30 миллионов рублей РФ – в общем нормальные деньги. Почти 440 тысяч долларов или 390 тысяч евро. Поскольку речь идёт о годовом окладе, это два с половиной миллиона в месяц. Или восемьдесят две тысячи в день. Бедствовать не придётся. Учитывая, что потребительская корзина на 2020 год рассчитана правительством в размере 11200 рублей, а минимальная оплата труда – 12130 рублей в месяц. Однако сама идея ограничить тридцатью миллионами жалованье менеджеров госкомпаний вызвала массу возражений. Вдруг начальство впадёт в нищету, экономика пойдёт по миру…

Это именно идея. Не более того. Так и сказано в сообщениях СМИ, превративших «процесс о тридцати миллионах» в топовую тему дня. Документа на сей счёт никто не видел даже в проекте. «В правительстве рассматривается идея» – пока на этом всё. Откуда она взялась, тоже никто толком не знает. Может быть, из аппарата вице-премьера Андрея Белоусова. А может, из специальной группы, созданной в аппарате всего правительства, во главе которого стоит Дмитрий Григоренко. Однако ни там, ни там никто не подтвердил. Функционеры, близкие к Белоусову, скорее опровергли.

Хотя предположение по-своему логично. Вице-премьер Белоусов известен как упорный сторонник госрегулирования экономики и социалки. В узких научно-экономических кругах он заработал такую репутацию ещё в позднем СССР (когда популярны были идеи назначить частных предпринимателей и поручить им выполнение «планов партии – планов народа»). В правительственные сферы четырнадцать лет назад его ввёл Герман Греф. Но не сказать, однако, чтобы Белоусов принадлежал к команде «экономических сислибов». Скорей наоборот. Характерно, что впоследствии входил в консультативную группу, близкую Евгению Примакову. Особо вдумчивые обозреватели именуют его «кейнсианцем», кто попроще – «госплановцем».Так он и проявлялся на прежних постах – министра экономического развития, президентского помощника по экономике. Максимум госконтроля регламентации, инструментарий бюджетных расходов. Сильно нашумела его инициатива двухлетней давности: изъять полтриллиона рублей «сверхдохода» у металлургических, агрохимических и нефтегазовых компаний и пустить на «майские указы». Тоже была идея, но поддержки она не встретила. Да и другие белоусовские проекты (того же плана) обычно увязали в противостоянии с монетаристским Минфином Антона Силуанова.

Положение могло измениться в январе, когда Андрей Белоусов был назначен первым заместителем нового председателя правительства Михаила Мишустина. Он стал восприниматься как правая рука премьера по хозяйственной части (а Дмитрий Григоренко – как правая рука Белоусова). Антон же Силуанов не попал в новую коллегию вице-премьеров, спустившись в «рядовые» министры финансов. Для «кейнсианства», «дирижизма», «госпланизма» открылись широкие перспективы.

Так что неудивительно, что инициатива притормозить оклады руководства госкомпаний связывается с именем Белоусова. Или Григоренко. Однако не только. Сама схема теснейшим образом связана с премьером Мишустиным. Начисление окладов и бонусов предлагается производить из принципа тройного оклада главы правительства. Таков потолок. Но если кто-то пожелает получать больше Мишустина, это не исключено. Просто в каждом случае будет решать лично Путин. Захочет – даст. Ему виднее. Официально эта задумка названа по-латыни: KPI. «Перечень показателей эффективности», как бы привязывающий – естественно, по образцу западных компаний – личные доходы руководителей к динамике выручки, чистой прибыли и рыночной стоимости. В общем, всё как у людей, а последнее слово у человека Путина.Что это может значить на практике, никому не известно. Оклады жалованья в госкомпаниях засекречены. Оглашаются только суммарные цифры выплат. Руководители «Роснефти» получили в прошлом году свыше трёх с половиной миллиардов, РЖД – более двух с половиной, «Газпрома» – полтора миллиарда… Какие уж там тридцать миллионов. Реакция из этих структур на сегодняшнюю новость оказалась вполне предсказуема. Либо вообще никакой, либо – «госкомпании и госкорпорации являются коммерческими структурами, где для достижения высоких показателей неправильным будет регулировать заработную плату» (неназванный собеседник газеты «КоммерсантЪ»).

Иначе у хозяев не будет стимула в рыночной конкуренции. Кому надо надрываться за восемьдесят тысяч в день?! Разве что экс-секретарь райкома ради тридцати миллионов рискнёт реальным сроком. «Отвяжитесь с этим коммунизмом!» – примерно так реагировал на вопросы о деньгах Сечина вице-президент «Роснефти» по пиару Михаил Леонтьев. Что ж, все знают, он повеселей Пескова будет.

Собственно, всё это уже не в первый раз. В 2013 году Путин поручал правительству установить KPI к 2015-му. Поручение не было выполнено. Сталин в своё время пытался закрыть партийные спецраспределители – мол, достаточно денег, рассылаемых в секретных  номенклатурных конвертах. Не получилось. Даже у него. Убедившись в этом, генсек мудро махнул рукой. Не так давно Путин заявил, что баснословные доходы топ-менеджмента его самого «задевают и коробят» (и то сказать, забыли, что ли, кто тут главный?!). Но иначе нельзя – руководители госокмпаний обладают высокой рыночной стоимостью. «Отличная работа», как говорят в Америке. В чём убедилась в те же дни не только вся Россия, но и весь мир – когда сечинская «Роснефть» с каприза на ровном месте загнала под плинтус цену на российскую нефть.

И всё же. Само заведение такого разговора о чём-то говорит. Ибо всё же не при Сталине живём. «Прибавка жалованья аппарату в годину народных бедствий – одна из традиций сталинизма», – говорили знающие люди осенью 1989-го, когда Горбачёв раза в полтора поднял партийные оклады:  инструктору обкома с 250 до 400 рублей, первому секретарю с 550 до 850 (средняя зарплата по стране была 217 рублей – аккурат на 1211 килограммов картофеля). Сталин сделал ровно то же зимой 1936-го: секретарю райкома – до 550, в крупном районе – до 750 рублей (средняя по стране – 207 дореформенных рублей, позволявший приобрести 345 килограмм картошки). Разница состояла в том, что при Сталине постановление было секретным, при Гобачёве же в порядке гласности об этом сообщили всей стране. А уж в наше время все эти «шуваловские миллионы» не скроешь при всём желании. При том, что картошку уже отбирают грабители на выходе из магазинов. Вот и приходится правительственным чиновникам пугать менеджеров идеями уравниловки, заклеймённой товарищем Сталиным и господином Леонтьевым.

Природу этой идейности не понять без учёта иных цифр. Каждая десятая российская фирма пребывает на грани закрытия. Выручка падает на десятки процентов, потери частично компенсируются снижением зарплат и сокращением операционных расходов. 35 миллионов человек подвержены на текущий момент риску увольнения. Это почти 50% работающих россиян. Среди молодёжи доля потенциально безработных приближается к 60%. Свыше 50% ждут социально-политических потрясений и массовых протестов, в обществе сгущается тревожный призрак насилия.

Ставка власти: может, увлекутся подсчётом начальственных миллионов? Возблагодарят Путина, что отобрал у тех, кто богаче Мишустина? Может, не поймут в чём реально дело? По себе ведь привыкли судить.

Виктор Тришеров, специально для «В кризис.ру»

Финансы

У партнёров