил, что в случае избрания проявит большую последовательности, особенно в общественном контроле над властями. Валенса выступил бесцветно, только предостерегал «горячие головы». Он не был готов к выступлению. Возможно, думал, что будет избран путем аккламации. Он и победил в первом туре.

Во время съезда было много споров практически по всем вопросам. И об уставе, и о роли председателя, и о предприятиях местного самоуправления, и о продовольственных карточках. Некоторые хотели немедленного свободного рынка. Даже территориальное деление Профсоюза вызвало эмоциональную реакцию. Профсоюз защищался от цензуры, отстаивал своё право на информацию в бюллетенях и по радио, требовал от властей выполнения всех договорённостей. Но Профсоюз объявил о переговорах без конфронтации.

Программа съезда предусматривала широкие внутренние реформы Речи Посполитой. Даже инициативы по местному самоуправлению опережали всё известное Европе. Стихийно было принято Обращение к трудящимся Центральной и Восточной Европы. Этот документ вызвал некоторое опасения – какова будет реакция Москвы? Но прошёл большинством голосов.

Большой прорыв свободы вызвал резкий подъём в других социальных группах – в деревне, в академическом движении, даже в ПОРП. Новые партии и движения возникли также в самом Профсоюзе. Они считали профсоюзную формулу слишком умеренной и ограниченной для такой задачи, как суверенитет Польши. Однако у них было мало возможностей. Профсоюз располагал инфраструктурой, помещениями, типографиями, сетью связи, деньгами и прежде всего – способностью устраивать забастовки и демонстрации, вести переговоры с властями. Я поддерживал различные инициативы, но сосредоточился на Профсоюзе. Как на единственной силе способной к преобразование страны.

Главные торжества по случаю 40-летия Первого съезда прошли в Гданьске в здании Европейского Центра Солидарности. (Хотя нынешние государственные власти из-за своих конфликтов с Лехом Валенсой принижали роль съезда.) Воспоминания, кинопоказы, встречи… Я лично проводил экскурсии по экспозиции. Были гости из Чехии, Франции, Великобритании. У входа нас встречали огромные плакаты с фотографиями преследуемых в Беларуси активистов и художественные работы диаспоры под лозунгом «Жыве Беларусь!»В этом году я наконец выполнил моральный долг поколения. Своей биографией я показал нашу борьбу с коммунизмом – и написал книгу. Название «Высокая температура» иллюстрирует небывалую до тех пор в истории гражданскую активность поляков. Есть и полемика с Валенсой и его многочисленными союзниками. Что ж… Тогда, в 1980-е годы, я думал: мы должны использовать время, в котором живём. Нужно действовать как можно активнее, чтобы добиться перемен. Умеренные предлагали то же самое, но «в рассрочку». Верность моей стратегии подтвердило военное положение 1981 года. Когда за решёткой оказались и радикалы, и умеренные, и вообще ни в чём не виновные. Мертвецкая коммунистическая система не была способна к реформированию.

Однако мы вместе покинули тюрьмы, чтобы действовать дальше. Чтобы мирным путём достичь перемен, создать в Польше новую систему, свергнуть гнилые послеялтинские порядки.

Книга – моя биография. Но она освещает усилия слабых, сделавшихся сильными. Моё участие в этой борьбе означало: в жизни своей надо семь раз родиться и умереть, чтобы победить.

Ян РУЛЕВСКИЙ, Быдгощ, 27.09.2021

У партнёров