• 18 февраля 2013 Общество

    Киприоты отвергают партию, не получившую кредит, но опасаются получения кредита

Коммунист офшору не страшен

Никоса Анастасиадиса поддержали более 45% проголосовавших избирателей. Небывалые за сорок лет социально-экономические потрясения скомпрометировали АКЭЛ. Однако многие киприоты крайне настороженно относятся к основному пункту антикризисной программы ДИСИ – достижению договорённости с Евросоюзом и МВФ об условиях чрезвычайного кредита. Отсюда некоторый «сбой» консерваторов в первом туре.  В конечном счёте избрание Анастасиадиса практически неизбежно. Но ему заранее дают понять: общество не примет чрезмерной уступчивости. В греческой части Кипра – а именно там проходили выборы – отношение к евробюрократии и международным кредиторам во многом напоминает яростное отторжение, характеризующее материковую Грецию.

Нельзя сказать, чтобы АКЭЛ проводила в буквальном смысле коммунистическую политику. Хотя в своё время эта партия стояла на позициях ортодоксального марксизма-ленинизма, действовала в подполье и даже вела вооружённую борьбу. Причём сразу на двух фронтах: против греческих ультраправых и турецких неофашистов. Когда в 1974 году Кипр раскололся на греческую и турецкую зоны, коммунисты остались на греческом юге. В турецком Северном Кипре о какой-то легальной деятельности компартии говорить не приходилось – там пришли к власти силы, родственные «Серым волкам».

Коммунисты поставили во главу угла объединение острова. По умолчанию, под эгидой греческой общины, хотя официально говорилось, разумеется, о полном национальном равноправии. Это сделало АКЭЛ признанной частью греко-кипрского политического спектра.

Как ни парадоксально, максимальных успехов кипрские коммунисты стали добиваться после крушения СССР и краха мировой коммунистической системы. Партия эволюционировала в направлении леворадикальной социал-демократии. АКЭЛ создала крупную парламентскую фракцию, взяла под контроль ряд муниципалитетов, усилилась в профсоюзном движении. В 2008 году её лидер Димитрис Христофиас победил на президентских выборах.

Еврокоммунистическая администрация принимала как данность специфику экономического устройства Кипра. Банки, офшоры, туризм отнюдь не предполагалось национализировать. Наоборот, речь шла о том, чтобы развивать эти секторы, укрепляя статус Кипра как особой зоны международных финансовых операций. Хотя кое в чём идеологическая «подгрузка» АКЭЛ всё же давала себя знать. Коммунисты старались усилить госконтроль и централизовать банковский и туристической бизнес. Привлекаемые средства предназначались для наполнения государственных социальных программ (подобных тем, что перегрузили греческий бюджет) и для проведения воссоединительной политики – мечту вернуть Северный Кипр в Никосии не оставили. В этом пункте между коммунистами и консерваторами разногласий нет.

Однако случилось так, что годы правления АКЭЛ пришлись на мировой кризис. Одно время остров держался довольно крепко. Повсеместные потрясения способствовали переводу средств в кипрский офшор, и это создавала своеобразную стабилизационную страховку (подобную российскому стабфонду). Стремление уберечь и нарастить средства вынуждали инвесторов принимать условия кипрских властей. Возникли и перспективы энергетического прорыва – на островном шельфе были разведано газовое месторождение. Правда, на него предъявили претензии власти Турецкой Республики Северного Кипра, за спиной которых маячит тень могучей Анкары и лично амбициозного премьера Эрдогана. Но значение и цена вопроса позволяли Никосии рассчитывать на международную поддержку.

Это наши проблемы

Но мировой кризис затягивался. Отсидеться за офшорно-финансовым барьером становилось всё проблематичнее. Сотрясения еврозоны постепенно докатывались до острова. Особенно болезненным являлся эффект греческого коллапса – сказывались традиционные хозяйственные связи острова Афродиты с Элладой. Рубеж обозначился летом 2011 года. Взрыв на военно-морской базе одномоментно обнажил критическую ситуацию в финансах и сломал все бюджетные балансы. Символично, что именно в момент экономического обвала Республика Кипр вступила в председательство Европейского союза.

АКЭЛ всячески старалась избежать финансовых обязательств перед ЕС и МВФ. Условия кредита были понятны заранее: сокращение госрасходов, режим экономии, децентрализация хозяйства. Это идёт вразрез с идеологией и программой левых, поэтому Никосия рассчитывала на альтернативный вариант. Собственно, эту альтернативу приветствовали бы и еврокредиторы – получить антикризисную субсидию в принципе можно было и от России.

Проблемы Кипра для России никак не безразличны. Российские вложения в средиземноморский офшорный рай исчисляются десятками миллиардов долларов (по разными оценкам, от тридцати до пятидесяти-шестидесяти) и составляют до одной пятой всех средств в кипрских банках. Здесь зарегистрированы сотни предприятий российского происхождения. С другой стороны, Кипр занимает одно из первых мест как источник иностранных инвестиций в РФ. Это официальная сторона, но не менее серьёзна сторона оборотная.

Кипр периодически становится местом выяснения отношений серьёзных персонажей из числа наших соотечественников. Именно здесь в 2004 году произошло громкое убийство петербургского предпринимателя Вячеслава Шевченко и его спутников, сильно повлиявшее на расстановку сил в северной столице России. Буквально сейчас новости из судов Никосии заняли важное место в российской экономической хронике. Здесь образовался один из участков, на котором группа бывшего генпрокурора Украины Геннадия Васильева пытается осуществить рейдерский захват угледобывающих предприятий Кузбасса. Судебная система Кипра основана на британском праве. Оно принимает ссылки на устные соглашения. Этим и воспользовался Васильев, выдвигая претензии на углепромышленные активы предпринимателя Виктора Нусенкиса, расположенные в Кемеровской области. Решения кипрских судов применяются как инструмент лоббирования соответствующих вердиктов в судах российских. Одно это вынуждает присматриваться к происходящему на острове.

Занять нельзя отказаться

Поначалу Россия действительно подключилась к антикризисным мерам на Кипре. Но первые выделенные Москвой средства тут же ухнули в затыкание дыр, пробитых взрывом. И хотя из политических соображений власти РФ склонялись снова поддержать Кипр, на фоне экстренных внутренних расходов забил тревогу Минфин. «Кипр – страна Евросоюза. Европейские партнёры должны сформулировать определённые правила взаимоотношений внутри ЕС, и для нас не очень комфортно вмешиваться в этот процесс», — как бы издалека, но достаточно однозначно высказался по этому поводу Владимир Путин.

Никосии снова пришлось обращаться в Брюссель. Евроцентробанк и МВФ теоретически могут предоставить Кипру $17 млрд. Сумма сравнительно невелика, особенно если учесть, что отказ будет означать банкротство офшорного центра. В новый год Кипр вступил с критически низким рейтингом CCC+ при негативном прогнозе. Еврокомиссия охарактеризовала состояние финансов Кипра как худшее, чем даже в Греции. В среде офшорных вкладчиков началась паника. Поначалу тихая, но набирающая обороты. Тут и там замелькали  рекомендации присмотреться к Британским Виргинским островам…

Кредиторы даже не скрывали, что ждут вчерашних выборов. Победа АКЭЛ делала шансы на выделение средств исчезающе малыми. Но и вероятность такого исхода была столь же мала. Хотя президент Христофиас говорил, что уходит с гордо поднятой головой, его протеже Ставрос Малас (министр здравоохранения в правительстве АКЭЛ) получил поддержку лишь четверти избирателей. Выбор кандидатуры, разумеется, не случаен – партия пыталась сыграть на социальных приоритетах. Но для большинства киприотов в приоритете сейчас финансово-экономические вопросы. АКЭЛ фактически не имеет каких-либо предложений, кроме обращений к Брюсселю и Москве. Оба варианта бесперспективны. Разница в том, что в первом случае отказ мотивируется концептуально, во втором ситуативно.

Впрчем, Никос Анастасиадис и его партия ДИСИ ничего креативного тоже не предлагают. Речь идёт всё о том же кредите Евросоюза. Но у консерваторов есть реальные шансы получить его. У ДИСИ налажены отношения с родственными западноевропейскими партиями. Среди этих партнёров есть правящие – чем не может похвастаться АКЭЛ. Наиболее значимы связи ДИСИ с христианскими демократами Германии. Кредит правительству Анастасиадиса готова лоббировать Ангела Меркель. Тогда решение для Кипра будет положительным. Германия фактически спонсирует еврозону, и в поддержке кипрских единомышленников Берлину не откажут.

Таким образом Кипр получит отсрочку. Не менее, но и не более. Кардинального решения кредит в себе не несёт. Это осознаётся в кипрском обществе. Отсюда недобор голосов Анастасиадисом и второй тур президентских выборов 24 февраля.