• 9 мая 2012 Общество

    Сербская политическая дуэль продолжится 20 мая

На президентских выборах сложилась уже привычная картина. Во второй тур вышли лидер Демократической партии Борис Тадич, последние восемь лет являющийся президентом Сербии, и его постоянный соперник по второму туру руководитель Сербской прогрессивной партии Томислав Николич. Первый получил 25,33%, второй – 24,99%. Два фаворита идут ноздря в ноздрю.

В 2004 и 2008 годах первый тур приносил победу Николичу, возглавлявшему тогда (в отсутствие сидящего в Гаагской тюрьме Воислава Шешеля) Сербскую радикальную партию. Однако во втором успех праздновал Тадич. Теперь складывается иначе. Все зависит от того, как распределятся голоса, поданные за других кандидатов.

Отличия между Тадичем и Николичем не столь очевидны, как раньше. Для Тадича и его левоцентристской партии безоговорочным приоритетом было и остается вступление Сербии в Евросоюз. Николич раньше критически относился к ЕС, предпочитая говорить о сближении с Россией. Его категорически не устраивало требование Евросоюза признать независимость Косова. Тадич на словах тоже против отделения Косова, но на деле «европейская составляющая» у него превалирует.

После того как Николич покинул жестко националистическую Радикальную партию и создал более умеренную Прогрессивную партию, он перестал быть категорическим противником евроинтеграции. Другое дело, что Николич решительнее, нежели Тадич, настроен отстаивать права сербов Косова. Кроме того, Николич не открестился от сидящих в Гаагской тюрьме Воислава Шешеля, Радована Караджича, Ратко Младича, Горана Хаджича. В этом он расходится с Тадичем, который, собственно говоря, и выдал Гаагскому трибуналу вышеозначенных деятелей и от своих действий не отказывается.

Едва ли у Николича есть выбор относительно перспектив сотрудничества с Евросоюзом. Сербия достаточно тяжело переживает экономический кризис. Хозяйство до сих пор полностью не оправилось от последствий международных санкций 1990-х и натовских бомбардировок 1999-го. Сотни тысяч сербов работают в странах Евросоюза, преимущественно Германии и Австрии. Оттуда Сербия может получить и новые технологии, и необходимые инвестиции. Так что связи с ЕС и особенно Германией – это вопрос выживания. Порвать с немцами из-за того, что в Берлине твердо настаивают на признании Белградом независимости Косова, не может себе позволить ни один сербский политик.

С другой стороны, тот же Тадич отнюдь не отказывается от сотрудничества с Россией. Достаточно вспомнить присоединение к газопроводу «Южный поток». И дело тут не только в славянско-православном братстве. Опираться лишь на один центр силы (тем более тот, который тебя не так давно бомбил) нельзя. Весь вопрос в соотношении ориентаций. Здесь Тадич, безусловно, более проевропейский политик, чем Николич.

В чью пользу склонится чаша весов? Главный козырь находится в руках Ивицы Дачича, главы МВД и руководителя основанной еще покойным Слободаном Милошевичем Социалистической партии. Он занял третье место на президентских выборах, получив 14,24%. Третьим же финишировал на выборах в скупщину его блок «Социалистическая партия Сербии – Партия пенсионеров – Единая Сербия», заручившийся поддержкой 14,54% избирателей.

При Милошевиче это была левая партия с националистическим уклоном. Сегодня сербская соцпартия приблизилась к европейским социалистам. Она четыре года входила в правящую коалицию со сторонниками Тадича, отвергнув Николича. Однако «национальная» составляющая у Дачича все же сильнее, чем у Тадича – хотя и слабее, нежели у Николича. Так, лидер социалистов чаще других министров высказывался за более решительную поддержку косовским сербам, от которой воздерживался президент-демократ.

Теперь вопрос в том, перевесит ли социалистическая либо национальная составляющая позиции Дачича. По экономическим воззрениям он вроде бы ближе к левоцентристу Тадичу. Но по Косову скорее смыкается с Николичем. Что касается отношения к Европе и России, то здесь Дачич равноудален от демократов и прогрессистов.

Четыре года назад многое зависело от бывшего президента Югославии и премьера Сербии Воислава Коштуницы. В 2000 году он был поддержан Западом против Милошевича. В 2008-м руководил правительством, занял третье место на президентских и парламентских выборах. Теперь же он остался лишь четвертым, получив 7,44%.

Коштуница эволюционировал из проевропейского консерватора в евроскептика. В его воззрениях сильна религиозная составляющая. Коштуница не поддерживает вхождение Сербии в ЕС, выступает за многовекторность и сближение с Россией. Он жестко критикует Тадича за слабую поддержку косовских соплеменников. Собственно говоря, среди косовских сербов Коштуница победил. Но на общенациональном уровне этого явно недостаточно. Симпатии его электората скорее на стороне Николича.

Но еще два кандидата гарантированно поддержат Тадича. Прежде всего речь идет о лидере Либерально-демократической партии Чедомире Йовановиче, получившем 5,03%. Руководимая им коалиция «Поворот» на парламентских выборах набрала еще больше – 6,53%. Йовановича можно сравнить разве что с Валерией Новодворской – это радикальный западник, ратующий за вхождение в ЕС и НАТО, за разрыв с Россией. И, что самое главное, за признание независимости Косова.

Кроме ультралибералов, есть в стране либерально-консервативная партия Объединенные регионы Сербии, близкая по идеологии к польской «Гражданской платформе» Дональда Туска. Один из ее лидеров – бывший премьер Югославии Милан Панич. На парламентских выборах она набрала 5,51%, а ее кандидат в президенты, министр здравоохранения Зоран Станкович, – 6,56%. В программе партии есть пункт о децентрализации государства. В области внешней политики мало отличий от Тадича.

А вот две националистические партии не преодолели пятипроцентный барьер, необходимый для попадания в скупщину. Провалилась Сербская радикальная партия, возглавляемая женой Воислава Шешеля Ядранкой. Сама организация получила 4,61% голосов, а Ядранка как кандидат в президенты не набрала и 4%. Еще хуже пошли дела у партии «Двери». Она набрала чуть более четырех процентов, а ее кандидат в президенты Владан Глишич – менее трех. Их голоса наверняка уйдут Николичу.

Кроме того, в парламенте Сербии представлены партии национальных меньшинств – венгров и хорватов Воеводины, славян-мусульман Санджака, албанцев Прешевской долины. Среди них сильны автономистские, а то и сепаратистские настроения. Представители нацменов при президенте Тадиче периодически входили в правительство. К «нетитульной» нации принадлежит до 15% населения Сербии (без Косова), и эти голоса наверняка получит Тадич. Кстати говоря, тенденции к некоторому обособлению от Белграда сильны и среди сербов Воеводины. Сербские автономисты также поддерживают нынешнего президента.

Окончательно расстановка политических сил в Сербии определится 20 мая, когда состоится второй тур президентских выборов. Тогда станет ясно, кто возглавит правительство. Варианты возможны самые разные. Вплоть до такого: президент – Николич, премьер – Тадич. Или наоборот.

У партнёров