• 29 сентября 2011 Общество

    Социальные конфликты в Болгарии растворяются ультранационализмом

С 23 сентября Болгария охвачена жестоким гражданским конфликтом, межнациональным по видимости, социальным по сути. Цыганские теневые кланы схлестнулись с болгарскими ультраправыми организациями. Первотолчком стало убийство молодого болгарина Ангела Петрова людьми цыганского барона Кирилла Рашкова. 19-летнего парня, выгуливавшего собаку, переехал микроавтобус. Бывалый блатарь за рулём давил Ангела нарочито медленно, на глазах отца.

Поначалу убийство воспринималось как бытовое. Но чем дальше, тем больше выяснялась подоплека. Убийца действовал не из хулиганских побуждений, он выполнял команду баронского внука. Ангел Петров тоже был внуком непростого человека – его бабушка длительное время возглавляла администрацию поселения Катуница. И препятствовала цыганской группировке Рашкова установить полный контроль над населённым пунктом.

Смерть Ангела стала трагическим аккордом предыдущих «художеств» Рашкова – уклонения от налогов, земельных захватов, незаконного строительства, подкупа угодных администраторов и запугивания неугодных вместе с журналистами и обычными жителями… Обнаглевший от крутизны деда и собственной безнаказанности внук Рашкова откровенно писал в своём интернет-блоге: «Все мои враги умрут». Было известно, что он имел в виду прежде всего именно Ангела Петрова. Но предотвратить убийство никто не смог. Тем более, что бабушка Ангела уже не возглавляет сельскую администрацию.

На другой день началась «болгарская Манежка». Негодующая толпа, прорвав полицейские заслоны, сожгла несколько домов и автомобилей, принадлежащих клану Рашкова. Прибывшие на место пожарные чуть не стали жертвами народной мести — их попросту отгоняли от пепелища. 25 и 26 сентября информленты переполнились сводками цыганских погромов во всех крупных городах страны. Особенно мощные акции протеста прокатились по Пловдиву. Организаторами и основными участниками антицыганских демонстраций выступили молодёжные активисты крайне правых националистических организаций. Появилась новая жертва: 16-летний юноша скончался от сердечного приступа. Что характерно, взрослые манифестанты были настолько заняты своими серьёзными делами, что не удосужились помочь подростку, пока он задыхался на обочине.

Хорошо подготовленные и организованные болгарские цыгане отреагировали предсказуемо и мгновенно вооружились. Причём не только сельхозинвентарём, топорами, ножами и дедовскими берданками. Между цыганской братвой и национал-радикалами начались силовые столкновения. Характерно, что власти оперативно проявили заботу о безопасности одной из сторон – имение Рашкова взял под охрану полицейский наряд из 200 человек. Тогда националистическая молодёжь, организованная в рок- и фанатские клубы, пошла в реальную атаку. Синхронность этих выступлений обеспечена посредством интернета через специализированные футбольные форумы. Обычная уже практика начала XXI века, проверенная молдавским антикоммунистическим восстанием, арабскими революциями, английскими беспорядками.

Националистическая компонента оседлана в первую очередь партией «ВМРО — Болгарское национальное движение» (историческая ВМРО – болгаро-македонская национал-террористическая организация прошлого века). Её кандидат в президенты Красимир Каракачанов вплоть до недавнего времени плёлся в хвосте рейтинга с 2 процентами поддержки. На волне протестов он рассчитывает выправить ситуацию. Это вполне возможно, выборы буквально на носу – 21 октября. Эксплуатация ультранационалистических настроений в толпе, заряженной агрессией и юношеским максимализмом, не составляет труда. Рядом с антицыганскими лозунгами замелькали антитурецкие. В альянс с ВМРО вошла ультраправая партия с характерным названием АТАКА. Во вторник шествия, организованные ими в Варне и Софии, уже пытались прорваться к мечетям.

Цыгане и турки – крупнейшие этнические группы в Болгарии после самих болгар. Цыган в стране более 400 тысяч, турок около 800 тысяч – это соответственно 5 и 9 процентов населения. Нужно признать, что цыгане в массе своей действительно высоко криминализованы, что подтверждалось правоохранительной статистикой как в коммунистической НРБ, так и в нынешней Болгарии. Тот же Кирилл Рашков, ныне известный всей стране под прозвищем Царь Киро, ещё в 1984 году был осуждён на 30-летний срок за целый букет преступлений. Но освободился уже через пять лет – его выход совпал с падением комрежима, когда на радостях все друг другу всё прощали.

Что касается турок, то сейчас вновь начинает разыгрываться старая карта Тодора Живкова. В бытность свою болгарским генсеком он тоже объявлял кампании по оболгариванию турок (допуская даже такие чересчур откровенные для интернационалиста выражения, как «приобщение огнём и мечом»). И по всей видимости, как тогда так и теперь целью является отвлечение общества от действительно насущных проблем.

Не прибавляют оптимизма и заявления политических лидеров Болгарии о недопустимости разжигания межнациональной розни и ужесточении наказаний за преступления на этой почве. Очевидна слабость позиции президента Георгия Пырванова. Вопреки всякой очевидности он говорит о случайном совпадении событий в Катунице и массовых беспорядков. Впрочем, этническая составляющая действительно лишь наложилась на происшествие. Эксцесс с Ангелом Петровым не был личным делом внука-«царевча», на чём настаивают болгарские правоохранительные органы. Эта яма гораздо глубже.

Отчего-то болгарские власти не спешат обратить внимание на весь ход деловой и политической карьеры Кирилла Рашкова. Цыганский барон, порядком надоевший самим цыганам, многие из которых считают его самокороновавшимся проходимцем, имеет на счету немалый криминальный стаж. О заработанном при Живкове рекордном сроке уже сказано выше. Но и в новой демократической Болгарии его отношения с законом не задались. В 1990-х он несколько раз арестовывался, что не мешало руководить «семейным подрядом», прямо из тюрьмы раздавая указания сыновьям. Легальная часть рашковского бизнеса лежит в алкосфере — при обысках у него неоднократно обнаруживались тонны самопальной водки. Но ни это, ни скандальная история с «внезапно» обнаруженной у высокопоставленных налоговиков недвижимостью элитного класса, обошла стороной злостного налогонеплательщика Рашкова.

Барон сколотил немалый политический капитал. Он основал партию «Свободная Болгария», эффективно лоббирующую интересы цыганских криминально-коммерческих кланов. Её основной ресурс даже не в баронских капиталах, а в сплочённости и организованности. Политизированные цыганские кланы претендуют на повышенный социальный статус, на экстерриториальность, на гарантию прав и прерогатив собственной иерархии. О влиянии «Свободной Болгарии» говорит хотя бы тот факт, что Царь Киро, управляя своей партией, сумел вступить и в чужую. Он влиятельный член партии ГЕРБ («Граждане за европейское развитие Болгарии»), во главе которой стоит никто иной, как премьер-министр Бойко Борисов.

В живковские годы, когда Кирилл Рашков был цыганским бандитом, офицер МВД Бойко Борисов тренировал милицейских каратистов. В 1990-х, когда Царь Киро развивал водочный бизнес, Генерал Бойко рулил элитным охранным предприятием. Такие люди умеют понимать друг друга. Не случайно сейчас полиция охраняет Рашкова, а оппозиционная соцпартия (к которой, кстати, принадлежит президент Пырванов, но Болгария парламентская республика, и ключевая фигура власти не глава государства, а глава правительства) обвиняет правительство Борисова в неспособности справиться с криминально-погромной ситуацией.

Что парадоксально, цыганский криминалитет и ультраправый актив, сошедшиеся стенка на стенку – силы социально близкие, если не сказать – родственные. ВМРО и АТАКА опираются на те же группы населения, что и «Свободная Болгария», различие только в национальности. Болгарские праворадикалы обращаются к той же массовой базе, что и цыганские боссы: теневой экономике и молодёжным субкультурам. Им нужно одно и то же (только друг без друга). И нельзя не заметить: болгарское гражданское общество во всех его ипостасях оказалось куда покрепче нынешнего российского.

Теперь, после драки, власти спешат помахать напоследок кулаками. Кириллу Рашкову грозят крупные неприятности. Но от потери одной головы (если предположить, что с Царём Киро действительно что-то может случиться) гидра еще никогда не погибала. Если Бойко Борисову, типичному «крутому мэну», не хватит политической воли на проведение структурных социально-политических преобразований, болгарский диалог народа с властью не станет конструктивнее. 

У партнёров